Злодей не моего романа (СИ)

— Привет, дети мои! — промурлыкал знакомый приятный голос. Сердце со страху ухнуло вниз. Бес в мгновение вернул меня в свои объятия и оскалился.
— Ну что такое! Каждый раз так, — обиделась розовая дама. Тявкнул многострадальный песик. — Что за реакция? Я, между прочим, вам гостей вот привела на недельку.
Каких?
— Ну как каких? Дорогих и любимых. Потом, годика через два, опять зайду, Вас свожу на недельку, а то ж вы как будете с родными-то общаться? А без родных нельзя… скука, — женщина картинно стукнула зонтиком об пол. — Да и ребенку надо бы знать всех бабушек, а еще тетку с дядькой.
Я прищурилась, потеряв смысл разговора. Рик хмуро разглядывал эксцентричную даму.
— Умный мальчик. Только что ж отмел мысль прямо так сразу. Правильная мысль была.
Лицо Беса стало каменным, на скулах ходили желваки.
— Не может, мальчик, а уже. Правильно, держи крепче, теперь их у тебя двое.
— Кого двое? — не поняла я. Женщина усмехнулась.
— Вон у мужа спроси, он тебе расскажет, — она начала исчезать. — Вся ваша увеличенная семья будет жить долго. Не волнуйся мальчик, я не изверг, чтобы дать лишь на время и отнять. И Эрик, то, что ты так хочешь, в вашей спальне. Все, полностью. Изучай на здоровье.
Дама пропала, а на ее месте в кухне появилась любимая сестренка.
— Катенька! — пискнула я. — Катюша!
Рик как-то чересчур осторожно опустил меня на ноги. Не обратила на это внимания, некогда, потом.
— Катенька! — стиснула я в объятиях ее. — Ты здесь! И с твоей головой какая-то ерунда!
Девушка усмехнулась и провела ладонью по немного отросшему ежику.
— А! Мы с Гришей чуть-чуть повздорили…
— Это он тебя так?! — вытаращилась я.
— Не-е. Ты чего? — обиделась сестренка. — Прическа ему, видите ли, моя не нравилась, ну я и сделала другой вариант.
— И что?
— Ничего. Молчит и сопит, сопит и молчит.
И вот тут я и вправду услышала тихое сопение. Хмурый Гриша стоял рядом и старался не кидать злых взглядов на Катюшину голову. Я обернулась к Рику. Серо-желтые глаза со смехом изучали нашу троицу.
— А я согласна с Гришенькой. Катерина, твои дырявые уши, язык и прочее безобразие куда не шло. Но волосы! Ты же девушка, в конце концов, а не солдат.
— Мамочка, — улыбнулась я.
— Леночка! Ты так больше не пугай! — мама обняла меня. — Эта мерзавка убедила нас, что ты исчезла насовсем.
Катерина обиженно фыркнула.
— Здравствуй, солнышко.
— Здравствуй, папочка.
— Сынок, — мама оторвалась от меня и целенаправленно пошла на, несколько растерявшегося от такого обращения, Рика. — Сейчас я тебя обниму.
— Мамочка, звучит как угроза, — подсказала сестренка.
— Не перебивай мать, — приказала женщина, поймав таки моего хищника. Еще и поцеловала… в лоб. Рик не сопротивлялся. Только почему в лоб-то? Хотя мамины мотивы и раньше не всегда были понятны остальным членам семьи.
— Здравствуй, сынок, — чинно кивнул издалека папа.
— Здравствуйте, — тихо поздоровался Бес. Я хмыкнула. Кто из них двоих старше?
— Ты чего как не родной? — пнула в плечо Гришу Катенька. — Кто вчера сказал, что по брату скучает?
Мальчик-гот хмуро уставился из-под лобья на Рика. Все как по команде замолчали. Вот не помню, когда моя семья молчала одновременно вся, да еще так долго.
Пауза грозила затянуться. Эти двое слишком упрямы, чтобы проявить хоть какие эмоции по отношению друг к другу. Я лихорадочно соображала, чтоб такое сделать. Бес еле заметно насмешливо кивнул брату. Гриша стиснул зубы и точно так же коротко ответил. Все. Я тяжело прерывисто вздохнула. Хищник обернулся ко мне, ласково улыбнулся.
— Ты есть хотела, — мягко напомнил он.
— Точно, — пошла шарить по холодильнику, кормить себя и вновь прибывших. Рик не отходил ни на шаг и помогал. Минут двадцать спустя моя своеобразная семья, что-то громко обсуждая, восседала за завтраком, а я, предвкушая офигенный вкус, налила себе в чашку горячего свежесваренного кофе, но вместо нее в руке вдруг почему-то оказался стакан сока. Ошарашено уставилась сначала на содержимое, потом на Беса. Он склонился к моему уху и еле слышно шепнул.
