Собрание сочинений. Том 4

  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕ
 
 Те же и Доротея. 
 Доротея 
 
 
Что прикажет
 
Сеньора?
 
 
 Диана 
 
 
Этим вот ключом
 
Ты у меня в опочивальне
 
Запрешь Марселу. Эти дни
 
Ей нужно кое-чем заняться.
 
 
 (Марселе.) 
 
 
Ты не считай, что я сержусь.
 
 
 Доротея 
 (Марселе, тихо) 
 
 
Что это, милая?
 
 
 Марсела 
 
 
Тиранство
 
И злополучная звезда.
 
Она берет меня под стражу,
 
Чтоб отомстить за Теодоро.
 
 
 Доротея 
 
 
Тебе тюремный ключ не страшен:
 
Любовь ревнивые замки
 
Волшебной силой отмыкает.
 
 
 Марсела и Доротея уходят. 
  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТОЕ
 
 Теодоро, Диана. 
 Диана 
 
 
Так вы желаете жениться?
 
 
 Теодоро 
 
 
Мое первейшее желанье —
 
Быть вам приятным, ваша милость.
 
Поверьте мне, не так ужасна
 
Моя вина, как вам сказали.
 
Вы сами знаете, что зависть
 
Рисуют с жалом скорпиона.
 
Когда б Овидий знал, [119] что значит
 
Служить, то он не в диких чащах
 
И не в горах живописал бы
 
Ее тлетворную обитель:
 
Здесь дом ее и здесь держава.
 
 
 Диана 
 
 
Но вы же любите Марселу?
 
Ведь это правда?
 
 
 Теодоро 
 
 
Я прекрасно
 
Прожить бы мог и без Марселы.
 
 
 Диана 
 
 
А по ее словам, вы разум
 
Теряете из-за нее.
 
 
 Теодоро 
 
 
Его и потерять не жалко.
 
Но только верьте, ваша милость:
 
Хотя Марсела стоит самых
 
Изысканных и нежных чувств,
 
Я не люблю ее ни капли.
 
 
 Диана 
 
 
А вы ей разве не держали
 
Речей, способных отуманить
 
И не такую, как она?
 
 
 Теодоро 
 
 
Слова, сеньора, стоят мало.
 
 
 Диана 
 
 
Скажите, что вы говорили?
 
Как признаются в нежной страсти
 
Мужчины женщинам?
 
 
 Теодоро 
 
 
Как всякий,
 
Кто обожает и вздыхает,
 
Приукрашая сотней врак
 
Одну сомнительную правду.
 
 
 Диана 
 
 
Так! Но в каких же выраженьях?
 
 
 Теодоро 
 
 
Сеньора! Ваш жестокий натиск
 
Меня смущает. «Эти очи,—
 
Я говорил, — струят сиянье,
 
В котором мой единый свет.
 
А драгоценные кораллы
 
И перлы этих уст небесных…»
 
 
 Диана 
 
 
Небесных?
 
 
 Теодоро 
 
 
Да, и не иначе.
 
Все это азбука, сеньора,
 
Для тех, кто любит и желает.
 
 
 Диана 
 
 
Я вижу, вкус у вас плохой,
 
Должна сказать, что он немало
 
Роняет вас в моих глазах.
 
В Марселе больше недостатков,
 
Чем прелестей; они видней
 
Тому, кто ближе наблюдает.
 
Притом еще она грязнуля,
 
За что ей попадает часто…
 
Но я нисколько не хочу
 
Ее порочить перед вами,
 
А то бы я могла такое
 
Порассказать… Итак, оставим
 
И прелести и недостатки.
 
Я вам желаю с нею счастья
 
И буду рада вашей свадьбе.
 
Но раз уже вы доказали,
 
Что вы такой знаток в любви,
 
То помогите, бога ради,
 
Советом той моей подруге.
 
Ее томит и сна лишает
 
Любовь к простому человеку.
 
Решив отдаться этой страсти,
 
Она свою унизит честь,
 
А, поборов свои мечтанья,
 
Сойдет от ревности с ума.
 
Ее возлюбленный не знает,
 
Что он любим, и робок с нею,
 
Хоть он умен, и очень даже.
 
 
 Теодоро 
 
 
Какой же я в любви знаток?
 
Я, видит бог, неподходящий
 
Советчик.
 
 
 Диана 
 
 
Или вы к Марселе
 
Не чувствуете нежной страсти?
 
Не признавались ей в любви?
 
Будь у дверей язык, немало
 
Они могли бы рассказать…
 
 
 Теодоро 
 
 
Рассказ их был бы незанятен.
 
 
 Диана 
 
 
Ага! Вот вы и покраснели
 
И подтверждаете румянцем
 
Все то, что отрицал язык.
 
 
 Теодоро 
 
 
Она, наверно, вам болтает
 
Какие-нибудь небылицы.
 
Я за руку ее однажды
 
Взял и сейчас же отпустил.
 
В чем я виновен, я не знаю.
 
 
 Диана 
 
 
Возможно. Но бывают руки,
 
Как образки в господнем храме:
 
Их отпускают, приложась.
 
 
 Теодоро