Замуж по договору

Паренек, который находился ближе к нему, нервно подскочил и затравленно огляделся по сторонам. Вид странного полуголого мужчины с длинными волосами заставил его немного испугаться и отступить.
— Вы кто такой? Что здесь делаете? — взвизгнул рыжий дознаватель, доставая охранный амулет, словно тот мог его защитить. А потом внезапно опомнился и скомандовал: — Сюда нельзя! Здесь место преступления!
— Именно поэтому вы уничтожаете улики? — сухо поинтересовался демон, переводя взгляд на огромный костер, в котором догорали туши псов Пустоты.
Кстати, избавлялись от них не просто в огне, а в самом настоящем магическом пламени.
— Да как вы смеете! — покраснел парнишка, сжав кулаки. — Мы защищаем город от всяких тварей. Вы вообще кто такой?
— Подожди, Динар, — остановил его лысый, подходя ближе.
Мужчина чуть наклонился и быстро что-то прошептал напарнику. Что именно, Мейнор не понял, но различил пару фраз: «новая игрушка принца», «не болтай».
«Это хорошо. Пусть считают меня глупым приложением к Его Высочеству. Так даже легче будет все выведать».
— Вы же демон, должны знать, что твари Пустоты весьма опасны. Убить их крайне сложно, тем более большинство оживает через некоторое время. Так и до беды недалеко, — пояснил лысый, продолжая курить.
— Эти не оживут. После меча Света никто не оживает, — сухо уронил тай-шер.
— А вы откуда знаете про меч? — тут же выступил вперед младший.
— Это я их… остановил.
— И сбежали с места преступления!
— Не сбежал. Искал виновного, а точнее хозяина этих псов.
Про Николетту демон решил не сообщать дознавателям. Не стоило вмешивать сюда девушку. Тем более что эти двое ему совершенно не нравились. Его предположения о том, что в деле замешаны законники, подтверждались. Очевидно, они знали о нападении и явились только, когда все закончилось. Рассчитывали увидеть следы крови (а ничего другого от Николетты не осталось бы), но нашли лишь поверженных чудовищ. Не мешало бы их допросить, но Мейнор находился не в Пустоши, здесь он не обладал достаточной властью.
— Вы, конечно, хорошо поступили, пришли на помощь горожанам, убили тварей. Никого, кстати, здесь больше не видели? — осведомился лысый, внимательно посмотрев на демона.
— А кого я должен был увидеть? — пожал плечами Мейнор.
— Ну за кем-то ведь эти псы пришли.
— А если за мной?
— Кому ж вы так насолили, что за вами таких чудовищ послали? — не отставал дознаватель, не сводя с него пристального взгляда.
«Не поверил. Но сделать ничего не может. Попытается уличить меня во лжи и тут же выдаст себя».
— Это личное. И я сам разберусь с обидчиком.
— Неправильно это, — покачал головой лысый, не спуская с демона глаз. — Вы в нашу работу не вмешивайтесь, уважаемый. Мы сами найдем виновного и сами с ним разберемся. Спасибо за участие, но делать вам тут больше нечего.
— Это не вам решать, — сухо отозвался демон, поворачиваясь к костру, который с каждой секундой разгорался все ярче.
«Молодцы они, хорошо постарались — с досадой подумал тай-шер. — Если и оставались какие-то следы привязки, то магическое пламя их уничтожило».
Подняв руку, мужчина произнес несколько слов на мертвом языке, и пламя тут же опало. Вместо яркого костра теперь едва заметно тлели угольки.
— Так нельзя! — возмущенно воскликнул рыжий дознаватель и дернулся подойти, но старший товарищ, перехватив его, едва заметно покачал головой. Понимал ведь, что найти следы теперь будет почти невозможно.
Мейнор присел на корточки и собрал немного черного маслянистого пепла. Растерев его между пальцев, закрыл глаза и принюхался, пытаясь нащупать след тварей.
«Может, еще не все потеряно? Вдруг удастся хоть что-то найти».
Из груди вырвался едва слышный гортанный звук, больше похожий на пение. С каждой секундой он становился все громче и отчетливее. А у демона перед глазами мелькали картинки. Размытые, словно утопающие в тумане. Даже не картинки — эмоции.
Ярость, ненависть, злость. Этих псов не щадили. Воспитывали, мучая, силой добиваясь покорности и беспрекословного подчинения приказам.
