Княже мой, княже (СИ)
Через несколько минут чашка стояла у него на столе, но напиток не лез в горло – он был абсолютно не такой.
Эван всё же выпил его залпом и, сделав последнюю попытку сосредоточиться, решил подняться на третий этаж.
Стучаться в дверь мальчишки-приживалы самому было невероятно глупо. И в то же время ещё более глупым было бы послать к нему слугу. Эван чувствовал, что не хочет пускать в их отношения никого.
Он постучал, но ему никто не открыл. Тогда Эван постучал ещё раз и, так и не дождавшись ответа, просто вошёл. Побродил немного по комнате, пребывавшей в необычном для Энзо беспорядке, и, приоткрыв дверь в спальню, остановился, заглядывая в щель.
Энзо лежал на постели к нему спиной и обнимал одеяло. Копна чёрных волос разметалась по подушкам. Там, где из-под них виднелось небольшое ушко, кожа юноши казалась ещё более бледной, чем всегда. В самой спальне царили сумерки, всё выглядело серым, и по щеке Эвана пробежал неприятный влажный холодок.
- Почему не натоплен камин? – вслух спросил он.
Энзо дёрнулся и резко сел. Молниеносным движением тонких рук откинул на спину волосы и тут же прошёлся по ним, приглаживая.
- Князь… - растерянно сказал он и замолк, глядя на Эвана, стоящего в дверях.
Эван провёл по стене рукой, включая свет, и под потолком замерцал небольшой огонёк.
Энзо тут же начал тереть глаза. Эван осмотрелся кругом. Спальня выглядела так, будто в ней дня три никто не убирал.
- Я подожду тебя в гостиной, - сказал он.
Энзо кивнул, и Эван шагнул назад.
Прошло несколько минут, прежде чем юноша, собрав волосы в хвост и накинув поверх сорочки халат, выбрался вслед за ним.
- Простите, - сказал он, - я вас не ждал.
- Ты должен быть всегда готов. Таков был договор.
- Простите, - повторил Энзо растерянно и уже со злостью добавил, начиная снимать халат: - Вы хотите прямо сейчас?
- Энзо! – Эван взял его за плечи и, хорошенько встряхнув, произнёс уже тише. – Перестань. Ты знаешь, что я не стану так.
Энзо опустил взгляд.
- Простите, - повторил он в третий раз.
Эван какое-то время молчал.
- Ты не заболел? – спросил он после паузы. - Никто не видел, чтобы ты выходил. Да ты, похоже, всё время и пробыл здесь…
- Я в порядке, - сказал Энзо спокойно, по-прежнему не глядя на него.
Снова на какое-то время наступила тишина, а затем Эван всё-таки произнёс:
- Это я, наверное, должен извиниться перед тобой. У меня просто был неудачный день. Ты ни в чём не был виноват.
- Вам не нужно… - перебил его Энзо и тут же замолчал, снова отведя в сторону едва поднятый взгляд. Но, поскольку Эван тоже замолк, продолжил уже твёрже. – Вам не нужно извиняться передо мной. Поверьте, у меня были клиенты куда хуже вас - и со мной не сделалось ничего. Думаю, я перетерплю эту пару месяцев, даже если вы будете продолжать меня оскорблять. В конце концов, во-первых, я принадлежу вам, а во-вторых, это не так уж много. Наш контракт почти истёк, и оставшиеся недели достаточно быстро пролетят.
Эван молча смотрел на него какое-то время. Потом развернулся и двинулся прочь. Дверь захлопнулась за ним, а Энзо продолжал стоять, так же рассеянно глядя ему вслед. Он так и не понял, что произошло. Но почему-то на лице князя ему почудилась боль.
Вернувшись в спальню, Энзо попытался снова задремать. Все прошедшие дни он в самом деле не хотел делать ничего. Даже книги, которые он обычно читал, если Эван оставлял ему время, опостылели ему.
Теперь же он ко всему не мог ещё и уснуть. Странное тянущее чувство в груди не давало ему покоя, и перед глазами так и стояло лицо Эвана, искажённое непонятной болью.
К исходу второго часа ему было уже всё равно, что именно между ними произошло и, позвонив в колокольчик, он вызвал к себе Чезаре, чтобы тот причесал его. Долго собираться Энзо не стал, потому что странная тревога продолжала терзать его, и, едва закончив завязывать платок, стал спускаться на второй этаж.
Он постучал и тут же услышал немного рассерженное:
- Да.
