Божественная комедия (илл. Доре)

115 
О Константин, каким злосчастьем миру
Не к истине приход твой был чреват,
А этот дар твой пастырю и клиру!» *
118 
Пока я пел ему на этот лад,
Он, совестью иль гневом уязвленный,
Не унимал лягающихся пят.
121 
А вождь глядел с улыбкой благосклонной,
Как бы довольный тем, что так правдив
Звук этой речи, мной произнесенной.
124 
Обеими руками подхватив,
Меня к груди прижал он и початым
Уже путем вернулся на обрыв;
127 
Не утомленный бременем подъятым,
На самую дугу меня он взнес,
Четвертый вал смыкающую с пятым,
130 
И бережно поставил на утес,
Тем бережней, что дикая стремнина
Была бы трудной тропкой и для коз;
133 
Здесь новая открылась мне ложбина.
 
Песнь двадцатая
Круг восьмой — Четвертый ров — Прорицатели 
1 
О новой муке повествую ныне
В двадцатой песни первой из канцон, *
Которая о гибнущих в пучине. *
4 
Уже смотреть я был расположен
В провал, раскрытый предо мной впервые,
Который скорбным плачем орошен;
7 
И видел в круглом рву толпы немые, *
Свершавшие в слезах неспешный путь,
Как в этом мире водят литании * .
10 
Когда я взору дал по ним скользнуть,
То каждый оказался странно скручен
В том месте, где к лицу подходит грудь;
13 
Челом к спине повернут и беззвучен,
Он, пятясь задом, направлял свой шаг
И видеть прямо был навек отучен.
16 
Возможно, что кому-нибудь столбняк,
Как этим, и сводил все тело разом, —
Не знаю, но навряд ли это так.
19 
Читатель, — и господь моим рассказом
Тебе урок да преподаст благой, —
Помысли, мог ли я невлажным глазом
22 
Взирать вблизи на образ наш земной,
Так свернутый, что плач очей печальный
Меж ягодиц струился бороздой.
25 
Я плакал, опершись на выступ скальный.
«Ужель твое безумье таково? —
Промолвил мне мой спутник достохвальный.
28 
Здесь жив к добру тот, в ком оно мертво. *
Не те ли всех тяжеле виноваты,
Кто ропщет, если судит божество?
31 
Взгляни, взгляни, вот он, землею взятый,
Пожранный ею на глазах фивян,
Когда они воскликнули: «Куда ты,
34 
Амфиарай? Что бросил ратный стан?»,
А он все вглубь свергался без оглядки,
Пока Миносом не был обуздан.
37 
Ты видишь — в грудь он превратил лопатки:
За то, что взором слишком вдаль проник,
Он смотрит взад, стремясь туда, где пятки. *
40 
А вот Тиресий, изменивший лик,
Когда, в жену из мужа превращенный,
Всем естеством преобразился вмиг;
43 
И лишь потом, змеиный клуб сплетенный
Ударив вновь, он стал таким, как был,
В мужские перья * снова облаченный. *
46 
А следом Арунс надвигает тыл;
Там, где над Луни громоздятся горы
И где каррарец пажити взрыхлил,
49 
Он жил в пещере мраморной * и взоры
Свободно и в ночные небеса,
И на морские устремлял просторы. *
52 
А та, чья гривой падает коса,
Покров грудям незримым образуя,
Как прочие незримы волоса,
55 
Была Манто * ; из края в край кочуя,
Она пришла в родные мне места; *
И вот об этом рассказать хочу я.