Божественная комедия (илл. Доре)

151 
Я сам себя казнил в моем жилище». *
 
Песнь четырнадцатая
Круг седьмой — Третий пояс — Насильники над божеством 
1 
Объят печалью о местах, мне милых,
Я подобрал опавшие листы
И обессиленному возвратил их.
4 
Пройдя сквозь лес, мы вышли у черты,
Где третий пояс лег внутри второго
И гневный суд вершится с высоты.
7 
Дабы явить, что взору было ново,
Скажу, что нам, огромной пеленой,
Открылась степь, где нет ростка живого.
10 
Злосчастный лес ее обвил * каймой,
Как он и сам обвит рекой горючей;
Мы стали с краю, я и спутник мой.
13 
Вся даль была сплошной песок сыпучий,
Как тот, который попирал Катон * ,
Из края в край пройдя равниной жгучей.
16 
О божья месть, как тяжко устрашен
Быть должен тот, кто прочитает ныне,
На что мой взгляд был въяве устремлен!
19 
Я видел толпы голых душ в пустыне:
Все плакали, в терзанье вековом,
Но разной обреченные судьбине.
22 
Кто был повержен навзничь, вверх лицом,
Кто, съежившись, сидел на почве пыльной,
А кто сновал без устали кругом. *
25 
Разряд шагавших самый был обильный;
Лежавших я всех меньше насчитал,
Но вопль их скорбных уст был самый сильный.
28 
А над пустыней медленно спадал
Дождь пламени, широкими платками,
Как снег в безветрии нагорных скал.
31 
Как Александр, под знойными лучами
Сквозь Индию ведя свои полки,
Настигнут был падучими огнями
34 
И приказал, чтобы его стрелки
Усерднее топтали землю, зная,
Что порознь легче гаснут языки, * —
37 
Так опускалась вьюга огневая;
И прах пылал, как под огнивом трут,
Мучения казнимых удвояя.
40 
И я смотрел, как вечный пляс ведут
Худые руки, стряхивая с тела
То здесь, то там огнепалящий зуд.
43 
Я начал: «Ты, чья сила одолела
Все, кроме бесов, коими закрыт
Нам доступ был у грозного предела, *
46 
Кто это, рослый, хмуро так лежит, *
Презрев пожар, палящий отовсюду?
Его и дождь, я вижу, не мягчит».
49 
А тот, поняв, что я дивлюсь, как чуду,
Его гордыне, отвечал, крича:
«Каким я жил, таким и в смерти буду!
52 
Пускай Зевес замучит ковача, *
Из чьей руки он взял перун железный,
Чтоб в смертный день меня сразить сплеча,
55 
Или пускай работой бесполезной
Всех в Монджибельской кузне * надорвет,
Вопя: «Спасай, спасай, Вулкан любезный!»,
58 
Как он над Флегрой * возглашал с высот,
И пусть меня громит грозой всечасной, —
Веселой мести он не обретет!»
61 
Тогда мой вождь воскликнул с силой страстной,
Какой я в нем не слышал никогда:
«О Капаней, в гордыне неугасной —
64 
Твоя наитягчайшая беда:
Ты сам себя, в неистовстве великом,
Казнишь жесточе всякого суда».
67 
И молвил мне, с уже спокойным ликом:
«Он был один из тех семи царей,
Что осаждали Фивы; в буйстве диком,
70 
Гнушался богом — и не стал смирней;
Как я ему сказал, он по заслугам
Украшен славой дерзостных речей.
73 
Теперь идем, как прежде, друг за другом;
Но не касайся жгучего песка,
А обходи, держась опушки, кругом».