Мой ласковый и нежный зверь (СИ)

- Рассказывайте, - кивнул Андрей.
- Итак, ноктюрно. Демоны с Той Стороны. Это не ад в людском понимании, это… параллельный мир, наверное. Только вот розовых пони и радуг в нем нет. Живущие там твари очень сильны физически и магически. И Охотникам весьма везет в том, что при прохождении в наш мир они теряют большую часть магической силы. Ее отторгает сама ткань нашего мира. Ноктюрно выглядят как люди, но это не люди. Обладают скоростью, сравнимой с вампирской, способны преобразовать конечности, причем, любые, в очень острые клинки. Живучи, как тараканы. Чтобы убить ноктюрно, нужно покромсать его на мелкие куски и сжечь.
- Ага. Покромсать и сжечь. А на ударопрочность они какие?
- Бронированные, Андрюш. Так что легко не будет. И - нет, пули их не берут, только клинки из особого сплава.
- А отлить пули из сплава?
- Пробовали. Не вышло толку. У меня есть теория, но доказать ее я не могу, для этого нужен живой ноктюрно, а это слишком опасно. В общем, тебе теория наннитов знакома? Ваши ученые ее разрабатывали, я знаю.
- Знакома, я диплом писал по первым наработкам механосинтетической алмазной нанофабрики.
- Тогда принцип действия наннитов тебе известен. Пуля бьет в один, четко очерченный участок тела, в котором кожа укрепляется. Клинки же рассекают, не позволяя наннитам собраться и укрепить покров. При охоте на ноктюрно обычно используются парные клинки, так выше шансы порубить тварей в капусту.
- Значит, можно использовать печально известные разрывные? Главное, пробить.
- Шансов меньше, чем с холодным оружием. Милый, неужели ты думаешь, что мы не перепробовали все?
- Я умею две вещи - стрелять и бить морду ногами. С холодным оружием я никудышен. Не знаю, в пасть им гранату затолкать?
- До экзамена Яна есть около года, раньше Громовержец добро не даст. Я научу тебя драться парными клинками. Ну, а пистолет лишним не будет, я думаю.
- Хорошо. Надеюсь, что я хоть что-то смогу сделать.
- Должен. Если хочешь выжить. И чтобы выжил твой amante.
Андрей кивнул, снова посмотрел на руки.
- Ладно, кое-что я раньше умел, надеюсь, пригодится.
- Я верю, что у вас все получится. Еще крови?
Андрей прислушался к себе:
- Да, наверное. Черт, сколько я проспал? Меня ж Серый по матери обкладывает, наверное.
- Недолго, сейчас первый час ночи. Твой напарник заходил, был весьма удручен фактом твоего обращения, - Лэрис рассмеялась. - Сказал, что последнего нормального мужика испортили.
- А чем ему остальные ненормальные?
- Спроси сам, милый.
Андрей выглотал еще стакан крови, к собственному удивлению не испытывая никаких негативных ощущений от осознания того, что пьет что-то, что чуть раньше давало жизнь кому-то другому.
- Так, у меня тут кот был. Большой такой, белый.
- Пока спит, пусть отдыхает. Не буди его.
Андрей подумал и согласился, что Яну надо отоспаться. Лэрис фыркнула и спросила:
- Ты как его раскусил?
- Хотел его в наркологию сдать, а он в ящера превратился.
Вампирша захохотала, прикрывая рот ладонями, как девчонка.
- О, Богиня! А ты даже не представляешь себе, почему. Понимаешь, милый, улины легко поддаются любой зависимости, в этом они очень уязвимы. Поэтому Охотники очень строго соблюдают отказ от всех видов веществ, вызывающих зависимость: табак, алкоголь, наркотики, их приучают к аскетичному образу жизни. Это я испортила Яна, он полюбил шоколад и спать в тепле. Обычно, слаще морковки, как говорится, Охотники ничего не знают.
- Ужас! Понятно, почему у него Мастер такой злобный.
- Охота - это очень замкнутая община, ну, наверное, сравнимая со старообрядцами. Аскеза, подчинение старшим, почти постоянные тренировки. То, что шеф позволил Яну на время вырваться из этого замкнутого круга - да я его лично расцелую за это. Малышу не место в Охоте. Ты и сам это понимаешь.
Андрей закивал:
- Да, я понимаю.