— Маленькая, тебе нельзя кофе.
— Почему? — возмутилась так же тихо я. С какой стати, вообще! Я кофе обожаю! Да… И тут до меня, наконец, дошел смысл слов розовой дамы.
Ребенок. Вот прямо так. Мне казалось, у Рика детей быть не может. Он же не человек… Или может? Все дело в ней, эксцентричной старой женщине. Стакан незаметно выскользнул из ладони. Рик ловко поймал его и поставил на стол, отстранился. Я с одинаковой долей шока и паники смотрела на его лицо. Хищник сделал еще один осторожный шаг назад, серо-желтые глаза покрылись льдом, губы сжались. Я испугалась окончательно.
Почему он так смотрит? Не может же это быть из-за ребенка. Он ведь догадался раньше, был ласков и заботлив. Потом сообразила. Дура я, дура! Котелком варить лучше надо.
— Хороший мой, ты не так понял, — мягко, очень тихо, начала я, делая шаг навстречу. Он отступил, глаза все такие же ледяные, настороженные. — Я хочу, очень! Просто не ожидала. Это ведь огромная ответственность. Веришь? — я с тревогой смотрела на него. Лицо немного расслабилось, дыхание стало легче. — И потом, я ведь тоже боюсь твоей реакции.
Серо-желтые глаза затопила нежность, я оказалась в надежных теплых объятиях.
— Эй, — крикнула от стола Катенька. — Вы чего там? У Гришеньки такое выражение! И молчишь. Чего молчишь, слухастый? Со всеми поделись, — последние три восклицания относились уже не к нам.
Я вопросительно взглянула в обожаемые глаза. Рик утвердительно кивнул. Счастливо улыбнулась.
— Я беременная!
Позади воцарилась абсолютная тишина.
— Ага, — сказала, наконец, мама и мир вокруг благополучно съехал с катушек.
На "нужную" встречу, доверив охрану дома Грише, Бесу, само собой, пришлось отправиться одному, чем была крайне довольна я и абсолютно не доволен он. Я же, проведя день в шумной компании, и с грехом пополам разобравшись, где всех расположить на ночлег, поплелась в ванную, смывать усталость.
По дороге взглянула на часы. Девятый. Рик еще не возвращался. Разочарованно вздохнула. Стыдно признаваться, но уже час спустя после его ухода жалела, что осталась. Я скучала, дико, безумно, хотя не видела всего полдня. В груди начала расти тревога. Сотового не знала, а спросить, идиотка, не догадалась. Привыкла, что сам всегда рядом.
Сосредоточенно глядя под ноги, прошлепала в душевую, разделась, села в ванную, включила теплую воду. Стало до боли одиноко, захотелось свернуться калачиком и не вставать. Так и поступила. Ванная потихоньку набиралась. Я сидела, положив подбородок на колени, и разглядывала пальцы ног. Где мои теплые, сильные, надежные руки? Я уже отвыкла мыться самостоятельно, да и одеваться тоже. Хотелось зареветь. Ну, где он? Снова внутри шевельнулась тревога.
— Кларк, — вспомнила я и вскочила.
— Зачем тебе понадобился Кларк? — хрипло прорычал Рик рядом.
Счастливо всхлипнула, зажмурилась и повисла на своем хищнике.
— Ты вернулся! Я соскучилась. Больше не останусь без тебя! И не надо ревновать, я твой телефон не знаю, а Кларк знает наверняка.
Вот теперь я получила свои теплые, сильные, надежные объятия.
— Не оставляй больше меня! — хлюпнула я носом.
Бес засмеялся, ласково погладил по волосам.
— Маленькая, ты ведь сама не хотела ехать.
— Мало ли чего я не хотела, — пробубнила я. Почему-то было так обидно. — И, вообще, когда это тебя интересовало мое мнение?
— Всегда, — еле слышно шепнул он на ухо.
Купание в душе плавно перетекло в секс в душе, потом секс перекочевал на кровать, а потом… потом абсолютно, до изнеможения удовлетворенная, блаженно потягиваясь, я узрела их. Книги. Много книг, беспорядочно сваленных в углу спальни. Пересилила усталость, выползла из объятий Рика, перекатилась к краю кровати, спрыгнула на пол и направилась к неровным стопкам. Бес пристально наблюдал за мной. В глаза бросились знакомые обложки. Склонилась и начала перебирать одну за другой, читая названия.