Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

  
О вежливости
 
 
 
Будь вежлив с каждым воробьем,
 
Не будь заносчив с муравьем,
 
А в обществе курином
 
Не заикайся о своем
 
Пристрастии к перинам!
 
 
 
Когда навстречу бык идет,
 
Давай свернем с дороги,
 
Поскольку он — рогатый скот,
 
А мы с тобой — безрогий. 
 
 
  
О ханже и его лошади
   
 
 
Ханжу кобыла укусила.
 
Она была права:
 
Его же проповедь гласила,
 
Что наша плоть — трава!
 
 
  
Ревнитель трезвости
 
 
 
Ценил он трезвость скучную
 
В прислуге —
 
В швейцаре, в поваре, в лакее, —
 
Но не в друге! 
 
 
  
Жертва ожиданья
 
 
 
Пред нами — жертва ожиданья:
 
Напрасно жертвуя собой,
 
Он ждал на улице свиданья
 
Под водосточного трубой.
 
 
 
О человек — сосуд непрочный!
 
Весной, когда идут дожди,
 
Ты под трубою водосточной
 
Своей возлюбленной не жди!
 
 
  
Надпись на могиле гренадера Хемпширского полка
 
 
 
Я, гренадер, лежу в земле сырой.
 
Я простудился, выпив кружку пива.
 
Не пейте пива жаркою порой,
 
А пейте спирт — и будете вы живы!  
 
 
  
Маленькая неточность
 
 
 
Под этой скромной насыпью в могиле
 
Спит вечным сном покойный Джексон Вилли…
 
Признаться, Джоном назывался он,
 
Но не рифмуется с могилой имя «Джон». 
 
 
  
Новая и старая
 
 
 
Новая церковь,
 
Свободная церковь,
 
Церковь без колокольцев.
 
 
 
Старая церковь,
 
Холодная церковь,
 
Церковь без богомольцев. 
 
 
  
Святой Георгий
 
 
 
Георгий — наш святой — во время оно,
 
Спасая девушку, убил копьем дракона.
 
 
 
Дракон был выдуман. Святой Георгий тоже.
 
Но, может, девушка жила на свете все же?..  
 
 
  
О пьянстве
 
 
 
Для пьянства есть такие поводы:
 
Поминки, праздник, встреча, проводы,
 
Крестины, свадьба и развод,
 
Мороз, охота, Новый год,
 
Выздоровленье, новоселье,
 
Печаль, раскаянье, веселье,
 
Успех, награда, новый чин
 
И просто пьянство — без причин!
 
 
  
ИЗ АНГЛИЙСКОЙ И ШОТЛАНДСКОЙ НАРОДНОЙ ПОЭЗИИ
   
Три баллады о Робин Гуде 
   
1. Рождение Робин Гуда
 
 
 
Он был пригожим молодцом,
 
Когда служить пошел
 
Пажом усердным в графский дом
 
За деньги и за стол.
 
 
 
Ему приглянулась хозяйская дочь,
 
Надежда и гордость отца,
 
И тайною клятвой они поклялись
 
Друг друга любить до конца.
 
 
 
Однажды летнею порой,
 
Когда раскрылся лист,
 
Шел у влюбленных разговор
 
Под соловьиный свист.
 
 
 
— О Вилли, тесен мой наряд,
 
Что прежде был широк,
 
И вянет-вянет нежный цвет
 
Моих румяных щек.
 
 
 
Когда узнает мой отец,
 
Что пояс тесен мне,
 
Меня запрет он, а тебя
 
Повесит на стене.
 
 
 
Ты завтра к окну моему приходи
 
Украдкой на склоне дня.
 
К тебе с карниза я спущусь,
 
А ты поймай меня!
 
 
 
Вот солнце встало и зашло,
 
И ждет он под окном
 
С той стороны, где свет луны
 
Не озаряет дом.
 
 
 
Открыла девушка окно,
 
Ступила на карниз
 
И с высоты на красный плащ
 
К нему слетела вниз.
 
 
 
Зеленая чаща приют им дала,
 
И прежде чем кончилась ночь,
 
Прекрасного сына в лесу родила
 
Под звездами графская дочь.
 
 
 
В тумане утро занялось
 
Над зеленью дубрав,
 
Когда от тягостного сна
 
Очнулся старый граф.
 
 
 
Идет будить он верных слуг
 
В рассветной тишине.
 
— Где дочь моя и почему
 
Не поднялась ко мне?
 
 
 
Тревожно спал я в эту ночь
 
И видел сон такой:
 
Бедняжку-дочь уносит прочь
 
Косматый вал морской.
 
 
 
В лесу густом, на дне морском
 
Или в степном краю
 
Должны вы мертвой иль живой
 
Найти мне дочь мою!
 
 
 
Искали они и ночи и дни,
 
Не зная покоя и сна,
 
И вот очутились в дремучем лесу,
 
Где сына качала она.
 
 
 
«Баюшки-бáю, мой милый сынок,
 
В чаще зеленой усни.
 
Если бездомным ты будешь, сынок,
 
Мать и отца не вини!»
 
 
 
Спящего мальчика поднял старик
 
И ласково стал целовать.
 
— Я рад бы повесить отца твоего,
 
Но жаль твою бедную мать.
 
 
 
Из чащи домой я тебя принесу,
 
И пусть тебя люди зовут
 
По имени птицы, живущей в лесу,
 
Пусть так и зовут: Робин Гуд!