Проклятие рода Тремейн (СИ)

— Как будто специально под ваше платье! — восхищалась Мина, шнуруя ей корсет.
Драгоценности из шкатулки пришлись как нельзя кстати — с ними тюдоровское платье Анны выглядело поистине королевским. Настоящая хозяйка бала.
***
Миссис Керджесс постаралась на славу. Залы, и без того нарядные, украсили гирляндами и бархатными ламбрекенами, в нескольких комнатах обустроили уютные романтические уголки для уединения и пылких признаний. Фуршетные столики ломились под тяжестью закусок и вин. В курительной поставили карточный стол для игры в покер и бридж, а в дамской организовали чайный уголок.
Зимний сад утопал в мягком полумраке китайских газовых фонарей, окна же оставили открытыми для свежести и прохлады.
Горничные сбивались с ног, проверяя всё ли в порядке, и довольны ли гости. Миссис Керджесс раздавала последние указания приглашённым музыкантам: пожилому скрипачу и молодой арфистке-француженке.
…В холле воцарилась тишина, стоило ей появиться наверху лестницы. Под восхищёнными взглядами притихших гостей Анна неторопливо спустилась вниз, придерживая подол изумрудно-зелёного платья из муслина и бархата. По залу прокатился восторженный шепоток. Окинув беглым взглядом собравшихся, она заметила среди них Винсента. Он держался чуть в стороне, у стены, и, встретившись с ней глазами, чуть улыбнулся и поднял бокал. Анна улыбнулась в ответ и с трудом подавила смешок. В потёртых штанах, рубахе и твидовом жилете он меньше всего походил на средневекового персонажа. Образ довершали ковбойская шляпа и перекинутое через плечо лассо.
— Ну, что миледи? — спросил он с задором, когда она спустилась вниз, — устроит ли вас общество разбойника с дикого запада?
— Так вот, значит, каково ваше истинное лицо? — усмехнулась она, беря его под руку, — стало быть, работа юриста всего лишь прикрытие?
— Так куда легче проворачивать тёмные дела, не находите?
Справедливости ради стоило отметить, что публика в зале собралась самая разношёрстная. Французский дофин откровенно флиртовал с хрупкой египтянкой; в курительной комнате разыгрывали партию испанский конкистадор и турецкий султан; гордая римлянка танцевала с Робин Гудом… От разноцветицы нарядов пестрило в глазах.
Винсент, как обнаружилось, весьма недурно танцевал, несмотря на то, что временами фальшивил и путал движения.
— Давно не практиковался, — признался он, когда музыканты заиграли вальс.
— Я тоже, — Анна покрепче прижалась к его плечу, подсказывая нужный ритм, — последний раз я танцевала больше года назад. Уильяму дали отпуск, и моя мать устроила по этому случаю приём. У вас отлично получается! Сейчас уже гораздо лучше.
— Ещё чуть-чуть и вести будете вы, а это никуда не годится, — его ладонь мягко скользнула вниз.
Даже сквозь плотную ткань и жёсткий корсет Анна почувствовала, как кожа её покрывается мурашками. Вдоль позвоночника змейкой пробежала лёгкая дрожь. Почти забытое и неожиданно приятное ощущение.
— Анна? Всё хорошо? — Винсент убрал руку, и наваждение исчезло.
— Да… — выдохнула она немного рассеяно. — Здесь очень душно, а ещё этот корсет…
— Тогда, может, выпьем шампанского? — предложил он, уводя её в сторону кушетки.
Откинувшись на спинку, она исподтишка наблюдала за ним, пока он ходил за льдом и бокалами. У неё кружилась голова, но духота не имела к этому отношения. Подумать только — один-единственный танец пробудил в ней целую палитру эмоций! Анне до сих чудилась его ладонь на пояснице, а в животе разливалось щекочущее тепло. Может, не стоит пить шампанское?
— Держите, — Винсент протянул ей бокал и сел рядом. — У вас щёки покраснели. Боюсь, ещё немного, и этот корсет вас задушит.
— Хорошо, что они постепенно уходят в прошлое, — улыбнулась она и отпила шампанского.
Сладкие пузырьки щекотали горло и согревали грудь.
— Выйдем на балкон? — предложила она.
Поднимаясь по лестнице, Анна посмотрела вниз и только сейчас увидела ещё одну гостью — стройную, темноволосую в синем платье викторианского фасона. Пышные локоны держал большой серебряный гребень с цветами из аметистов. Дама стояла вполоборота и держалась поодаль от прочих гостей.
— Не знаете, кто она?
— Где? — удивился Винсент, глядя туда, куда указывала Анна.
— Девушка в синем платье.
— Вы про миссис Баттлер? — уточнил он.
