Роковой секрет кэльпи (СИ)

Ответа не было.
Не тратя времени попусту, эльфийский правитель сразу вернулся на трон и продолжил уверенную, властную речь:
— Боюсь, многие ещё не догадываются, за какое преступление будет осуждён чёрный кэльпи. Целитель из Тихого Леса поведает вам о случившемся, и тогда мир ужаснётся величайшей утрате.
Виолетта заметила, как тот парнишка-эльф, который ещё вчера вступился за неё против Кэла, сделал глубокий вдох и откашлялся. Его место оказалось слева от Ви, и необычный страж, до этого сопровождавший кэльпи к столбу, а теперь направлявшийся к выходу, вдруг обернулся к целителю и сдержанно приподнял ладонь в знак приветствия. Рукав чёрных одежд приспустился и обнажил выжженные рунные метки на запястьях, точь-в-точь такие же, как у Антейлина. Крылья юноши затрепетали в тот же миг, словно его накрыла волна ужаса, но, низко опустив голову и будто не заметив знакомого, он постарался взять себя в руки и говорить твёрдо:
— Этой долгой бессонной ночью Нави’ирум Райгх познал новую утрату, ведь тому, кто покинул нашу землю, было не суждено вернуться домой… На его поиски вышли все, кто мог, — даже опытные Охотники, — однако они не увенчались успехом. Лишь тогда наш король позволил мне обыскать берег Проклятого озера, где моим глазам и предстало бездыханное тело утопленника. Труп скрывали безрунные иллюзорные чары, что не действуют на эльфов, маскировали его под человека — Джейсона Уэйна Лесли. Смерть была быстрой, насильственной и жестокой, а на рабочей руке я отметил остатки клейкой слизи в ужасной ране. Мальчика я узнал сразу… Несмотря на все мои усилия, он не дожил пяти месяцев до четырнадцатилетия. Присоединяю свою печаль ко всеобщему трауру по Майклу Стоуну, смертному, воспитанному нашим мудрым правителем и присматривавшему за белоснежной кэльпи. Вы найдёте гроб на кладбище за Рощей Скорби, если решите оказать мальчику последние почести…
Весь Эльфийский народ опустил глаза к земле, и каждый из них как один, независимо от статуса или возраста, тихо пропел строчки на неизвестном Ви языке.
Даже не заметив, что всё это время сдерживала дыхание, Виолетта шумно выдохнула и не сумела скрыть облегчения. «Главное — Джей жив», — шепнуло ей чуть затуманенное и безразличное ко всему остальному сознание, но лицо Антейлина, стоявшего поодаль, всё это время выражало такую искреннюю горечь, что Ви сразу стало стыдно за настолько грубые мысли.
«Ну я и эгоистка. Нельзя ведь радоваться тому, что вместо одного человека умер другой… — внутренне отчитала себя она и обхватила плечи руками, чтобы хоть как-то согреться и унять кашель, так и раздиравший горло изнутри цепкими коготками. — Только вот, если подумать, — чёрт возьми, как же сложно бывает сосредоточиться! — получится, что у озера всё-таки лежало тело, но не Джея, а Стоуна? Майкла, замаскированного чарами под моего лучшего друга? Того самого мальчика, который так хотел жить, но пошёл на прогулку с Кэлом и больше не вернулся? Конечно, все обвинят именно кэльпи… Но не того. Не её!»
Всё это время Лили смотрела на Кэла покрасневшими от недавних слёз глазами так неотрывно, будто и правда умоляла его молчать.
Боковым зрением Виолетта заметила, что Джей выглядел донельзя ошеломлённым, как и многие вокруг, но он даже не знал Майкла, как не знал и Лили, и не понимал ровным счётом ничего.
— Увы, но я вынужден лишь подтвердить слова Антейлина, — выдохнул Лейлар и удручённо опустил голову после минутной паузы. — А теперь, кэльпи, я спрошу у тебя не в первый, но в последний раз, пусть это и бессмысленно: ты признаёшь свою вину?
Кэл глухо рассмеялся в ответ, сидя на голой земле у позорного столба и храня молчание. На мешковатой футболке и бинтах под ошейником багряной коркой запеклась кровь, но это никак не отражалось на язвительном выражении его лица: кэльпи остался неподвижным, как бездушная скала на холодном ветру, и не издал ни звука.
— Он даже не отрицает. Вы видите, насколько низко пало это существо? Один из законов последнего короля гласит: только кэльпи, заключивший контракт с кем-либо, имеет право убить своего хозяина. Для всех остальных, включая Волшебный народ под защитой Нави’ирум Райгха, тот — Неприкосновенный, и нарушение подобного запрета карается жестокой расправой. Однако мой воспитанник не был владельцем Чёрной смерти, поэтому вердикт лишь один — казнь по древнему ритуалу. Этой ночью мы устроим пир, и весь лес узнает из наших песен и плясок о том, что случается с непокорными.
 
