Гэсэр

 Полетела она дорогой небесной и голубой
 К старшей Черного черта сестре Енхобой.
 Оценить все ее возможности,
 
 Узнать коварства ее границы.
 Ее волшебств бесконечные сложности,
 Полетела узнать золотая птица.
 Алма-Мэргэн ахнула даже,
 Сестру Лобсоголдоя увидев старшую.
 Никогда не видела она женщины гаже,
 Не видела женщины более страшной.
 Веки ее одрябли
 И на щеки свесились.
 Щеки ее одрябли
 И до грудей свесились.
 Груди ее одрябли
 И до пупка свесились.
 Живот ее одряб
 И до колен свесился.
 Кожа на коленях одрябла
 И до ступней свесилась.
 Думает Алма-Мэргэн:
 — Если бы я такая была,
 Я бы давно повесилась.—
 Плюнула бы она на это тело,
 Да птичка жаворонок плевать не умела.
 А ест сестра Енхобой из железного блюда,
 А ездит она на помеси коня и верблюда.
 Есть у нее железная мялка,
 Мнет она на ней звериные кожи,
 Помнет, помнет, пока ей не жарко,
 Кожи мятые в кучу сложит.
 Полетала птичка вокруг окон и крыши
 И вспорхнула повыше.
 Полетела она по дороге небесной и голубой
 К средней Черного черта сестре Енхобой.
 Оценить все ее возможности,
 
 Узнать коварства её границы,
 Ее волшебств бесконечных сложности,
 Полетела узнать золотая птица.
 Вокруг дворца она полетала,
 Все она высмотрела, все узнала.
 Но увидев саму сестру, вздрогнула даже,
 Трудно быть женщине страшнее и гаже.
 Брови ее одрябли
 И до губ свисают.
 Губы ее одрябли
 И до грудей свисают.
 Груди ее одрябли
 И до пупка свисают.
 Живот ее одряб
 И до колен свисает.
 Кожа на коленях одрябла
 И до ступней свесилась…
 Думает Алма-Мэргэн:
 — Если я такая была бы,
 Я бы сразу повесилась.—
 Полетала птичка вокруг окон и крыши
 И вспорхнула повыше.
 Полетела она по дороге небесной и голубой
 К младшей Черного черта сестре Енхобой.
 Оценить все ее возможности,
 
 Узнать коварства ее границы,
 Ее волшебств бесконечных сложности
 Полетела узнать золотая птица.
 Вокруг дворца она полетала,
 Все она высмотрела, все узнала.
 Увидела она, что сестра эта тоже
 На двух старших сестер похожа.
 Ресницы — брови одрябли,
 До щек свисают.
 Щеки одрябли,
 До грудей свисают.
 Груди одрябли,
 До пупка свисают.
 Живот одряб,
 До бедер свисает.
 Кожа на бедрах одрябла,
 До щиколоток свесилась.
 Думает Алма-Мэргэн:
 — Если я такая была бы,
 Я бы давно повесилась.—
 Полетала птичка вокруг окон и крыши,
 И поднимается выше.
 Полетела она обратно
 Легко и плавно.
 Обдумывает она многократно
 Свои планы.
 Чтобы все задуманное — осуществилось,
 Чтобы начатое все — закончилось.
 Чтобы Гэсэр и Урмай-Гоохон освободились
 Очень ей хочется.
 Крылышки у птицы легки и быстры,
 Возвратилась она до жилища старшей сестры.
 Которая ест из железного блюда,
 А ездит на помеси коня и верблюда.
 Которая имеет железную мялку,
 Мнет на ней звериные кожи.
 Помнет, помнет, пока ей не жарко,
 Кожи мятые в кучу сложит.
 Тогда Алма-Мэргэн
 Двенадцать волшебств своих вынула,
 Тогда Алма-Мэргэн
 Двадцать три волшебства своих раскинула.
 Полдневный зной трех последних лет
 В одно место собрала она запросто,
 От дикого зноя спасенья нет,
 Наступила великая засуха.
 Лошадиная моча на дороге кипит,
 Лошадиный помет сам собой горит.
 Лобсоголдоя старшая сестра Енхобой
 Не может вынести этот зной.
 Искупаться в озере захотела,
 Долго она купается,
 Хочет она охладить свое тело,