Пленница Потаенного Царства

в расплавленную сталь.
У него жар, испугалась она. Похоже, он все-таки подхватил воспаление легких, пока
«обнимался» с ледяными камнями.
Не теряя ни минуты, принцесса спустилась на главную кухню, разожгла жаровню и
вскипятила воды. Нарезав корня женьшеня, что был спрятан в одном из сотен серебряных
сундучков, она бросила полученную смесь в кипяток; добавила имбирь, чесночную
настойку, мед и прочие травы и три часа выпаривала снадобье на тлеющих углях.
Вернувшись в покои с целебным женьшеневым настоем, она разбудила Тая и заставила
выпить его все до последней капли.
В следующие два дня Лин не отходила от него ни на шаг. Тай пробуждался на
несколько минут, чтобы принять горьковато-терпкий эликсир и проваливался в
неспокойный сон. Несмотря на жуткое смущение, Лин тщательно осмотрела тело юноши
и нашла на животе внушительную рваную рану, судя по всему оставленную когтями и
зубами морского чудовища. Так, к варке целебного корня, прибавилась забота –
промывать и перебинтовывать его исполосованный живот.
Принцесса не спала почти неделю. Ее качало от усталости, глаза слипались, ноги
подкашивались, но в то же время сердце пело, а душа ликовала. Тай шел на поправку, а
она все больше убеждалась, что впервые со дня появления в Потаенном Царстве не
чувствует себя несчастной пленницей. Наконец, ее существование наполнилось смыслом, а жизнь заиграла красками весны.
* * *
Господин Лунг пропал и не показывался (отчасти это радовало принцессу) и потому
все следующие недели Тай жил в ее покоях. Как только он пошел на поправку, Лин
обустроила ему соседнюю комнату, обитую желтым и зеленым шелком и бархатом, и
стала наведываться каждые два-три часа, чтобы напоить женьшеневым эликсиром или
поиграть ему на лютне.
Когда зимние бураны унесло, а свирепые ветра присмирели, Тай и Лин отправились
на прогулку за пределы Каменного Города.
- Ты все еще не помнишь, как оказался в море?
Они шли по каменистой дорожке, вьющейся серпантином к подножию Каскадных
Гор. Тропа то ныряла в посеребренные бамбуковые рощи, то взлетала на холмы, засеянные крестьянскими домиками. Сапоги сминали хрустящий снег. Солнце
просвечивало сквозь облака из пуха. Меховые накидки били им по ногам.
- Помню. Смутно, - признался Тай.
В последние дни он заметно окреп. Кожа приобрела здоровый оттенок, а темные
глаза – живой блеск.
- Мы вышли в море на заре. Отплыли от берега на три ли и остановили джонку у
Желтого Утеса. Светило зимнее солнце, дул западный ветер и ничего не предвещало беды.
Мы с отцом занялись сетью и не заметили, как резко испортилась погода. Внезапно
налетел сильный порыв и наша джонку закачалась. Потом ударил второй и сломал мачту.
После третьего лодка перевернулась. Я потерял отца из виду. Его тут же утянуло на дно. Я
попытался помочь, но рыболовные сети опутали меня, а течение понесло на восток – в
открытое море. – Тай сдвинул брови. – Я помню холод и тяжесть воды. И больше ничего.
– Он остановился у заледенелого абрикосового деревца. – Я думал, что очнусь на суде
Яньвана, выслушаю приговор и уйду во тьму. А вместо Подземного Царства вознесся на
небеса.
Юноша обратил на принцессу пристальный взгляд и она покраснела. Он был так
близко. Сильный, высокий, красивый. От внезапно желания мужских ласк потянуло низ
живота. Испугавшись нахлынувших чувств, принцесса повернулась и зашагала к склону
горы.
- Лин, подожди, - Тай заторопился следом. – Я чем-то обидел тебя?
- Нет, - помотала она головой и утонула в капюшоне, чтобы скрыть предательский
румянец. Вдохнув и выдохнув, она спросила: - Как ты думаешь, твоему отцу удалось
доплыть до берега?
- Не знаю, - опечалился Тай, вспоминая то утро. – Надеюсь боги Девяти Небес
сжалились над ним и облегчили его страдания.
Дорожка свернула у скалистой гряды и поплелась вдоль бугристых холмов, присыпанных серебром.
- Давно ты здесь? – Спросил он, когда принцесса взошла на белый гребень. Отсюда
открывался вид на долину, Каменный Город, Хрустальный Дворец с садами и парками и
побережье Лазурного Моря.
- Здесь? – Задумалась она. Крупные снежинки сыпали с неба точно белые лепестки
роз.
- В Потаенном Царстве. Так ведь это место называется? – Уточнил Тай.
Она кивнула и горько усмехнулась:
- Давно ли я пленница Потаенного Царства? Может быть. Я уплыла из дома в месяц
Зеленого Шелка. В ту ночь пели птицы, было тепло и тихо, а вершина Горы Царя Обезьян
сверкала в свете весенних звезд. На Скале Солнца сиял мой родной Изумрудный Дворец и
я видела его в последний раз.
- Месяц Зеленого Шелка? – Прикинул Тай. – Когда мы вышли в море, наступил
месяц Белой Ночи.
Девушка покачнулась.
- Одиннадцать лун. Прошло почти одиннадцать лун, - ее горло свело болезненной
судорогой, на глаза навернулись слезы. – Я никогда не освобожусь из этого плена.
Никогда не увижу отца и брата. Никогда не вернусь домой.
- Не говори так, - Тай быстро подошел и обнял принцессу за плечи. – Нам не дано
повлиять на извивы путей, не дано изменить разветвления судеб и повлиять на разделения
миров. Мы простые смертные. От нашего желания ничего не зависит.
- Обнадеживает, - буркнула она.
- Да, - улыбнулся юный рыбак. – Но это не повод отчаиваться. Еще вчера я жил
тяжелой жизнью, вставал до зари, ходил в море и продавал улов на местном рынке,