— И что, это всё? — неожиданно даже для себя запротестовала Виолетта, резким выкриком заставляя оживлённый гомон эльфов вокруг замолкнуть. — Вы же просто взяли первого попавшегося подозреваемого и решили, что только он и мог утопить Майкла! Если кэльпи не сказал «нет», то это автоматически значит «да, я убийца»? Разве такой суд вообще можно назвать справедливым?
— Раз такое дело… поддерживаю. Честно говоря, я вообще не понимаю, что происходит, но не суть. Тут вся загвоздка в чём: мне тоже не верится, будто Кэл кого-то убил. По крайней мере, не сегодня, — мигом вставил свои пять копеек Джей, по-прежнему часто моргая, но уже начиная тараторить и подкреплять бойкую речь размашистыми жестами. — Серьёзно, я понимаю: он мрачноватый тип, даже чересчур. А ещё у него отвратительное чувство юмора и ужасный вкус в выборе одежды. Ну и выглядит как гей, отвечаю! Но что касается поведения… По-моему, на него можно положиться. И этой ночью Кэл, скорее, был похож на того, кого хотели убить, но никак не на убийцу. Заявился ко мне на порог, бледный, как сама смерть, весь залитый кровью, с Ви на руках… Ещё и без сознания рухнул на пару часов. Я чуть с ума не сошёл, честное слово! Серьёзно, может этот чувак и испортил себе репутацию в вашем обществе, только вот такая мелочь — не повод, чтобы тут же обвинять именно его. Давайте побазарим и рассмотрим ситуацию… объективно, или как это у вас называется?
Теперь уже все эльфы недовольно уставились на людей, посмевших так дерзко перебить их правителя. Кто-то едва слышно хмыкал, другие в гневе сжимали кулаки, а некоторые и вовсе не сдержали смешков, вызванных своеобразной речью Джея.
— При всём моём уважении к Лейлару, я не понимаю, зачем он пригласил на столь значимое мероприятие бездарных смертных, — послышался презрительный шёпот с задних рядов. — Мы могли казнить кэльпи и без них. По старому обряду.
— Позвольте, Соллен, — тут же оборвал его Лейлар и чуть нахмурил брови, — если вы осуждаете мои действия, говорите об этом мне в лицо. Вас интересуют зрелища — законы требуют Суда. И по правилам последнего все, кто хоть как-то причастны к убийству или являются частью Эльфийского народа, обязаны явиться на сбор… Конечно, любопытство наших гостей вполне оправдано, однако все те, кто посетил прошлый Суд, прекрасно помнят причину, по которой продолжать поиск виновного бесполезно.
— И что же это за причина? — без особых церемоний продолжала упорствовать Ви, двумя руками оперевшись о стойку и подавшись вперёд. — Уж я-то имею право знать!
Лейлар только тяжело вздохнул и задумался, поглаживая подбородок кончиками длинных треугольных ногтей. Наконец, он прикрыл глаза, чуть поморщился и произнёс на тихом выдохе, словно заставляя себя вспоминать что-то ужасное:
— Да, наверное, в свете последних событий стало бесполезным скрывать недавнее тёмное прошлое Нави’ирум Райгха от юных эльфов. Смерть снова посетила наш дом, и подобные меры предосторожности ничего не изменят. Думаю, теперь всем нам пора вспомнить о происхождении другого моего закона… Я говорю о том, почему нашему народу больше не дозволено подчинять себе кэльпи.
 
Ряды молодых эльфов внезапно загалдели, подстрекаемые любопытством, и королю стоило больших усилий успокоить слушателей. Правда, многие, казалось, уже давно обо всём знали: они помнили о случившемся и глядели на прикованного к столбу кэльпи с лютой ненавистью и страхом.
— Прошу вас, ведите себя тише… Пробил тот час, когда я сниму запрет на упоминание событий, случившихся ещё до моего восхождения на престол. Конечно, большинство из вас помнят мальчишку, стоявшего у столба прошлого Эльфийского Суда, к которому прикован и сейчас. Взгляд юноши был безумен, движения казались дикими и порывистыми, и со временем мало что изменилось… Да, кэльпи, я говорю именно о тебе.