Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

- Не знаю, - сказал он, и на сей раз я поверил.
- Ты даже не знаешь моего имени.
Он усмехнулся.
- Ты не из института истории, так?
Я покачала головой.
- Жаль, - он поднял подбородок и посмотрел на небо, - был бы не прочь познакомиться с таким симпатичным историком.
- Я достаточно разбираюсь в истории. Хоть это и не главный мой интерес.
- Вот как? – он усмехнулся. - Тогда ты знаешь, откуда пошли… наши традиции?
Я кивнул. Он молчал в ожидании. Мне не нравилось это чувство, будто бы я сдаю экзамен, но я всё же сказал то, чего он ждал:
- Когда Орден Терс Мадо был уничтожен, Эрик Тао оказался единственным выжившим. Он заключил контракт, - я запнулся, не зная как назвать Того. - Заключил контракт с Безымянным, чтобы выжить и возродить династию.
Тао кивнул.
- И ты обвиняешь нас? Не их? Ты думаешь, мы не в праве приносить жертвы, чтобы защитить наш дом?
Теперь плечами пожал я.
- Для меня слово «династия» значит не больше, чем строчка в завещании. Я не знаю ни матери, ни отца. Да, Рейвен, - я заметил удивление на его лице, - я не принадлежу ни к одному из великих домов.
- А традиции?
- Я уважаю только прагматику.
Он покачал головой.
- Я хотел бы поспорить с тобой…
Я скрестил руки на груди и улыбнулся, но тут же почувствовал, как улыбка сползает с моего лица.
- Не сегодня, - сказал я.
- Да, - он кивнул, - холодает.
Мы постояли просто глядя друг на друга, и это было самым лучшим, что мне удалось испытать за весь прошедший день. У Рейвена были очень приятные, спокойные и усталые черты.
- Завтра в Каранасе дают бал в честь выпуска кадетов Нефритовой Академии.
- Да, я знаю. Последний бал сезона, – он кивнул.
- Ты будешь там?
Тао усмехнулся.
- Там будет отец. Не думаю, что меня пригласят.
- Тебя пригласят.
Вместо того, чтобы ответить, он молниеносно нагнулся, и прежде чем я успел что-либо сделать, прикоснулся к моим губам своими. Сквозь кровь, стучавшую в висках, я с трудом расслышал ответ, прозвучавший у самых моих губ:
- Конечно, я буду там.
Я разжал руки, положил их ему на плечи и тут же прильнул к его губам в ответном поцелуе. Вина слаще я не пил никогда до тех пор. Меня уносило к звёздам волной экстаза… проклятье, Астрей, этого мне наверное не следует писать.
В молчании он проводил меня до трапа. Было уже слишком поздно, чтобы приглашать его внутрь. Я включил проклятый автопилот и почти без памяти, пьяный событиями вечера, упал в кресло. У меня не было сил на дальний перелёт. Я дописываю эти слова всё ещё сидя в рубке «Снежной девы». Я не знаю, что мне делать. Нет, тень разделившая нас – не самое страшное. До тех пор, пока он не знает кто я. Но если я хочу продолжать то, что мы начали, мне придётся всё ему рассказать.
День 6.
О том, что было дальше, ты знаешь и так. Я прибыл в Каранас около одиннадцати утра, сразу потребовал кофе, команду стилистов и портного. В ожидании мастеров я плавал в ванной, благоухающей лилиями, и слушал шестнадцатую симфонию Адаро. Впервые я понял, что люблю переливчатые трели флейты. Напитав кожу благовониями, я предал себя в руки специалистов. Я не прочитал ни строчки текста и не посмотрел ни одного обучающего фильма за весь день. Зато в шесть вечера, когда первые флаеры стали спускаться на посадочную площадку, я увидел в зеркале мраморную скульптуру, мало напоминавшую меня самого.
Рауль расчесал каждую прядь моих волос, уложил их крупными локонами и придал им цвет восходящего солнца. Я видел, как каждый завиток лучится собственным светом. Плащ, который Марсель создал всего за пять часов, казалось, был соткан из морской пены и серебристых звёздных лучей. Глубокий вырез туники открывал взору и длинную шею, и тонкие косточки ключиц, и едва заметные бугорки мышц на груди. Невесомое кружево закрывало кисти до середины большого пальца, но на просвет сквозь полупрозрачную ткань легко было разглядеть и запястье, и аккуратные мускулы.
В своё оправдание я мог бы сказать, что бал в вечном замке должен был стать не только закрытием, но и самым ярким событием сезона. Если честно, это не помешало бы мне прийти на него в мундире. Для того, чтобы обеспечить работой цвет индустрии красоты, у меня были причины посерьёзней. Дождавшись, когда Рауль застегнёт у меня на шее тонкую золотую цепь, я протянул руку, чтобы оправить складку на плече – и тут же почувствовал несильный шлепок по запястью – это был Марсель. Тогда я просто улыбнулся нашему общему отражению и сказал негромко:
- Благодарю.
Выслушав последние напутствия и дождавшись, когда стилисты уйдут, я развернулся и тоже вышел во двор. От моего флигеля до грота, где начиналось торжество, было пятнадцать минут пути, но я, кажется, потратил на дорогу все полчаса. Мы с Рейвеном уговорились встретиться в полночь у пруда, но меня не оставляло смутное беспокойство. Я надеялся увидеть его раньше – и боялся этого.
То и дело мне встречались знакомые лица. Каждый спешил раскланяться, а некоторые тянулись к моему запястью с поцелуем. Их обходительность раздражала меня, но она позволяла отсрочить момент истины, приближение которого наполняло моё тело сладкой дрожью. Когда я вошёл в грот, там уже было человек пятнадцать гостей. Они расположились группами под мозаичными окнами, отражавшими воду фонтанов, и в окружении картин из ракушек и кораллов казались русалками и тритонами, явившимися на божественное пиршество.
Я миновал центральную часть зала и чуть замешкался у тронов. Илювиена ещё не было, и это не могло меня не обрадовать. Я не спешил занимать своё место. Внутри меня дрожали невидимые струны, требовавшие действия. Я бросил взгляд на часы – было почти семь. Ещё пять часов. Как это мало, когда несёшься сквозь море звёзд в кабине истребителя. Как это много, когда отсчитываешь минуты до полуночи.
Дворецкий ударил жезлом о пол и провозгласил прибытие Анрэя Аркан. Он прямиком направился ко мне, стоявшему у триады тронов, опершись о спинку самого правого из них. Анрэй склонился в глубоком поклоне и коснулся губами моей руки. Золотые волосы шёлковой паутиной скользнули вдоль запястья.
- Вы сегодня обворожительны, - сказал он, глядя на меня жадными голубыми глазами.
- Благодарю. Почему вы один?
- Герцог болен, - сказал он, и в голосе его не было ни единого намёка на печаль.
- Полагаю, не очень серьёзно?
- Врачи затрудняются с диагнозом.