Я не гребаный мальчик-который-не-мальчик-и-который-не-выжил, я теперь Спаситель! (СИ)
— Нет, я сказал! — возмущенно сказал Дэвид и для убедительности стукнул кулаком по столу, рядом с которым стоял, но Эмма молча лишь захлопнула футляр с сережками, и схватив туфли, исчезла в белой дымке.
— Эмма!.. — крикнул Дэвид, но было поздно.
Его строптивая дочь уже исчезла.
Он глянул на супругу, надеясь на помощь и поддержку, но та лишь утирала слезы и бормотала, как их девочка выросла и какой красавицей стала. Дэвид глухо рыкнул, а маленький Лео, разбуженный отцовскими криками, проснулся и завыл подобно сирене.
========== Глава 30 или всамомделешнее свидание. Начало ==========
Едва увидев в платье, которое он ей послал и которое, он искренне думал, что Эмма не осмелиться надеть, Румпельштильцхен не был уверен, что они вообще куда-либо пойдут.
— Я так понимаю, тебе нравится твое творение? — с довольно усмешкой спросила Эмма и для лучшего эффекта повертелась, замерев спиной к нему, чтобы он еще лучше оценил вид, после чего через плечо весело на него посмотрела.
— Очень, — прохрипел колдун и облизнув пересохшие губы, подошел к ней. Его глаза почернели от похоти и возбуждения. Он провел подушечками пальцев по ее нагой спине и коснулся губами ее плеча.
— Мы, кажется, собирались идти ужинать? — соблазнительно сказала Эмма, слегка поведя плечом.
Румпельштильцхен глухо рыкнул и обхватив ее за талию, прижал к себе.
— Я не уверен, что настолько голоден, — прорычал он ей на ухо. — По крайней мере, есть я теперь точно не хочу. Сейчас меня обуревает голод другого рода.
Эмма закусила губу и откинув голову ему на плечо, томно посмотрела ему в глаза.
— Бедняжка, — с фальшивым сочувствием сказала она и прищурившись, хитро добавила: — Но придется тебе потерпеть, я девушка приличная и на первом свидание не занимаюсь ничем… развратным.
После чего слегка толкнула его ягодицами в пах, отчего он глухо застонал, и скинув его руки со своего живота, не оглядываясь, пошла на выход из ломбарда, где они и договорились встретиться перед тем, как пойти ужинать.
Оставленный позади разгоряченный Румпельштильцхен, чьи брюки стали весьма тесными, разочарованно рыкнул и ударив кулаком по витрине, пошел следом за этой невыносимой женщиной, пока ее кто-нибудь не украл. А то мало ли, красивая же чертовка.
И черт его дернул подарить ей это платье!..
***
До ресторана «Волшебная лампа» они добрались быстро. Вот только внутри, кроме них, к большому удивлению Эммы, никого больше не было.
— Мы что, здесь будем одни? — спросила она у колдуна.
— Да, — с озорством в глазах ответил Румпельштильцхен и театрально поклонился, махнув в сторону стола. — Не окажите ли вы мне честь?..
Блондинка закатила глаза, но не колеблясь подала ему руку.
— Окажу, так и быть, — и ехидно добавила: — Других-то кавалеров здесь все равно нет, — тут она драматично вздохнула, — даже платьем не перед кем похвастаться.
Румпельштильцхен прищурился и ласково сказал:
— Да, первый кто тебя в этом увидит, глаз лишится.
Эмма невинно похлопала ресницами и с притворной наивностью сказала:
— Думаешь, я настолько ослепительна?
Колдун только фыркнул.
«Вот неугомонная девчонка!..» — со вздохом подумал он, зная, что еще настрадается с этой непредсказуемой женщиной. Но в то же время ему с ней было непривычно легко и свободно. Румпельштильцхен никогда еще не чувствовал подобного. Этот их флирт и перепалки, доставляли ему бесконечное удовольствие, как и общество Эммы в целом. Его никто не поучал, не пытался его изменить, не осуждал его за использование магии, но в то же время не поощрял его темные наклонности. Эмма была так похожа на него, но в тоже время так отличалась. Она была, как его противоположность. С ней ему хотелось и впрямь меняться, стать ей равным, а не насильно себя корежить и подстраиваться под кого-то, как это было с Белль.
Тряхнув головой, он вернулся к реальности.
