Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов

* * *
 
 
Ах, кротким суждено скончаться рано!..
 
Страшащихся обмана,
 
В чьем сердце честь живет,
 
Господь не оставляет:
 
Поспешно избавляет
 
От тягот злых мирских забот.
 
Они живут на свете мало?
 
Чтоб радости познала
 
Их чистая душа скорее там,
 
Средь ангелов, в заоблачном просторе,
 
В стройном хоре...
 
А черным душам заперт путь в небесный храм.
 
Господь злодея тем накажет,
 
Что долго мыкаться обяжет
 
На горестной земле —
 
В грязи, в грехах, в разврате,
 
Лишенным благодати,
 
И, наконец, низринув в ад,
 
Пребыть в кромешной мгле. 
 
 
* * *
 
 
Липы зеленой
 
Сочен росток,
 
Буен расцвет,
 
Сладостен сок.
 
Майский цветок
 
Вышел на свет,
 
В мир обновленный,
 
Освобожденный,
 
Чудо принес.
 
Мир был хорош
 
В эти часы,
 
Через ноток
 
Чистой росы
 
Светлому маю
 
Вслед я пустился
 
Дальше...
 
И что ж?
 
Я оступился,
 
Остановился:
 
Где же те росы?
 
Ноги, что босы,
 
Переступили вдруг на ледок,
 
В снег и в мороз.
 
Ветер пронзает меня, леденя.
 
Сгинь ты, недобрая зимняя хворость!
 
Пусть бы тоска не томила меня.
 
Ветер на сердце наносит лишь горесть,
 
Гасит костра разгоревшийся хворост.
 
Так я страдал
 
Прежде не раз!
 
Рана моя
 
Не исцелялась
 
той, что любима.
 
Ею бывал
 
Раненным я.
 
 
 
Только сейчас
 
Тело с душой
 
Опять невредимы.
 
В долгом томленье
 
Мучимый страстью,
 
Слышу всечасно скорби обеты,
 
Скорби обеты:
 
только терпенье!
 
Счастье однажды
 
сбудется.
 
Это
 
И есть уже счастье.
 
Платье веселья сверкает на мне.
 
Горе исчезло, страдание скрылось.
 
В радости я как в надежной броне.
 
Сердце поэтому не износилось,
 
Страстью нежнейшей оно засветилось.
 
 
 
Чтоб тебе, свет,
 
В славе сиять,
 
Должен ты детям
 
Дыхание дать
 
Не на бесчестье —
 
Вот мой совет.
 
Кто тебе служит,
 
Оберегай,
 
Во всем помогай.
 
Любя,
 
Сам ищи того,
 
Кто ищет тебя
 
Одного.
 
Огради от бед,
 
Награди казной
 
И чистой женой—
 
Вот мой совет.
 
Женские чувства и нравы —одно.
 
Тех, кому чистое чувство дается,
 
Облагородит, украсит оно:
 
Мне это платье носить удается,
 
Верною службой оно достается. 
 
 
  
КОРОЛЬ КОНРАД ЮНЫЙ
 
* * *
 
 
Я в мае радуюсь цветам,
 
Красны, свежи они на вид.
 
Зимой, неведомые нам,
 
Они терпели тьму обид.
 
Май выслал холоду вослед
 
Иные, солнечные дни,
 
Стал радостью наполнен свет.
 
 
 
Чем мне поможет летний зной
 
И день, что весел безоглядно?
 
Весь свет мой в женщине одной,
 
Но дни проходят безотрадно.
 
Когда же милость мне она
 
Окажет, как ей подобает,
 
Жизнь станет радости полна.
 
 
 
Но если я с любимой в ссоре,
 
Конец веселости моей.
 
Увы, мне чахнуть вновь от горя,
 
Зачем же я спознался с ней?
 
Любви не знаю, госпожа.
 
А надо бы платить любовью
 
Тому, чья юность так свежа. 
 
 
  
ДИКИЙ АЛЕКСАНДР
 
* * *
 
 
Было времечко когда-то!
 
Мы, беспечные ребята,
 
На лугах паслись тогда,
 
В те далекие года.
 
На зеленом склоне балки
 
Рвали мокрые фиалки...
 
Ныне ходят там стада.
 
 
 
Помню я, как на просторе
 
Мы сходились в детском споре,
 
Кто из нас прекрасней всех.
 
Там звенел задорный смех,
 
Наше детство в пляске мчалось,
 
Луговым венком венчалось...
 
Скрылось времечко утех.
 
 
 
Там, где елки, посмотри-ка,
 
Поспевала земляника.
 
Через камни, по кустам
 
Мы шныряли тут и там.
 
Из ветвей, как дело к ночи,
 
Нам лесной колдун гуркочет:
 
«Эй, ребята, по домам!»
 
 
 
Всей землей вчера владели,
 
Землянику сладку ели,
 
Много знали мы затей,
 
То — всё игры для детей.
 
Наши пастыри тревожно
 
Звали: «Дети, осторожно!
 
Здесь так много страшных змей».
 
 
 
Шел один парнишка лугом,
 
Вдруг он крикнул нам с испугом
 
«Эй, ребята, тут, где я,
 
Ядовитая змея!
 
Ей ужален был наш крестный.
 
Яд смертелен вредоносный
 
Дьяволова острия!
 
 
 
Прочь из леса выходите!
 
Если ж вы не поспешите,
 
Попадете все впросак:
 
Хворь вас на землю повалит,
 
В сердце, в грудь змея ужалит,—
 
Верьте мне, уж это так!»
 
 
 
Притчу должен помнить каждый:
 
Пять девиц пришли однажды
 
Поиграть на царский луг.
 
Царь ворота запер вдруг:
 
Девы плакали, рыдали —
 
С них одежду всю содрали
 
Пять проворных царских слуг.