 
А вот хозяина было не разглядеть. Демон сильнее потянулся к яркой вспышке, маячившей где-то на горизонте.
«Ну же…»
Человек в черном. Как раз так его описывала и Николетта. Черный плащ с капюшоном и маска на лице. Очень плотная. Такая, что даже глаз не разглядеть.
«Силен. Кто же ты такой?»
Мейнор глубоко вдохнул, среди горького аромата пепла пытаясь вычленить нужный запах. Должны же были псы чуять своего хозяина. В конце концов, именно на обонянии у этих тварей все и строилось. Следовало лишь отыскать эти воспоминания, дотянуться до них. В какой-то момент демону даже показалось, что он различил едва уловимые нотки, но потом все исчезло.
— Магия Пустоши запрещена на территории столицы, — заявил лысый дознаватель, вмешиваясь так не вовремя. — Будь вы даже другом самого короля, нельзя нарушать закон.
Открыв глаза, тай-шер уставился на свои пальцы, испачканные темной сажей. Кивнув сам себе, легко поднялся на ноги.
— Что ж, посмотрим, — произнес Мейнор на прощание.
Не говоря больше ни слова, демон призвал силу. Полы плаща взметнулись вверх, вырастая крыльями за спиной. Сильный взмах, и он поднялся в воздух, направляясь в сторону королевского замка. Здесь ему больше нечего было делать.
Его Высочество нашелся у себя в покоях.
Полностью одетый принц развалился в кресле, закинув ноги на низкий стеклянный столик, и пил. Несмотря на неодобрение и постоянные замечания демона, Гаэтар много пил в последнее время. Аккурат с тех пор, как отец сообщил принцу о необходимости жениться.
К сожалению, встреча с невестой успокоения не принесла. Принцесса Сафери оказалась девушкой красивой и статной: с густыми медными волосами, фарфоровой кожей с нежным румянцем, бездонными темно-серыми глазами в обрамлении черных ресниц, бровями вразлет, аккуратным носиком и очень непростым характером.
Выходить замуж за Гаэтара она не собиралась, при первой же встрече прямо сообщив ему об этом. Кроме того, Сафери заявила, что если он не передумает и все-таки будет настаивать на этом браке, то пусть лучше сразу молится Пресветлой, потому что ничего хорошего от их союза ждать не следует. Будто от мнения принца что-то зависело! Об этом браке договорились два правителя, так что молодым оставалось только смириться.
Вместо того, чтобы встряхнуться и доказать девушке, как сильно она ошибается на его счет, Гаэтар окончательно сдался. Махнул рукой на будущее и начал пить, вероятно, рассчитывая, что это поможет.
— Ты что, летал? — удивился принц, наблюдая за тем, как демон плавно впорхнул в раскрытые двери балкона и бесшумно опустился перед ним.
Рога, крылья и серо-голубой цвет кожи не произвели на него никакого впечатления. Он встречал друга и в более устрашающем виде.
— Летал, — подтвердил Мейнор, возвращаясь в привычное обличье.
— То есть завтра меня ждет неприятный разговор с отцом?
— Все может быть.
Такой ответ принцу не понравился.
— Не хочешь рассказать, где был? Только стоял рядом, готовился смотреть вместе со мной праздничное представление аймитэ Фурдайн, а в следующую секунду исчез.
— Решал кое-какие важные и неотложные вопросы.
Усевшись напротив принца, демон пронаблюдал за тем, как тот медленно цедит вино.
— И какие же? — спросил Его Высочество, вытирая рот белым рукавом рубашки, отчего на нем остались алые пятна.
— На псов Пустоты охотился.
Гаэтар нахмурил лоб, мысленно что-то прикидывая, а потом заметил:
— Ты бы не успел так быстро слетать к Пустоши и обратно. Так что придумай более правдоподобное объяснение. В это даже я не поверю.
— А я и не летал. Псы нашлись здесь, в столице. Недалеко от королевской академии магии. Той самой, где ты должен был произносить поздравительную речь, но передумал.
Принц хмыкнул, с сомнением качая головой.
— Все шутишь. А я ведь серьезно спрашиваю. Ладно, понял, ты наконец нашел себе подружку. Давно пора. Говорил я тебе, что дамы света только на людях кривят носы, а стоит оказаться наедине и они становятся куда более послушными и щедрыми.