Я не гребаный мальчик-который-не-мальчик-и-который-не-выжил, я теперь Спаситель! (СИ)

— Нет… — тихо выдохнула она и опустила плечи. Эмма посмотрела на него и грустно сказала: — Ты же понимаешь, что, чем дольше я здесь, тем хуже?
Румпельштильцхен, с чьего лица пропала вся предыдущая веселость, стиснул челюсть. Это он как раз прекрасно понимал, хотя и старался от себя всячески отодвинуть мысли об этом на задворки сознания. Она уже вторую неделю была здесь, и даже это был большой срок. Его видения будущего всегда были туманны, но не так давно он понял, что они стали и вовсе неразборчивы. Ему не хотелось в это верить, но он знал, что это из-за ее присутствия.
— Да, я понимаю, — еле слышно сказал он, но прежде чем успел добавить что-то еще, почувствовал приближение Злой Королевы. Темный поджал губы, не особо желая встречаться со своей бывшей ученицей. Он наклонился к блондинке и прошептал: — Я ненадолго отлучусь. Не попадайся ей на глаза.
И исчез.
Эмма похлопала глазами.
«Ну и что это было?»— ошалело подумала она, но тут двери зала эпично распахнулись, ударившись о стены и вошла предводительница местных БДСМ-щиков, в которой, повнимательнее приглядевшись, Эмма узнала Реджину. Ей пришлось прикрыть рот, чтобы неприлично не заржать. Она помнила этот прикид, видела его в тайном гардеробчике, который нашла в подвале.
Всю последующую речь Реджины, Эмма даже не слышала. Кажись, алкоголь таки вдарил ей в голову, потому что все, чего она хотела сделать, так это рассмеяться. Чтобы этого все же не сделать и не опозориться, она бочком, по стеночке, выбралась из зала и вышла на наблюдательную стену, откуда открылся вид на начавшийся салют, Эмма сделала пару вдохов и выдохов прохладного, после дождя воздуха и подуспокоилась.
«Истерика меня все же нагнала», — подумала она, прекрасно понимая, что не так много выпила, чтобы ее так растащило.
Немного придя в себя, Эмма вновь загрустила. И даже чудесный салют ее не радовал. Она просто хотела домой. К Генри. Тьфу ты, да даже к родителям. Вот уж, по кому она думала, что не соскучится… Но нет, именно сейчас она поняла, что именно это и чувствует.
«Если вернусь, если будет куда вернуться, обязательно извинюсь перед Мэри Маргарет, хотя бы за то, что после возвращения ребенка сама к ней так и не зашла…» — решительно подумала Эмма, сжав в руках юбку.
Она еще не готова была полностью простить родителей, но наконец была готова сделать первый шаг.
— С вами все в порядке, миледи? — вдруг произнес у нее за спиной знакомый голос.
Эмма вздрогнула и медленно обернулась. Это был Дэвид. Ее отец. Его наряд соответствовал статусу принца, в качестве которого он здесь присутствовал, но не смотря на все общее веселье, в его голубых глаза застыла печаль.
«Не удивительно. Его ведь заставляют жениться на нелюбимой», — с долей сочувствия подумала Эмма.
— А с вами, милорд? — участливо и вежливо спросила она, вспомнив все те уроки манер, которые в нее вдолбила Нарцисса. — Или точнее сказать, ваше величество?
Мужчина слегка улыбнулся.
— Можно просто Джеймс, — сказал он и подошел к ней на пару шагов ближе. — А вы?..
— Анна, — представилась Эмма, надеясь, что память у ее отца не так идеальна и однажды он о ней не вспомнит, и сделала небольшой реверанс.
— Приятно познакомится, леди Анна, — по-доброму улыбнувшись, сказал «Джеймс» и встал рядом с ней.
Несколько минут они просто смотрели на фейерверки, которые продолжали вспыхивать в небе.
— Какая трата денег… — тихо выдохнул он.
Эмма закусила губу, боясь ляпнуть что-то не то, но как всегда ее рот был быстрее, чем мозг.
— Вы не фанат торжеств? — спросила она.
— Нет, — усмехнувшись, сказал мужчина. — Как по мне, то все то, что было потрачено на этот праздник, лучше бы я потратил на людские нужды.
Блондинка против воли почувствовала, как в ее груди разлилось тепло. Ее радовало то, что ее отец так заботился о других.
«А ты только и делала, что фыркала на него в последнее время…» — прошипел ее внутренний голос. Эмма опять ощутила тоску по своим родителям.
