Игра отражений (СИ)

Не обошли вниманием и то, как было объявлено появление Кристины. Слухи циркулировали, как сквозняки по залу.
— Значит, она и лорд Кристиан — одно лицо?
— Какая пикантность…
— А что же между ними… — тут переходили на шепот, прячась по углам за веерами: за открытое обсуждение альковных дел этот сумасшедший сагранзец мог и на дуэль вызвать. Молодежь хихикала и краснела, Кристина смущалась не меньше, догадываясь, ЧТО они там могут обсуждать. Доминико бросал на сплетников свирепые взгляды, сияя колдовскими своими глазами. На некоторое время это помогало, потом шепотки вспыхивали опять.
— Как думаете, моя драгоценная донна, не будет ли уместно намекнуть его величеству о возможном разрешении вопроса с наследником сегодня? Кажется, он записан вашим партнером на третий танец? — чуть слышно спросил супругу маркиз, улучив минутку.
— Разумеется, я намекну, — