Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

А через секунду ощутил на плечах мягкие руки – не узнать их было нельзя.
Искандер сжал ладонь Нолана и чуть повернул голову, вглядываясь ему в глаза.
- Всё будет хорошо, - сказал Нолан.
Искандер повёл плечом и, сбросив его руки, отошёл к борту корабля.
- Всё будет хорошо, - согласился он и снова повернулся к Нолану лицом.
- Ис… Я хотел спросить… что будет потом?
- Потом?
- Да. Когда мы её найдём.
- Потом мы узнаем, что никакого эликсира нет. Есть только камни и старые развалины. Ты пополнишь запасы знаний и притащишь домой пару десятков свитков, чтобы снова заняться своим исследованием.
- Я не об этом. Что будешь делать ты?
Искандер пожал плечами.
- Опять уйдёшь?
Искандер посмотрел на океан, медленно проплывающий за бортом.
- Подумал вот, не пойти ли служить во флот.
- Ты не уйдёшь… с ним?
Искандер замер, а затем сжал пальцы в кулак. Этот вопрос он боялся задавать даже про себя. Что он будет делать, если сможет покинуть эту планету? Что он будет делать там, в бесконечности космоса, где правят бал незнакомые ордены и незнакомые люди, и нет ничего, что бы он знал?
- Он не зовёт, - сказал Искандер, стараясь говорить спокойно.
- Позовёт.
Искандер облизнул губы.
- Я много лет об этом мечтал.
Искандер крепче сжал кулак и ударил им в борт корабля.
- Меолан, он оттуда, - выдавил он, снова поворачиваясь к Нолану. – Из Империи, понимаешь? Я сказал, что он такой, как мы, но ведь это не так. Ты – другой. Ты человек, пусть и превзошедший всех, кто родился в одно время с тобой. А мы…
- А вы – боги, - выплюнул Нолан и тоже сжал кулак.
- Нет, - Искандер покачал головой и горько улыбнулся. – Мы… Мы те, кто видел смерть мира, в котором родились. Мы те, кто знали мир, которого не будет уже никогда. Мы не выше… Просто мы другие, Меолан. И я не знаю, есть ли ещё такие, как я. Кроме него.
- Всё дело в этом? – спросил Нолан уже спокойно.
- Я не знаю, - Искандер опустил лицо вниз, так что волосы накрыли его глаза волной, и покачал головой.
- Ис, - Меолан коснулся пальцами его щеки, заставляя вновь посмотреть на себя. – Я хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя. Мы одинадцать лет прожили в одном доме, а у меня всё… руки не доходили сказать. Может, в этом моя ошибка?
Искандер покачал головой.
- Я не знаю… - сказал он уже совсем тихо.
- Просто решил, что ты должен знать. Если всё-таки решишь уйти.
Нолан развернулся и неторопливо двинулся в сторону кают, а Искандер долго ещё стоял и смотрел ему вслед.
========== Глава 18. Сеанс связи ==========
Погода почти всё время стояла солнечная, и большую часть времени дул попутный ветер.
В первые дни Дезмонд пытался больше времени проводить на палубе – каюта с её тесными стенами и раскачивающимся потолком навевала на него тоску.
Закрытых пространств Дезмонд не любил никогда. Даже в те времена, когда в распоряжении его находился всего один разбитый корвет, Дезмонд тяготился теснотой и старался обвесить все стены плакатами, изображавшими звёздное небо – так, по крайней мере, ему удавалось поверить в простор, хотя и бесконечную удушающую даль безвоздушного пространства он любил не слишком.
Дезмонду нравилось действие. Нравились люди. Нравилась бурлящая кругом жизнь. Здесь же, на корабле, людей было мало - и движения ещё меньше.
На третий день путешествия он застал на корме троицу матросов, распивавших ром. Время было уже позднее, и Дезмонд быстро понял, что делом они заняты запрещённым.
Принимать в компанию чужака матросы поначалу не хотели, но после небольшого обмена любезностями и вступительной драки успокоились и согласились с тем, что наниматели тоже люди.
Некоторое время он развлекал себя вечерами в компании матросов, но и это не приносило облегчения. Он скучал по Искандеру, который теперь целыми днями торчал на носу и сверял какие-то карты с равномерной синью горизонта.
Говорить с ним Дезмонд не хотел. Конечно, Искандер вовсе не был обязан ему какими-то объяснениями, но всё же новости о том, какую роль играл в его жизни Нолан – а роль это явно была велика – Дезмонд воспринял как предательство.
На берегу они ещё общались вне общих собраний, да и то никогда больше не разговаривали так откровенно, как в тот день на пароме. На борту же всё их общение свелось к мрачным приветствиям и скупым обменам информацией – да и обмениваться, по большому счёту, было нечем.
Дезмонд всё обдумывал фразу, сказанную Искандером в один из последних их дней в Неаполе. «Теперь мне нужна правда». Какую правду Искандер хотел услышать - Дезмонд не знал.
Сам он, конечно, подумывал о том, что нужно как-то ввести Искандера в курс дела, объяснить, кто такие Терс Мадо и какие перспективы ожидают его, если он улетит с Дезмондом. И хотя алгоритмы таких инициаций давно уже были отработаны, а каравелла, тихо идущая по волнам, казалась лучшим из возможных мест для такого разговора, Дезмонд всё никак не мог начать разговор.
Никогда в жизни ещё ему не было так трудно делать свою работу. Он не боялся ничего – ни инквизиции, ни смерти, ни того, что его сочтут сумасшедшим. Только теперь почему-то мысль о том, что неудачный разговор может привести к отказу, заставлял Дезмонда молчать.
Искандер, в свою очередь, поглядывал на него с холодком, и от того желание начинать разговор не становилось сильнее.
- Что ты будешь делать, когда мы найдём Атлантиду? – спросил он как-то, решив всё же завязать разговор.
- Если мы найдём, - поправил его Искандер.
Они сидели на носу корабля, на излюбленном месте Искандера, и тот рассеянно делал какие-то пометки на карте.
- Мы найдём. Но дело не в этом. Что ты будешь делать потом?
Искандер откинулся на борт корабля, подставил бледное лицо солнечным лучам и закрыл глаза. Какое-то время он молчал.
- Знаешь, - сказал он наконец, - я уже столько времени её ищу, что просто не могу поверить, что найду. Я впервые в жизни уверен, что мы своего не добьёмся. Что-то случится. Шторм. Или этот батискаф окажется бесполезен. Или я неправильно рассчитал курс. Проклятье, ты бы знал… - Искандер тихонько рассмеялся, - я столько раз рассчитывал курс, но никогда не волновался так, как сейчас. Я ведь уже плавал сюда. Тогда у меня не было карты, не было компаса и подзорной трубы. И я ничего не нашёл. Да кто вообще придумал, что эта Атлантида существует на самом деле?
Дезмонд задумчиво посмотрел на него.
- Она существует. Хоть это и не значит, что там осталось что-то кроме поросших водорослями руин.
- И я о том, - Искандер потёр глаза. – И вот ещё… Я уже не могу вспомнить, на кой чёрт она мне нужна. Понимаешь? – он посмотрел на Дезмонда.
Тот покачал головой.
- Я… - Искандер вздохнул. – Ладно, скажу так. Нолан много лет ищет это место, потому что считает, что там мог сохраниться легендарный эликсир бессмертия. Или хотя бы его формула.
Дезмонд кивнул.
- Мог.
- А я думаю, что не мог. Хотя было время, когда я тоже искал его. Он был очень нужен человеку, которого я любил. Мы потратили годы на эти поиски, но не добились ничего. И теперь, понимаешь… Теперь, когда всё это уже не нужно ни мне, ни ему, найти этот остров и узнать, что всё это время там в самом деле был эликсир… - Искандер покачал головой. – Не знаю. Мне уже всё равно. И что будет дальше… Я не знаю. Мне всё равно куда идти. Если есть предложения – я готов их выслушать.
- Ты не хочешь остаться с Ноланом?
Искандер задумался.
- Нет, не хочу. Если бы хотел, остался бы с ним давным-давно.
- А если бы я предложил тебе пойти со мной?
Искандер внимательно посмотрел на него.
- Куда?
Дезмонд молчал.
Так и не дождавшись ответа, Искандер пожал плечами.
- Я бы, наверное, пошёл. Если честно, мне уже всё равно, куда идти.
Он отвернулся и уставился на море. Дезмонд молча смотрел, как ветерок колышет серебристые пряди его волос.