Княже мой, княже (СИ)

Аргайл казался бешеным и мало походил на того затворника, которого Энзо увидел в клубе в одиночестве раскладывающим пасьянс. Казалось, он силится использовать каждую минуту, которую купил – когда же Энзо пытался намекнуть ему, что не прочь продлить договор, Эван надолго замыкался и переставал отвечать.
Впрочем, Эван вообще немного с ним говорил. Он не рассказывал о себе и не спрашивал о самом Энзо, которого по-прежнему называл для себя Рафаэль.
Исключением была привычка, которую Энзо заметил за ним через некоторое время: Эван любил задавать несвоевременные вопросы, касающиеся того, чего ему вовсе не следовало знать. Казалось, ответы злили его самого не меньше, чем Энзо, который старательно отвечал - и не думая ничего скрывать. И всё равно Эван продолжал их задавать.
Так как-то после обеда, когда домашние разбрелись по своим делам, лакей передал Энзо, что Эван ждёт его в бильярдной.
Энзо сразу же заподозрил, что они не собираются играть в бильярд – но тем не менее привёл себя в порядок так же тщательно, как и всегда, и спустился на первый этаж.
В помещении царил полумрак и стоял невесомый, с оттенком дуба, запах хорошего коньяка. Эван стоял над столом, обитым зелёным сукном, и неторопливо гонял по нему шары.
Когда Энзо показался в дверях, он нанёс удар – и лишь затем повернулся к нему.
- Превосходный удар, - прокомментировал Энзо на всякий случай, но Эван сделал вид, что не заметил его слов, и спросил сам:
- Ты когда-нибудь играл?
Энзо кивнул. Подошёл и взял один из киев, стоящих вдоль стены.
- Покажи, - приказал Эван.
Энзо наклонился над столом, примерился и ударил в середину одного из шаров.
Разогнуться он не успел – тёплая рука легла на внутреннюю сторону его бедра, между чуточку расставленных ног.
- Продолжай, - услышал он приказ.
Энзо облизнул губы. Продолжать было тяжело. Руки Эвана вообще плохо действовали на него, заставляя терять контроль. Когда же они были так близко к чувствительным местам, голова работала и вовсе с трудом.
- Мне нужно сменить позицию, - сказал он и сам удивился тому, как глухо прозвучал его голос.
- Хорошо, - рука Эвана исчезла, а Энзо почувствовал обиду от того, что тот согласился так легко. К тому же он всё ещё продолжал ощущать тепло прикосновения на своей ноге, у самой промежности. Яички поджались, обиженные не меньше, чем их хозяин.
Энзо сглотнул и обошёл стол. Снова нагнулся для удара - на сей раз уже приготовившись к тому, что рука Эвана коснётся его.
Князь остановился у Энзо за спиной, в паре сантиметров от него, так что Энзо чувствовал рядом с собой его тепло.
- В клубе? – спросил он.
Энзо кивнул. Он всё ещё ждал прикосновения, потому не сразу сообразил, что Эван не видит его лица.
- Да, - уже вслух повторил он и нанёс ещё один удар. Разгибаться Энзо не спешил, теперь уже не просто ожидая, а надеясь, что его пригласили сюда не играть. Однако сколько бы он ни ждал, ничего не происходило, и в конце концов ему пришлось разогнуться, чтобы снова обойти стол. Он примерился к новому шару и согнулся, чтобы нанести следующий удар.
- А тебя когда-нибудь трахали на бильярдном столе?
Кий скользнул у Энзо в руке, и удар прошёл наискось.
Он выпрямился и зло ответил:
- Да.
Эван ничего не сказал. Молча обошёл в стол и, наклонившись, нанёс небрежный удар, возвращая Энзо ход.
В полумраке бильярдной тени чётко очерчивали его лицо. По скулам вовсю гуляли желваки, а в глазах искрилась злость.
- Часто? – спросил он, распрямляясь.
Энзо снова нагнулся над столом и нанёс ещё один удар. Сердце его, бешено стучавшее последнюю минуту, начинало возвращаться в нужный ритм.
- Один раз.
Энзо снова двинулся кругом стола, и Эван, стоявший по другую его сторону, сделав несколько шагов навстречу, опять оказался у Энзо за спиной.
- Их было много?
Энзо вздрогнул, но на сей раз раньше, чем нанести удар.
- Один, - глухо ответил он. – Я не люблю, когда два.
