Сказки З. Топелиуса, профессора Александровского университета в Гельсингфорсе

 
 
Здесь была в другой одежде
 
Чудная природа:
 
Здесь поля покрыты снегом
 
Больше полугода.
 
 
 
 
Только в зелени одета
 
Ель одна стояла
 
И суровый край холодный
 
Будто оживляла.
 
 
 
 
Ночи длинные зимою
 
Без конца казались,
 
И сосновою лучиной
 
Избы освещались.
 
 
 
 
Свет источником здесь жизни
 
Жители считали,
 
И лучи живые солнца
 
Все благословляли.
 
 
 
 
— Как здесь весело, приятно,
 
Как легко здесь дышишь
 
И отцу благословенья,
 
Не проклятья слышишь;
 
 
 
 
Здесь желанные мы гости,—
 
Молвила Дагмара,—
 
Здесь давно нас ожидают,
 
Словно Божья дара.
 
 
 
 
Здесь мы с детками побудем,
 
Поиграем в прятки,
 
А пока у этой ели
 
Постоят лошадки.
 
 
 
 
И довольные блаженством
 
Загорелись очи,
 
И мгновенно разогнали
 
Тьму густую ночи.
 
 
 
 
Перед детскою улыбкой
 
Расцвела природа,
 
Все поля оделись в зелень
 
К радости народа.
 
 
 
 
Наступило Божье лето,
 
Засинело море,
 
Вместе с холодом и ночью
 
Улетело горе.
 
 
 
 
Дети Солнца долго, долго
 
Там с детьми играли:
 
Зерна сеяли, купались,
 
Травку собирали.
 
 
 
 
Луг украсили цветами
 
Нивы тучным хлебом. —
 
Не пора ли нам, Дагмара,
 
Повидаться с небом? —
 
 
 
 
Нет, Фламинг, еще колосья
 
Не созрели в поле;
 
Поиграем хорошенько
 
Здесь одни на воле.
 
 
 
 
Так в весельи незаметно
 
Месяцы летели,
 
На деревьях на роскошных
 
Листья пожелтели.
 
 
 
 
Наступил и час разлуки,
 
Дети в путь собрались,
 
С засыпающей землею
 
Долго все прощались.
 
 
 
 
С их отъездом снова ночи
 
Без конца настали.
 
И с тех пор весною каждой
 
Дети прилетали;
 
 
 
 
Но однажды, — так угодно
 
Видно было Богу,
 
Что весной [3] Дагмара как-то
 
Занозила ногу.
 
 
 
 
И Фламинг один приехал
 
Вместе с ярким светом,
 
Но тепла, как при Дагмаре,
 
Не было тем летом.
 
 
 
 
Без тепла ж цветы, колосья
 
Зерен не родили,
 
Люди, голову повеся,
 
Грустные ходили.
 
 
 
 
И с надеждой обращая
 
Взор молящий к небу,
 
Вседержителя просили
 
О насущном хлебе.
 
 
 
 
Прилетайте дети Солнца
 
Вместе к нам на лето,
 
Чтоб достаточно нам было
 
И тепла и света.
 
 
  
ВОЙНА СОЛНЦА
 
Второе приключение Фламинга и Дагмары
 
омнишь ли ты сказку «Две Сосны», в которой двое маленьких детей одарены были способностью распространять свет и теплоту там, где они появлялись?
— О да, очень хорошо помню.
— Помнишь ли ты Фламинга и Дагмару, золотокудрых детей Солнца, которые катались по воздушному пространству на своих быстрых конях Луче и Ветре?
— Как же, хорошо помню.
— Это все та же сказка о свете; есть еще другая сказка о мраке, но она не из веселых. Теперь я хочу рассказать тебе нечто о равноденствии.
— Расскажи! Я знаю: это бывает в Марте месяце.
— Далеко на севере жил великан Фимбул. Этот великан был страшно силен и жил в ущелье между ледяными горами по ту сторону мыса Нордкапа. Очень ученый был этот великан и умел производить мрак, мороз, град и бурю. Впрочем такой наукой нечего особенно хвалиться.
Фимбулу часто было скучно сидеть одному в ущелье и слушать, как ледяные горы с громом и треском ударяются одна об другую; видеть он не мог, — он был слепой, — а потому кругом него было темно, точно в мешке. У него была лошадь, Борей, что означает северный ветер. Сам великан был чернее ночи, а лошадь его была как снег белая, и когда она фыркала, то вокруг нее собирался густой туман на подобие туч. Иногда Фимбул выезжал на Борее и проносился над горами и лесами; тогда он казался большою черною тучею, полною снега.
Однажды, проносясь через большое замерзшее озеро в Лапландии, Фимбул почувствовал как бы колотье в глазах и в то же время дуновение теплого ветерка, от которого его борода начала таять. Это последнее было ему особенно неприятно, потому что вообще всякий великан дорожит своей бородой: ему кажется, что она очень красит его.
— Что это колет мне глаза и дует в бороду? — спросил великан Борея.
Борей, как и все волшебные лошади, умел говорить, к тому же он на своем веку много путешествовал и всего насмотрелся.
— Это дети Солнца, принц Фламинг и принцесса Дагмара, катаются по белому свету, — отвечал Борей.
— Это дерзко и нахально! — вскричал великан. — Спроси их, по какому праву они осмелились путешествовать по моему царству?
— Весь мир их царство, — ответил Борей. — А едут они так быстро, что мне никак не догнать их.
— Нечего сказать, хороша полиция, которая позволяет таким бродягам скитаться по белому свету, — проворчал великан. Приостановись немного; я наброшу на них мой большой плащ.