Книга без названия

«премудрости» покатили
одна за одной…
Так состоялась первая встреча Иисуса Христа с Его
учениками «после Его воскресения из мёртвых» ...
И вот эту историю нам готовы продать за горсть медяков.
А то и даром отдадут, лишь бы мы съели.
Потому что на бездарном полотне вышеприведенной картины
прорисовывается нечто более интересное, чем только
мотивационно неряшливая композиция – в этом тексте
гламурненько, но очень нагло выдвигается некое кисейное, но
вполне отчетливое покушение на первонаследство Петра с
Иоанном.
Ибо Иисус Христос, как вытекает из этого апокрифа, избрал
для особого посвящения в завершающие истины земной
организации не Петра с Иоанном, а кого-то другого, из числа
сидящих под горой в Галилее.
Ведь именно к этим людям он пришел сразу же после
Воскрешения…
Однако мы сегодня имеем то христианство, которое основали
Петр с Иоанном.
Следовательно, признай мы данный апокриф истинным, нам
придется отказаться от Петра с Иоанном и всё пересмотреть.
Потому что – вот оно, новое знание! Вот они, эти новые
первонаследники дела Христа – весь списочный состав кружка
юных моделистов «Эонов Бессмертных» и прочего «Подобия, со
Строением, и Формой, и Именем для всех Эонов и их Миров».
Это вам не пустое сочетание одних слов с другими, как в
Евангелиях! С таким обновленным знанием мы теперь пойдем не
только далеко, но и глубоко! И у нас теперь будет гарантия
реформаторской деятельности на несколько поколений вперед.
Или, нет?
Или останемся на старых позициях?
Мы ведь привыкли, что базовые начала канонического
христианства для нас нас олицетворяют Петр с Иоанном. Именно
они.
Остальные были равны Петру с Иоанном, но, все-таки, остальные больше помогали по другим направлениям. А эти двое
шли первыми и шли ледоколом по главной линии прорыва. И на
этой линии Петр потом свалил Рим, где всё в мире тогда и
решалось.
А Иоанн наполнил поверженный Рим новым знанием –
«Светом человеков», истинным христианством.
Совсем не император Константин решил вопрос через триста
лет, а простой рыбак Петр, когда вернулся с Аппиевой дороги
назад, в Город. Император Константин только завершил то, что
необратимо начал Петр.
Свалить Рим – это означало выиграть всё.
Потому что – чем был Рим в то время?
Рим как Город, по своему значению и по контролю над миром
– это и был тогда непосредственно весь мир, потому что все
остальные страны и народы по своему значению были не более, чем предместьями Города Рима, даже если они находились на
оконечности другого континента.
Если перенести на наше время пропорцию населения города
Рима к совокупной численности людей всего мира, то сегодня в
таком Риме проживало бы 250 миллионов человек!
В одном Городе. Без приезжих и гастарбайтеров!
В Риме решалось всё. И, естественно, проповедь в Риме
стоила если не всех, то многих других провинций мира.
И вот Петр, проповедовавший в Риме, был объявлен властями
в розыск для казни. Ночью сторонники упрашивают его покинуть
город, а богатые криптохристиане подкупают стражу Капенских
ворот, чтобы вывести Петра на главную дорогу Рима – на Аппиеву.
Прочь из Рима, к свободе и к жизни…
Но утром Петр возвращается и стучится в ворота. Он просит
впустить его назад – он вернулся, чтобы смертью рыбака победить
императорский Рим.
Объяснение такое – когда он шел при луне прочь из Рима, то
увидел Христа, который шел навстречу ему, Петру.
Растерявшись, Петр