А когда вошёл в комнату, увидел, что Эван и Ливи сидят в приёмной и пьют чай. Тревогу мгновенно дополнила злость, но Энзо молчал, не зная, что сказать. Эван с нечитаемой смесью чувств смотрел на него. Ливи тоже поставил чай и оглянулся, и в его взгляде читалось нескрываемое: «Скройся с глаз». Впрочем, Энзо и сам уже жалел о том, что пришёл.
- Простите, я, видимо, помешал, - произнёс он и сам не узнал собственный голос, усталый и потерянный.
- Вовсе нет, - голос Эвана звучал сухо, но в глазах затеплился огонёк надежды. – Мы собирались спуститься вниз и сыграть в бильярд. Могли бы пойти втроём.
Энзо живо представил, как подлетает к Эвану и бьёт его чем-нибудь тяжёлым, но только поклонился и произнёс:
- Простите, я чувствую себя не очень хорошо. Как раз предупредить об этом и пришёл.
Во взгляде Эвана на секунду промелькнула паника, но Энзо не успел заметить её, он уже развернулся на каблуках и двинулся прочь.
- Надеюсь, завтра в девять вы уже придёте в себя и будете готовы меня развлекать, - услышал он слова Эвана, когда уже повернулся к нему спиной.
- Само собой.
Дверь захлопнулась, и теперь только Эван по-настоящему запаниковал. Он пригласил к себе Ливи, потому что хотел разобраться, что же всё-таки произошло. Но отвязаться от того оказалось неожиданно нелегко. Мальчик, довольно милый на вид, если рассмотреть его под микроскопом, сильно напоминал пиявку или клеща. Стоило ему присосаться один раз, как было уже невозможно избавиться от него. Эван смутно ощутил это на себе, когда Ливи только привезли к нему. Но тут же Линдси начал заступаться за незваного гостя, а сам Ливи, чуть не рыдая, принялся рассказывать, как Аргайлы обманули его. Чтобы заставить этого приторно-сладкого нытика замолкнуть, нужно было, наверное, утопить его в реке, но Эван сразу понял, что этот вариант не пройдёт – слишком уж Линдси вступался за него.
С тех пор он с Ливи почти не разговаривал, а, пригласив его к себе, теперь уже начал горько об этом жалеть: говорить им было абсолютно не о чем, а уходить по-хорошему Ливи не хотел.
Эван с тоской проводил взглядом Энзо, который мог бы немного разнообразить этот бестолковый разговор и не менее бестолковый вечер, но вслух так ничего и не сказал, не желая давать повод думать, что зависит от него.
«Два месяца, – билось у него в голове. – Неужели два месяца в самом деле пролетят так быстро…» Он опустил глаза на чашку и заставил себя сделать ещё один глоток на редкость безвкусного чая, который приготовил Джордж.
========== Часть 33 ==========
Время шло, а Энзо никак не давал о себе знать. Эвану постепенно начинало казаться, что тот попросту выжидает, когда истечёт оговоренный между ними срок. От этого его охватывала тоска, сравнимая разве что с тем отчаянием, когда услышал свой диагноз в первый раз. На несколько дней он засел с цифрами, которые сошлись наконец и подтвердили лишь то, что кто-то из приближённых уводил небольшой процент себе. Сам факт Эвана не слишком удивил, но он всё же велел секретарю разобраться - кто, и, вынырнув из забот, обнаружил, что уже приближается середина декабря. От этого ему стало ещё грустней – прогноз врача пока что не подтверждался, но грудь болела всё сильней. Эван снова начал пить таблетки, но теперь ему казалось, что они не помогают совсем.
Поколебавшись, он решил не тратить оставшееся время на бесполезные препирательства и выяснения отношений и отправил лакея сообщить Энзо, что собирается на пару дней отправиться на охоту в лес. Он не спрашивал, хочет ли тот поехать с ним, и не пытался наладить контакт: в этом и была суть того решения, которое он принял. Просто брать то, что он хотел.
Энзо в назначенное время в девять утра ждал его внизу. Он выглядел изрядно побледневшим, как и сам князь.
В молчании они прошли в конюшню и забрались на коней. Выехали со двора и направились к лесу. Едва постройки поместья исчезли из виду, Эван потянулся к Энзо и поймал его ладонь. Тот не сопротивлялся и даже немножко сжал его руку в ответ, но так вяло, что Эвана абсолютно не убедил этот жест.