Сказания и легенды
Часть 17 из 48 Информация о книге
Услышал это Абесалом и еще больше стал изнывать любви, и овладел им недуг.
Мурмана к себе призвал он.Тот явился на призыв.«Принеси воды бессмертной —Может быть, останусь жив».Сердце Мурманово сжалось,Хоть и не был он труслив.Дал он слово, на дорогуДевять суток испросив.Стал прощаться он с Этери:«Пусть помедлит ночь глухая!Дай к груди твоей хрустальнойМне приникнуть, умирая!Шлют меня к горе Алгетской,В глушь невиданного края.Метят в голову мне камнем,Камень тот — скала седая.Там проломят лоб мой львиный,Вай ме! Горе мне, родная!»Молвила Этери:
«Ты ко мне не прикасался,Хоть живу в твоем дому.Исцели Абесалома!Как вернешься — обниму».Мурман ей:
«Лишь не допускай дурногоТы к порогу своему!Что с луной он обнимался,Примерещится ему».И она в ответ:
«Шелк сменю я на отрепья,Распрощусь с дворцом старинным.За водою ключевоюЯ пойду с ковшом, с кувшином,От докучливого взораСхоронюсь за ветхим тыном,Речь не поведу ни с братом,Ни с соседом, ни с единым!»Утром, с матерью прощаясь,Покидая замок свой,В час разлуки неизбежнойМурман восскорбел душой.Он молил: «Храня Этери,От врагов ее укрой, —Чтоб ее не тронул ветер,Не коснулся луч дневной!»Близок час Абесалома, —Гаснет он в разлуке с пери.По селу Марих блуждает,Слезы льет у каждой двери:«Люди! Брат мой умирает.Как спастись от злой потери?»Говорят ей: «Верно, хочетБрат твой свидеться с Этери.Поскорей перо голубкиОтнеси ты к брату в дом,Ворона крыло стальное,Белый хлеб, кувшин с вином».Принесла Марих подарки.Поглядел АбесаломИ с одра своей болезниПриподнялся он с трудом.Взял перо, сказал: «Ты бело,Но белей тебя Этери!»Взял он хлеб, сказал: «Ты нежен,Но нежней лицо Этери!»Взял вино, сказал: «Ты ало,Но алей уста Этери!»«Ты черно, — крылу сказал он, —Но черней глаза Этери!Во дворец моей ЭтериТы ступай, Марих-звезда!Ей про скорбь мою поведай,Приведи ее сюда».И пошла Марих к Этери.
Так упал на жизнь ЭтериГрома божьего удар:Ей недуг АбесаломаБыл страшней небесных кар.Убежала от свекровиПод заветный свой чинар.Там спала она, слезамиУтолив тревожный жар.Подошла Марих, вскричала:«Ты ли это в роще дальней?Для чего ж тебя, Этери,Я искала в княжьей спальной?Вижу, пряжка расстегнуласьНа груди твоей хрустальной.Косы — волны золотые —Стерегут твой сон печальный».Не проснулась Этери, o снова окликнула ее Марих:
«О Этери! Весь твой замокИсходила я одна.Я заплакала над ложем,Непорочным, как луна.Быстро месяцы проходят,Возвратилась к нам весна.Встань! Идем! Спаси мне брата!Коль умрет — твоя вина.Я возьму лопату, заступ,Щебень вымету с дороги,Путь твой мрамором одену,Праха не коснутся ноги.Из прозрачных самоцветовВозведу тебе чертоги,Там цветистыми коврамиЗастелю я все пороги,Вставлю струганые доскиМеж узорных гладких плит,Свод чинаров перед замкомВ небо вскину я, как щит.Обтяну его я шелком, —Пусть и солнце не палит,Обовью цветами землю, —Пусть и ветер не пылит!»Тихо молвила Этери:«Лучше гибель, чем утрата,Пусть же брат твой исцелится, —Он, кто мне милее брата!»И пошла с Марих Этери,Страхом горестным объята,Но к дворцу АбесаломаНе дойти ей до заката.В этот час к АбесаломуСмерть ступила на порог.Все же легкий шаг ЭтериНе расслышать он не мог.Приподнялся он и крикнул:«Чую поступь милых ног!Дверь и кровля зашатались,Заглянул мне в сердце бог!Меж ресницами своимиРазвела ты сад прохладный.О, хвалю тебя, Этери,Что пришла ты в час мой страдный!Но напрасно ты трудилась,Суд свершился беспощадный:Ухожу я в путь последний —В час кончины безотрадной».Вот Марих подходит к ложу:«Братец! Слышишь ли меня?Хочешь свидеться с Этери,Не казнясь и не кляня?»Отвечает он: «Пусть входит,Если близко от меня.За приход ее блаженныйПодарите ей коня!»Так промолвила Этери:«Ногу в стремя я не вдену.Если некуда нам ехать,Верный конь теряет цену».Подошла к Абесалому,Но, кляня ее измену,Он спиной к ней повернулсяИ глаза уставил в стену.Ближе подошла, сказала:«Юноша Абесалом!Обернись ко мне, любимый!Нет вины моей ни в чем».Обернулся к ней царевич,Вскрикнул, — жизнь погасла в нем.Губы их слились впервыеВ поцелуе гробовом.«Вот клинок Абесалома,Спутник верности постылой!Жизнь мою над левой грудью —Он пронзит с любовной силой.Острие к себе направлю,Рукоять — к тебе, мой милый!Вместе мы умрем, любимый,И сроднимся за могилой!Нас землей, листвой засыплют,Мир к умершим не суров.В изголовье нашем розаВстанет на рассветный зов,Прилетать к нам будут птицы,Гнезда вить, растить птенцов,Будет мул глодать терновник,Что обвил могильный кров.Молодой родник студеныйЗазвенит над нашим кровом,Будут страждущие черпатьИз него ковшом кленовым.Пожелают нам прощенья,Помянут нас добрым словом,Скажут: умерли безгрешно,Но воскреснут в мире новом!»Услыхал и крикнул дьявол:«Воскресенья не дано вам!»