Эльфийская сага. Изгнанник

пронесся ветром урагана и окатил коленопреклоненных жестким
колючим песком. Он давно исчез, а серо-желтое облако пыли еще долго кружилось над
Унг Киррил, не тая в безветренном воздухе Фэр’айо.
… Дорога долго вела на восток.
Озеро Тишины вынырнуло на рассвете. Габриэл сбросил скорость и минул
развалины старой ротонды, установленной на обрывистом берегу. Раскрошенные
мраморные колоны торчали изломанными зубьями; треснувший купол провалился, фигурные столбики балюстрад оплел дикий кусачий плющ; в узорных прорезях блестели
сиреневые соцветия чертополоха. Жеребец свернул к заливному лугу, поросшему травой -
царству ужей и цапель. Грохот кваканья и трели цикад обрушились громовым водопадом.
Весь следующий день снежный конь нес господина вдоль развесистых ясеней и
кленов, пятнавших желтую траву тенистыми островками. После непродолжительного
отдыха на закате, темный эльф снова вскочил в жесткое седло. Жеребец тряхнул
31
позолоченной уздечкой, прикусил мундштук, ударил стальным копытом о лесную твердь
и бросился в ночь, к провинции Сторм-Шадар.
Сторм-Шадар лежал к северу от Подземного королевства и номинально
принадлежал орочьему королю Ыгыраку Змееносцу, державшему трон королевства
Фарух; оно покоилось на востоке вытянутой дугой с севера на юг. С юга провинцию
затемняли макушки Мертвых гор - владения темных эльфов. На западе сиял Белый Лес со
столицей Эбретрейл. Однако, благодаря стараниям Брегона и трем сотням его гвардейцев, царственный город солнечных эльфов, (с которым Сторм вел многолетнюю торговлю), стал печальным воспоминанием бессердечного мира.
Через Сторм (главный город провинции) пролегали караванные пути, а сам он
считался негласным купеческим центром юго-востока. Из Диких Степей, Ажинабада и
Аллеура денно и ночно шли обозы, груженные тюками тончайших шелков и тканей, ворсистыми коврами, благовониями, пряными специями, альхенской древесиной, драгоценными ожерельями, бусами, подвесками, экзотическими маслами и фруктами.
Степные орки, владевшие тремя пустынными государствами, шли сначала сюда а, оставив
в городе часть товаров, дальше направлялись к Этлене и Горам Жизни. Оттуда плелись на
северо-запад, минуя узкую полосу побережья Моря Ветров, и после удалялись в богатые
королевства Севера и Запада.
Нередко за трон Сторма вспыхивали ожесточенные бои. Сцапать Жемчужину Юга
мечтали не только темные эльфы во главе с Брегоном, но и степные орки Ажинабада и их
желтомордые сородичи из Диких Степей. Знамя владыки не редко клонилось то в одну, то
в другую сторону. В последний раз удача улыбнулась королю Ыгыраку Змееносцу, и
провинция перешла под власть Фаруха и Зеленого Стяга. Боевые орочьи отряды встали в
Сторме сто двенадцать лун назад. По сей день королевская стража неусыпно следит за
мелькающими купцами, меняющимися покупателями и неизвестными путниками –
голубокожие орки-фаруханцы прекрасно осведомленные о желании гордых и алчных
соседей отбить Жемчужину - всегда наготове.
Кохейлан внес Габриэла через Южные ворота в полдень второго дня. Темный эльф
мчался без отдыха, сократив путь на четверть. Потянулись узкие, кривые переулки в
синих тенях; повстречались сбитые из камня глухие стены, покрытые трещинами.
Ступенями громоздились черепичные серые крыши, на них сушились белые, красные, черные ткани; за заборами прятались дворы, засаженные вишневыми и сливовыми
деревьями. Там жители готовили пищу, растили детей, предавались радостям и печалям.
…Плащ блеснул россыпью лунных камней - Габриэл вылетел на главную улицу, окунаясь в гомон и лязг, крики и ругань. Народ в пестрых одеждах показался ему цветным
бурлящим океаном. Узкоглазые скуластые гоблины из ущелья Беллийских гор сновали в
ржавых доспехах, сжимая изогнутые мечи грубой орочьей работы. Степенно шагали
бородатые и вечно угрюмые гномы Аскья Ладо; концы их блестящих шлемов едва
достигали до конского стремени. Хитрые и юркие зеленые гоблины мелькали меж толпы, высматривая злыми похотливыми глазками кошели, набитые золотыми пейсами.
Темные эльфы-купцы, разряженные в черные шелка и атлас, бродили в окружении
хорошо вооруженной охраны и сильнее натягивали на головы капюшоны, прячась от
прямых солнечных лучей. Завидев благородного шерла, сородичи склоняли головы, торжественно приветствуя его прижатой к правому предплечью рукой.
Среди грубых мускулистых тел в кованых доспехах, изящных - в легких
серебристых кольчугах, или кряжистых - в тяжелой латунной броне, изредка угадывались
высокие и невесомые фигурки фей в платьях цвета звезд. Воздушные подолы волочились
за Королевами Цветов, рассыпаясь бутонами роз и