— Да нет же! Вон та, что стоит в углу возле пальмы.
— Похоже, вам и, правда, нехорошо от духоты, — проговорил он растерянно.
Анна мотнула головой и снова посмотрела вниз. В углу никого не было.
— Показалось, наверное… — она неуклюже улыбнулась.
Винсент нахмурился и ещё раз окинул взглядом холл.
— Идёмте же! — поторопила Анна.
Она в последний раз посмотрела вниз, но незнакомка исчезла.
Ночной воздух обдал тело приятным холодком. Закрыв глаза, Анна с наслаждением подставила лицо лёгкому ветерку. Из открытых окон доносилась музыка и обрывки голосов, шелестели деревья в саду… Она вдохнула полной грудью и посмотрела на Винсента. Лицо у него раскраснелось, а ковбойская шляпа съехала набок. Из выреза небрежно расстёгнутой рубашки виднелась покрывшаяся мурашками кожа.
— А вам идёт, — Анна расслабленно улыбнулась и прислонилась к перилам.
— Вам тоже.
Он подошёл к ней. Звякнули фужеры.
— Отличный вечер.
— Уже почти ночь, — Анна поставила фужер на парапет. — Неужели, я опять видела то, чего нет?.. — у неё задрожали губы.
— Не думайте об этом сегодня.
Она ощутила прикосновение его ладони к щеке. Возможно от того, что лицо её горело, его пальцы показались ей холодными.
— Отпустите вашу боль, Анна. Отпустите всех призраков.
У неё закружилась голова. Ладонь Винсента спустилась ниже, к шее, оглаживая неистово пульсирующую жилку. Такое лёгкое, почти невесомое касание, но тело её словно прошило током.
— Вы же говорили, что не отрицаете то, чего не знаете, — прошептала она, глядя ему в глаза.
— Я знаю, что хочу помочь вам вновь почувствовать жизнь.
Его лицо оказалось совсем близко, а в потемневших глазах мелькнуло что-то новое и незнакомое. Сердце отчаянно заколотило по рёбрам. Анна почувствовала его дыхание на своей шее — тяжёлое, горячее…
— Думаю, нам следует вернуться, — он словно проснулся и, вздрогнув, отступил на шаг, — здесь ветрено, вы можете простудиться. Да и гости уже расходятся, — Винсент посмотрел вниз, на крыльцо, — нужно их проводить.
— Да, конечно, — она встряхнула головой и натянуто улыбнулась, — а вы, как мне кажется, изрядно пьяны, мой храбрый ковбой.
— Коварный напиток это шампанское, — усмехнулся он, беря её под руку и уводя с балкона.
========== Глава 12 ==========
Проводив последнего гостя, она наскоро приняла душ и забралась в постель, с наслаждением чувствуя, как расслабляются напряжённые мышцы. Голова всё ещё шла кругом, и Анна смутно подозревала, что виной этому отнюдь не только коварное французское шампанское. На долю секунды ей показалось, что Винсент её поцелует — об этом говорили его глаза, его руки. И Анна совсем не была уверена, что сможет этому воспротивиться. Нет, не так — хочет. Ей вдруг сделалось страшно и стыдно. Со смерти Уильяма едва минуло и полгода, а она думает о таком.
Анна перевернулась на спину и, сложив руки на груди, уставилась в украшенный витиеватой резьбой потолок. Лёгкий ветерок из открытого окна колыхал полупрозрачный, расшитый золочёными лилиями полог, и нити поблёскивали в лунном свете.
Вдруг, боковым зрением она выхватила чёрное пятно рядом с зеркалом. Сглотнув, Анна напряжённо пригляделась. Сквозь тюлевый полог угадывались очертания человеческой фигуры — словно в её кресле сидела женщина. Стиснув зубы, Анна закрыла глаза и досчитала до трёх. Открыла и снова увидела недвижимо застывший силуэт. “Наверное, это моё платье. Ну, конечно же, это оно”, она попыталась улыбнуться, но мышцы лица отказывались подчиняться.
Прежде, чем следующая мысль обрела сознательную форму, Анна с ужасом увидела, как чёрная фигура поднимается, распрямляясь в полный рост. “Это в моей голове… Это всё у меня в голове…” повторяла она, как молитву, пока её пальцы сжимали край одеяла. Оцепенев, Анна смотрела, как нечто, шатаясь и подёргиваясь, приближается к ней. Она видела тощие костлявые ноги, руки с длинными изогнутыми пальцами и спутанные, перепачканные в грязи волосы, закрывающие лицо. Если бы она могла закричать, то закричала бы, но голос пропал. “Я хочу проснуться. Я хочу проснуться. Проснись! Проснись!”