Цитадель

Граф поднял руку, призывая к молчанию.
— Не нужно лишних слов, Гелен. Что сделано, то сделано. Просто запомни — когда Логан вернется за деньгами, он не должен попасть в замок. Лучше всего расплатиться с ним за стенами Амберга. Под любым предлогом. И любой ценой.
— Любой? — Барон нахмурился. — Я не очень…
— Любой значит любой, — отрезал граф. — Но нужно быть крайне осторожным. Логан — чертовски опасная бестия.
Впервые за последние годы улыбка на лице графа не казалась добродушной. Не знай его барон как никто другой, он мог бы предположить, что граф испытывает страх.
Хаген перехватил взгляд барона и оскалил зубы в усмешке.
— Думаешь, я боюсь?
Барон не нашелся что ответить, неопределенно качнул плечами.
— Правильно думаешь.
Граф отошел от окна и, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, двинулся через кабинет.
— Но, видишь ли, друг мой Гелен, страх в действительности очень полезная штука, — задумчиво сказал граф. — А этого «господина Логана» стоило пригласить в любом случае. Хотя бы ради этого чувства. Да-да, именно так, не удивляйся. Думаю, этот Логан пришел вовремя.
Граф остановился возле книжного шкафа, вытащил один из увесистых томов.
— «Ключи ада». Доктор Фаустус, — прочитал он. — Забавная вещица. Столь же приятная в чтении, сколь и бесполезная в употреблении.
Он шагнул к камину и швырнул книгу в огонь.
— И горит плохо, — улыбнулся граф.
Он подобрал кочергу и поворошил в камине, вызвав жаркий огненный всплеск. На лице графа заплясали отсветы пламени, и Гелен вспомнил прежнего Хагена. Вспомнил, как тот мог часами стоять любуясь, как огонь пожирает дом или крепость его врага.
— Никакого проку от этого хлама, — проворчал граф. — Только пыль… Или плесень. Вот и я тоже… заплесневел. Да-да, Гелен. Страх — великая вещь. Страх может обернуться смертью, а может — лекарством.
Отшвырнув кочергу, он повернулся к Гелену.
— Вели слугам убрать все эти шкафы и сжечь их вместе с книгами.
— Но, Хаген… — растерялся барон. — Многие из этих книг стоят немалых денег. Возможно, лучше продать их или подарить епископу Амберга Титмару, он будет весьма признателен.
— Твои советы, как всегда, мудры и практичны, — усмехнулся граф. — Но ты, по обыкновению, забываешь простую истину. Всем этим миром, — граф взмахнул рукой, — правят отнюдь не самые сильные и далеко не самые мудрые. В общем, не самые достойные. Этим миром правят те, кто готов править. Те, кто принял решение править. Книги же… Впрочем, что о них говорить? Вели их сжечь.