- Хорошо.
Энзо снова примерился к шару. Он замахнулся для удара, и в ту же секунду, когда его кий прикоснулся к деревянной поверхности, кожи его сзади коснулся прохладный воздух – Эван рывком содрал с него панталоны, оголяя зад.
Энзо сглотнул. Выпавший из белья член стукнулся о стол, и Энзо с трудом подавил рвавшийся наружу нетерпеливый писк.
- А в тебя когда-нибудь вставляли бильярдный шар? – Эван наклонился над столом так, что тело его целиком накрыло стройное тело Энзо, а пах, обтянутый сукном, вжался в обнажённую промежность. Он накрыл ладонью один из шаров и, подкатив его поближе, взял двумя пальцами - так, чтобы Энзо видел его.
- Нет… - на сей раз сохранить спокойствие в голосе Энзо удалось не очень хорошо. Шар был на его взгляд очень уж большой. Да и он не представлял, как его потом доставать.
- Очень хорошо.
Шар скрылся с его глаз, и Энзо заледенел. Прохладное дерево прокатилось по его ягодицам, заставляя дрожать. В следующую секунду такой же прохладный кончик кия коснулся его ануса, и тот запульсировал, стараясь втянуть его в себя.
Эван облизнулся, глядя, как сжимается и разжимается нежное розовое колечко.
- Выбирай, - приказал он.
Энзо, довольно быстро сообразивший, какие перспективы его ожидают, судорожно размышлял.
- Быстрее. Или я решу сам.
- Кий! – выпалил он, и в ту же секунду деревянный кончик вошёл в него.
Энзо взвыл. Было не больно – скорее непривычно. В нём уже бывали пробки и резиновые члены, но все они делались так, чтобы не ранить тела, были мягче и имели более подходящую форму.
Кий медленно задвигался у него внутри, задевая чувствительные места и одновременно доставляя дискомфорт. Энзо чувствовал себя бабочкой, нанизанной на иголку, или преступником, посаженным на кол. Мысль о том, что любое неосторожное движение Эвана - и он будет порван насквозь, стучала в висках, но к паху кровь приливала ещё сильней.
- Нравится, когда тебя трогают там?
Энзо на секунду закусил губу, но, обнаружив, что кий начинает покидать его, выдохнул:
- Да!
- Хочешь ещё?
- Да!
Больше всего Энзо боялся, что сейчас Эван припечатает его своим любимым: «шлюха!» - потому что тогда он действительно вынужден был бы признать, что это так. Однако Эван ничего не сказал. Он резко убрал кий, вызвав у Энзо желание двинуть бёдрами, пытаясь вернуть его назад. Эван рывком перевернул Энзо на спину и двумя резкими рывками сдёрнул с него штаны вместе с сапогами. Энзо развёл ноги, демонстрируя всего себя – ничего другого, впрочем, ему не оставалось: лёжа спиной на колючем сукне стола, он вряд ли мог бы пристроить их куда-нибудь ещё.
Взгляды их встретились. Энзо увидел, как почернели безумные зрачки Эвана. Он подозревал, что точно так же выглядит сейчас сам – с растрёпанными волосами, распростёртый поперёк стола, полуголый и с таким же безумным желанием в глазах.
Эван снова приставил кий к его анусу. Секунду он разглядывал, как нежное пульсирующее колечко поглощает его, а затем снова посмотрел Энзо в глаза. Вид этого тела, полностью принадлежащего ему, открытого и доступного со всех сторон, сводил его с ума.
Не вынимая кия, Эван присел и легко коснулся губами промежности Энзо, почти что поцеловал.
Энзо испустил рваный вздох, а колечко запульсировало сильней. Мышцы шеи уже начинали затекать, и ему ужасно хотелось откинуть голову назад – и в то же время видеть, как Эван там, между ног, играет с ним, было важней.
Эван провёл языком вдоль небольшого, едва заметного шва и, остановившись там, где мошонка переходила в член, легонько пощекотал. Энзо застонал и попытался податься вперёд, но тут же кий вошёл глубже, причиняя новый дискомфорт.
- Не дергайся, - приказал Эван.
- Хорошо… князь…
Осторожно пошевелив кием внутри Энзо, он добился, чтобы тот испустил еще один стон. Приподнялся, поймал губами розовую головку члена и, втянув в себя, облизнул со всех сторон, а затем принялся сосать.