— Вы очень заботливы, — с едва заметно улыбкой сказала Эмма. — Из вас выйдет хороший король.
 
И это был не сарказм, как и не ложь. Если верить историям и тому, как Дэвид вел себя в Сторибруке, он и впрямь хороший лидер.
— Спасибо, миледи, — тепло сказал «Джеймс».
Тут раздался топот чьих-то ног, быстро бегущих в их сторону. Они одновременно посмотрели в сторону лестницы, ведущей сюда. Не прошло и секунды, там появилась фигура закутанная в плащ. Увидев их, фигура замерла, как и они.
— Стой-ка! — внезапно воскликнул «Джеймс». — Я тебя знаю!
— Это вряд ли, — ехидно ответил незнакомец голосом… Мэри Маргарет?!
Эмма растерянно захлопала глазами.
«Говори ли же тебе, мысли имеют свойство материализоваться! Мечтала увидеть родителей — и вот тебе, получай!» — ошарашенно думала она, наблюдая за развернувшейся сценой.
А тут было посмотреть на что.
Ее маман лихо пнула пытавшегося ее поймать принца, и схватившись за веревку, которую Эмма даже и не заметила, так же ловко спрыгнула вниз.
— Я тебя найду! — крикнул «Джеймс», посмотрев вниз на стремительно убегающую воровку. Он повернулся к Эмме, и как-то чересчур возбужденно для того, кого только что пнула девчонка, сказал: — Простите, леди Анна, но мне нужно догнать этого вора.
И с дурацкой улыбкой на лице убежал.
Эмма, проводив его взглядом, покачала головой.
«Ее родители и впрямь, та еще парочка…» — со смешком подумала она, слегка улыбнувшись.
— Надеюсь ты не расстроилась, что принц убежал? — ревниво спросил Румпельштильцхен, который успел увидеть окончание спектакля этих будущих родителей его Спасителя.
Блондинка в притворной печали вздохнула.
— Немного… Но я уже успела привыкнуть, что мои кавалеры меня бросают, — и зыркнув на него, она выразительно еще раз вздохнула и добавила: — Вот только сегодня он уже второй.
Румпельштильцхен фыркнул.
— Я не убежал. Просто не хотел встречаться с определенными людьми.
— Дай угадаю, — иронично подняв бровь сказала Эмма. — Ты не хотел встречаться с той мадам, которой для полного образа не хватало только плети?
— Оу, дорогуша, я уверен, что она у нее есть, — хихикнув, сказал он и подошел к своей спутнице ближе, любуясь, как сверкают ее зеленые глаза.
Они пару минут посмеялись и когда собрались уходить, Эмма, краем глаза, заметила какой-то блеск.
— Это еще что? — с любопытством сказала она и морщась от боли, присела. Ее рана, конечно, заживала, но все же еще оставляла желать лучшего. А сегодня она и так слишком много двигалась для той, у кого дырка в животе.
Когда Эмма нашла на каменном полу то, что ее привлекло и подняв, поднесла к глазам, у нее изо рта вырвался вздох ужаса, а ее лицо побледнело.
У нее в руках было кольцо. Но не просто кольцо, а обручальное. То самое, которое носила ее мать.
«И которое сейчас должно быть у нее», — в оцепенении думала Эмма, кристально ясно помня историю своих родителей.
========== Глава 21 или спасение утопающих, дело рук самих утопающих ==========
Найдя кольцо, Эмма не стала говорить Румпельштильцхену, что оно означает. Она просто сказала, что оно ее и что она его уронила. Судя по его недоверчивому лицу, колдун не очень-то ей поверил.
После этого, они вернулись в замок, и Эмма отговорившись тем, что ее рана разнылась, да и их поход на бал ее утомил, ушла в отведенную ей комнату, напоследок его попросив ускорить нахождение выхода из ее ситуации и в неожиданном порыве, она даже его обняла и поцеловав в щеку, поблагодарила за чудесный вечер.
Но вернувшись в комнату, спать ложиться Эмма не торопилась. Она знала, что должна во чтобы то не стало нагнать мать, прежде чем та продаст драгоценности, которые украла у своего будущего супруга, не то, чтобы она об этом пока знает, троллям. Эту историю она читала раза три и знала наизусть. К счастью, в книге даже была картинка моста, так что найти место будет не трудно. Она не хотела втягивать в это Румпельштильцхена, хватит и того, что его личную историю она уже порядком подпортила. И вообще, Эмма считала, что и сама может справиться. Благо у нее была магия и она искренне надеялась вернуться до утра.