— И зачем в Сторибруке столь шикарный ресторан? — тем временем спросила Эмма, оглядываясь вокруг, после того, как колдун помог ей сесть. — Ведь здесь, кроме тебя и Реджины, никого более или менее богатого и нет. И то вы оба ходите в закусочную.
— Ну почему, еще есть прокурор, — язвительно сказал Румпельштильцхен, намеренно упомянув о короле Джордже, который здесь вышеупомянутым и был, на бал к которому они вместе ходили в прошлом.
Эмма закатила глаза.
— Ах, да, как я могла забыть о засранце, которому ты продал моего дядю, — насмешливо сказала Эмма.
Румпельштильцхен обиженно нахмурился. Он не очень-то хотел начинать их свидание со споров об их же странной семейке.
— Технически, я только провел сделку и если бы, кстати, я этого не сделал, твой отец умер бы во младенчестве с голоду и холоду, — вредно буркнул он, положил салфетку себе на колени и махнув головой официанту, стоящем в тени. После чего вернул свое внимание к Эмме. — И вообще, может сменим тему?
— Выбирай любую, — с улыбкой сказала блондинка и повела плечом.
Подошедший официант и неловко замер. Его глаза то и дело продолжали скользить к Эмме, а точнее к вырезу ее платья.
— Кхм, — выразительно кашлянул Румпельштильцхен и с убийственным выражением лица посмотрел на этого самоубийцу, в очередной раз жалея, что додумался подарить Эмме подобное платье.
Официант побледнел, увидев его взгляд, вжал голову в плечи и сглотнув, предложил меню. Как только они сделали заказ, он ретировал от греха подальше.
— Бедный парень, — с фальшивым сочувствием сказала Эмма, наблюдая за этим метафорическим боданием самцов. Она подмигнула колдуну и протянувшись через стол, коснулась его руки. — Но я все же люблю мужчин постарше.
— Ха-ха, — с притворной обидой сказал Румпельштильцхен, но тем не менее обхватил ее пальцы и сжал. Он хитро прищурился и наклонился вперед. — Кажется, я придумал тему, которую хочу с тобой обсудить, пока мы ждем заказ.
— Мне уже стоит бояться? — шепотом спросила Эмма, тоже наклонившись вперед.
— Почему ты сама мне ничего не сказала? — немного жестковато сказал он и крепче сжал ее руку, когда Эмма попыталась ее выдернуть из его хватки.
— Что не сказала? — спросила она, прикинувшись дурочкой. Эмма прекрасно поняла, что он имел ввиду то, что она не пыталась вернуть ему память.
— То, что мы виделись тогда, в прошлом, особенно после того, что с нами произошло перед твоим уходом… — протянул он слегка обиженным тоном.
— Может, потому что ты весьма бурно всегда показывал, как ты любишь свою бесценную Белль? — сердито сказала Эмма и вновь попыталась выдернуть руку. Она не хотела, чтобы их свидание начиналось с ссоры, но, кажется, это было неизбежным.
— Стой, — тихо, но твердо, сказал колдун.
— Нет, — жестко сказала Эмма и попыталась освободиться из его хватки. — Ты забыл, как чуть не убил человека из-за дурацкого куска покоцанного фарфора? Или как предпочел волочиться за бл*дской версией этой девчонки, вместо того, чтобы налаживать отношения с сыном, которого столько лет искал?.. Так чего ты теперь удивляешься, что я промолчала и не попыталась вернуть тебе память? Я думала, она твоя единственная! Я!..
— Дура, — вдруг сказал Румпельштильцхен и встав со стула, он подошел к Эмме, которая хотела встать со своего места. Колдун ее остановил и усадив обратно на стул, взял за руки и присел перед ней и прежде чем она вновь возмутилась, он продолжил:
— Чашку между прочим я из-за тебя хранил, буйная ты женщина! Но вот про остальное… — тут он уже тише и печальнее добавил: — Я уже сто раз об этом пожалел. Особенно, когда Бей выпустил меня из хранилища… Ты не представляешь, сколько раз я думал о том, что уж лучше бы Белль открыла его… Ее смерть, пусть и фальшивую, я уже пережил, а вот сына…
Эмма тяжко вздохнула, чувствуя, как вся злость в ее сердце иссякла.
— Не переживай, жив же твой отпрыск… — неловко попыталась утешить его она. Тут она нахмурилась. — Оууу… Кстати о нем. Ты же понимаешь, что когда он узнает, что его бывшая встречается с его отцом…