Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

  
К портрету известной мисс Бернс
 
 
 
Полно вам шипеть, как змеи!
 
Всех затмит она собой.
 
Был один грешок за нею…
 
Меньше ль было у любой?
 
 
  
Надпись алмазом на оконном стекле в таверне
   
 
 
Не хвастайся, дряхлый рассудок людской
 
Безумству — любовь и почет.
 
Сулишь ты, рассудок, прохладный покой.
 
Безумство восторг нам дает!
 
 
  
О золотом кольце
 
 
 
— Зачем надевают кольцо золотое
 
На палец, когда обручаются двое? —
 
Меня любопытная леди спросила.
 
 
 
Не став пред вопросом в тупик,
 
Ответил я так собеседнице милой:
 
— Владеет любовь электрической силой,
 
А золото — проводник!
 
 
  
Проповеднику лемингтонской церкви
 
 
 
Нет злее ветра этих дней,
 
Нет церкви — этой холодней.
 
Не церковь, а какой-то ледник.
 
А в ней холодный проповедник.
 
 
 
Пусть он согреется в аду,
 
Пока я вновь сюда приду!
 
 
  
Эпитафия шумному полемисту
 
 
 
Ушел ли ты в небесный рай
 
Иль в ад, где воют черти, —
 
Впервые этот вздорный лай
 
Услышат в царстве смерти.
 
 
  
Ответ на угрозу злонамеренного критика
 
 
 
Немало льву вражда ударов нанесла,
 
Но сохрани нас бог от ярости осла!
 
 
  
Джентльмену, который не пустил в свои палаты поэта
 
и его друзей, интересовавшихся архитектурой
 
 
 
Пред нами дверь в свои палаты
 
Закрыли вы, милорд.
 
Но мы — не малые ребята,
 
А ваш дворец — не торт!
 
 
  
Эпитафия Вильяму Грэхему, эсквайру
 
 
 
Склонясь у гробового входа,
 
— О смерть! — воскликнула природа,
 
Когда удастся мне опять
 
Такого олуха создать!.. 
 
 
  
Эпиграммы поэтов разных времен 
   
На художника-портретиста
 
 
 
 В своих портретах, как ни бился,
 
Добиться сходства он не мог.
 
 
 
Его детьми утешил бог, —
 
И в них он сходства не добился! 
 
 
  
На смерть скряги
 
 
 
Он умер оттого, что был он скуп:
 
Не полечился, — денег было жалко;
 
Но если б знал он цену катафалка, —
 
Он ожил бы, чтобы нести свой труп! 
 
 
  
Критику
 
 
 
«Поэзия глупа!».. В суждении таком
 
Есть свой резон. Но не забудь при этом,
 
Что не всегда дурак рождается поэтом,
 
Он может быть и просто дураком!
 
 
  
Напрасные усилия
 
 
 
Он долго в лоб стучал перстом,
 
Забыв названье тома.
 
 
 
Но для чего стучаться в дом,
 
Где никого нет дома?
 
 
  
Отзыв на пьесу
 
 
 
Хвалю я пьесу вашу, сэр, —
 
Особенно вторую часть.
 
Но почему бы, например,
 
Вам и начало не украсть?
 
 
  
Не презирай сонета
 
 
 
Не будь к сонету, критик, слишком строг.
 
Пускай бездарен он и скучен очень часто,
 
Но в нем не более четырнадцати строк,
 
А ведь в иных стихах бывает полтораста!
 
 
  
На смерть похоронных дел мастера
 
 
 
Оплакивал он многих — по профессии,
 
Но только раз себе позволил он
 
Лежать во время траурной процессии
 
И не напиться после похорон.
 
 
  
Надгробная надпись
 
Степенная, внушительная дама
Покоится на лоне Авраама.
Ей хорошо на лоне у него,
Но Аврааму — каково!
  
Духовная беседа
 
 
 
— Мой сын, смирению учитесь у овец!..
 
— Боюсь, что стричь меня вы будете, отец. 
 
 
  
Суеверье
 
 
 
О господи, какое суеверье
 
Предполагать, что ты придумал птиц
 
Лишь для того, чтоб колыхались перья
 
На модных шляпах дам или девиц!
 
 
  
О репутациях
 
 
 
Ты говоришь, что я беспутная особа.
 
Я говорю, что ты порядочен вполне…
 
Но, видно, попусту стараемся мы оба:
 
Никто не верит ни тебе, ни мне! 
 
 
  
О грамотности
 
 
 
У старого Отто три юные дочки.
 
Они написать не умели ни строчки.
 
 
 
Отец не решался купить им тетрадь,
 
Чтоб писем любовных не стали писать. —
 
 
 
Но младшая деда поздравила с внучкой
 
Писать научилась она самоучкой.
 
 
  
Опасные сравнения
   
 
 
Как день безоблачный, ясна,
 
Блистательна, как небо в звездах,
 
Всем одинаково она
 
Принадлежала, точно воздух. 
 
 
  
О поцелуе
 
 
 
— Он целовал вас, кажется?
 
— Боюсь, что это так!
 
— Но как же вы позволили?
 
— Ах, он такой чудак!
 
Он думал, что уснула я
 
И все во сне стерплю,
 
Иль думал, что я думала,
 
Что думал он: я сплю!