Архивы Поребирной Палаты

Варов пошли
ссоры, а дружба с девочкой не сложилась. Чонк-Вар почувствовал
себя совсем одиноким, и впервые загрустил. Он, хоть и не умел
раньше улыбаться, но никогда не грустил. А вот теперь он стал
улыбаться – и тяжело загрустил. Такая странная история
произошла с этим Чонк-Варом.
Он очень долго грустил и не спал ночами. И однажды ощутил
в глубине заскорузлой груди нестихаемую жгучую боль – как
будто кость надломилась и уперлась в сердце острым концом… В
муках дополз он до молельного угла, снял с себя щит из дерева
Акарилл, встал на колени и в отчаянии обратился к Матери Всех
Богов:
– Царица моя преблагая! Надежда моя, Мать Всех Богов! Ты
одиноким Подруга и бесприютным Защита, Ты Радость скорбящих
и обижаемых Покровительница, так помоги же и мне!
Видишь боль мою, видишь тоску мою, помоги мне, ибо воин
я, и немощен в делах сердечных. Приюти меня, яко странника под
Своё крыло!
Обиду мою знаешь – так разреши её, как сочтешь нужным!
Ибо нет у меня другой защиты кроме Тебя, нет другого
утешения, нет другого заступничества, только Ты, Мать Всех
Богов!
Так, да храни меня в мире этом и покровительствуй мне в
мире ином! –
И, как только произнес Чонк-Вар эти простые слова, так
сразу же и вонзился ему в незащищенное слезообразное отверстие
спины острый кривой нож, добытый им некогда в бою с вождём
Царакином в порту Каракрус, где спас он из рабства горбатую
девочку, не умеющую плакать…
И поник Чонк-Вар головой, и закрылись его глаза, и не успел
он даже вскрикнуть, как исторглась его душа из мощного тела, и
упало это тело мешком под алтарь Матери Всех Богов…
А над бессильным телом, наступив на его кудрявую голову, стояла горбатая девочка, не умеющая плакать, и держала острый
кривой нож вождя Царакина, побежденного некогда Чонк-Варом в
44
порту Каракрус в ссоре из-за нее, и дымилась на лезвии теплая
еще кровь её благодетеля…
Так завершилась жизнь Чонк-Вара, не успев начаться… То, что, как он думал, начнет его жизнь, прикончило её навсегда…
«Горбатого могила исправит» – многозначно сказали люди…
И больше никто ничего не сказал, потому что никто ничего не
понял – а, за что она его убила?..
Если бы она и сама это знала…
«За то, что он научился улыбаться» – сказал сам себе Сардар.
Он знал, что говорил…
«Так заведено издревле» – сказала Мать Всех Богов – «Так
заведено. Они всегда будут любить тех, кто ими пренебрегает, и
карать тех, кто их любит. Так заведено издревле…»
Вот последнее я не понял: «они» – это она про горбатых, что ли?..
45
--- Не только с богами беседовали эти древние
люди, иногда они вступали в диалог с объектами
природы. Их наивность была поразительна. Вот
разговор человека из провинции Парамансар не с чем
иным, а, подумайте только – с солнцем!
…Из-за гор, из-за неведомых далей ты приходишь и
разделяешь Землю на свет и на тень. Сколько я себя помню, ты
всегда так делаешь – разделяешь на Земле свет и тень поровну.
Но внутри меня надтреснутое единство света и тени
исказилось – тень в моей душе разрастается и её становится всё
больше! А света