- Сейчас уже не переиграть ничего, Громовержец дал добро на экзамен. Но через год, когда все закончится, Ян должен принять покровительство горгулов. Взять его под эгиду клана я не могу, на его руках кровь нескольких неофитов и, формально, Эрика.
- Он вроде бы не против принять их покровительство. Пережить бы экзамен только.
- Переживете. Обещаю, - Лэрис погладила сжавшиеся кулаки Андрея. - Иди, успокой напарника. Да, потом поговорим насчет твоей работы.
Андрей унесся вниз:
- Серый, прости, все, смена караула.
Голем внимательно оглядел его, бесцеремонно повертел за подбородок, ища следы насильственного обращения. Оные же на запястье говорили о добровольности, а Сергей почему-то сомневался в подобном и на руки напарнику даже не посмотрел.
- Ты чего? Все у меня с шеей в порядке.
- Тебя же обратили? Добровольно?
- Да, полностью добровольно. Только кусали не в шею.
- Странно. Ты же к существам относился настороженно, и вдруг согласился? Может, опоили?
- Нет. Это… ради Яна.
Голем только покачал головой:
- Охотники долго не живут.
- Этот проживет.
- Ну, - Сергей развел руками, - как знаешь, я тебе не нянька и не родитель, да и поздно пить боржоми, если печень отвалилась. Давай, пост сдал.
Андрей завалился на стул, взял кроссворды. Ни одного слова не угадал: из ума не шел разговор с Лэрис. И чертовы ноктюрно, которых следовало как-то обезвредить, чтобы позволить Яну покромсать их в фарш. Еще бы увидеть, как эта мелочь сражается. Андрей превратил журнал в полоски бумаги со злости. Опомнился только над грудой мелких, в пол-ногтя величиной, конфетти. И глядя на удлинившиеся и заострившиеся когти, длиной сантиметров в пять, на своих руках.
- Так, фу. Уберись.
Когти медленно втянулись, трансформируясь в привычного вида ногти. Вернее, тоже непривычного: у него никогда таких блестящих и ухоженных ногтей не было, хотя за собой следил.
- Уф-ф-ф, самоконтроль и медитация.
Раньше он считал себя уравновешенным человеком. Эта смена показала, что ничего подобного, он вспыльчив и слишком неустойчив. На столешнице к середине утра красовались несколько глубоких царапин, оставленных когтями. Андрей пытался их загладить, не вышло.
- Пустырник, валерьянка.
- Доброе утро, - по лестнице слетела серебристая комета, крепкие руки обняли, горячие и сухие губы ткнулись куда-то под ухо.
- Котище явилось, - Андрей потискал его, поцеловал и, как ни странно, успокоился.
- Ага. Как ты? Все хорошо? - его ощупали и огладили.
- Ну, когти иногда мешают, а так все отлично.
- Оу, скажи Лэр, она тебя научит контролю за преобразованием. У-у-у, как же я не хочу никуда идти-и-и, солнце! - пожаловался Ян, придвигая кресло поближе и устраиваясь на нем, обнимая Андрея за пояс.
- А куда надо? - ему облизали шею.
- На тренировку. Шеф сказал, гонять будет до кровавого пота. И чтоб я не жрал, а то последствия будут неприятными.
- Надо, котище, надо.
- Знаю. А ты не голодный? А то я гречку с мясом сделал, принести?
Андрей подумал, кивнул:
- Ага, неси. Жрать охота.
- Я сейчас! - улин подорвался, и только топот по лестнице разнесся.
Андрей облизнулся, предвкушая завтрак. На стол, не в постель, но все равно романтика. То, что улин умел готовить, и довольно вкусно, он уже уразумел. Наверное, это входило в программу обучения Охотников. Ну, или его научил кто-то другой. Например, Эрик. Вопреки всему, Андрей чувствовал к давно погибшему вампиру, теперь уже сородичу, благодарность, а не ревность.
- О-о-о, еда. Ум-м-м, котище, ты чудо пушистое, я тебя обожаю.
- И я тебя, - Ян потерся о его плечо носом, сдвинулся, не мешая наслаждаться поздним завтраком. Потом глянул на часы и ойкнул: - Пора же! А то шеф шкуру спустит сам, не дожидаясь экзамена!
- Давай, беги. Тебя принесут или придешь?
- Надеюсь, сам доползу, - Ян нервно рассмеялся и поцеловал его в щеку. Вскочил и умчался наверх, одеваться, через пять минут спустился, уже с мечом за спиной. - До вечера, солнце.