Пленница Потаенного Царства

повстречала в Саду
Пурпурного Соловья белого тигра и серого журавля и они многое ей рассказали.
- Правда, - она дернула плечом под меховой накидкой, - они не сказали, как именно
это сделать, - с досадой вздохнула девушка.
- Что ты делала в Саду Пурпурного Соловья? – Нахмурился Тай.
Нахлынувшая волна вынесла оброненный фонарь и ударила об его сапог.
- Ходила взглянуть на жемчужину Лунга, - она виновато потупила взор. – Я видела, как она кровоточит, - поправилась, - как кровоточит сердце Лунга.
- Ты знаешь почему? – Осторожно поинтересовался юноша и протянул ей руки.
Лин охотно вложила свои маленькие холеные ладони в его большие мозолистые
руки и пожала плечами:
- Понятия не имею. Какая разница.
Он грустно улыбнулся и снова ее обнял.
- Завтра же пойду к нему и спрошу, почему он все еще не снял проклятие Лун-вана
самостоятельно.
- Он не обрадуется вопросу, - заметил Тай и дернул бровью.
- Пусть. Если Лунг не в состоянии спасти свое царство, я готова ему помочь.
Шелест волн, кусавших гладкие камни, навевал покой. Луна, утонув за горизонтом, бросила на воды моря блестящую дорожку.
- Нет, Лин, уплывай, - настойчиво повторил Тай. Его тяжелое дыханье походило на
рокот горного ветра.
- Я не стану! – Лин боялась ссоры, но именно ее и получила. – Кем я буду, если
брошу этих людей? Если брошу… тебя?
- Ты женщина, а не воин.
- А ты рыбак, а не принц! – Рассердилась она. – Только два человека могут мне
приказать. Император и муж. Ты не являешься ни тем, ни другим.
Принцесса выскользнула из его объятий и бросилась обратно в город.
Тай вздохнул и посмотрел на сиротливо покачивающуюся джонку. В его голове
гремели слова Владыки Севера: «Сам Извив Пути привел ее к тебе. В ней спасение твоего
царства, Тай. И твое тоже».
Ли Цзи. Книга Ритуалов
I.
день Ласточки месяца Зеленого Ибиса, 1532 год Марса
или Третий Месяц 36 года правления Императора Шу Аньфу
Чайный мастер приглушил свет и подошел к столику. Он бережно залил родниковую
воду в глиняный гайвани29 и поставил на жаровню. Дальше открыл шкатулку с
хризантемным чаем и отсыпал необходимое количество в заварник – исинь, а после залил
кипящей родниковой водой и накрыл крышечкой. Над гайвани повис густой ароматный
дымок и Император Шу Аньфу улыбнулся.
Он не особо любил церемонию Гун Фу Ча30, но после женитьбы на добродетельной
супруге Венлинг изменил свое мнение. Сиятельная Императрица всегда четко следовала
29 гайвани – традиционная китайская посуда для заваривания чая
30 Гун Фу Ча – чайная церемония
традициям и заветам предков и потому всякий раз перед началом Гун Фу Ча, приговаривала:
- Верными церемониями и ритуалами мы насыщаем души покоем, а тела приводим в
гармонию.
Император вдохнул хризантемный аромат и погрустнел – увы, супруга Венлинг, вознесшаяся к Нефритовому Источнику, более не разделит с ним любимой церемонии.
Теперь ее место занимали Любимая Наложница и два его сына: наследник престола Ксиу
и младший принц Реншу. Высокая Солнечная принцесса Дейю отбыла к жениху Энлею
(как и было запланировано) в свите ста пятидесяти служанок, трехсот воинов
сопровождения, двадцати повозок с шелками, нефритом, золотом, серебром и десятью
сортами чая.
Шу помрачнел: что до младшей принцессы Лин – несмотря на все усилия, ее так и не
нашли. Оставалось надеяться, что Яньван не слишком терзал душу несчастной девушки, растворившейся в ночь великого пира, устроенного по случаю возвращения Сына Неба из
Потаенного Царства, и даровал ей быструю смерть.
Чайный мастер снял пузырьки фарфоровой ложечкой и, выждав две минуты, слил
первую заварку. Император сморгнул воспоминание о дочери и вернулся в Изумрудный
Дворец. К тому времени мастер повторно проделал церемонию заваривания и, позволив
настояться следующей заварке, взял исинь в правую руку. Левой он смял льняную
материю, чтобы, наполнив фарфоровые пиалы, стереть с носика влагу.
Коленопреклоненный дегустатор взял однотонную пиалу и отпил терпкого напитка.
Из соседнего сада слышались шелест листьев, щебет певчих птиц и журчанье
хрустальных фонтанов.
- Превосходно, Ваше Императорское Величество, - с поклоном сказал он, давая
понять, что чай готов к употреблению.
Император кивнул. Любимая Наложница Ян Мей и принцы взяли пиалы с
фениксами, солнцем и звездами; Сын Неба принял пиалу с драконами, но не успел он
сделать и глотка, как дегустатор захрипел. Изо рта старого мандарина потекла рвотная
пена, глаза закатились, а кожа приобрела синюшный оттенок.
- Чай отравлен! – Вскричал старший Ксиу, отбрасывая пиалу на мраморные плиты.
Любимая Наложница завизжала:
- Покушение на Сына Неба!
В чайный домик вбежала императорская стража. Перепуганного мастера, распластавшегося на полу, грубо схватили и стали связывать.
- Я ни в чем не виноват, о Величайший! – Закричал он, когда его потащили к двери.
– Боги Девяти Небес свидетели, я не винова-а-ат!
- Казнить предателя Империи, - не слушая его вопли, приказал Ксиу и обернулся к
отцу. - Я сейчас же призову Первого Министра и начальника Тайной Канцелярии и мы
отыщем виновных!
Он резко поклонился, так, что в его волосах сверкнули нити жемчуга, унизанные
нефритами, и удалился. За ним исчезла его многочисленная свита слуг.
Любимая Наложница покорно склонила голову и позвала:
- Господин. Вы опечалились?
Сын Неба отдернулся от ее протянутой руки и отрезал:
- Не твое дело. Ты затеяла эту церемонию. Не хочешь объясниться, Ян Мей?
Любимая Наложница надула пухлые губки и томно потупила ярко подведенные
глаза. Робким, сладковатым голосом она ответила:
- Мой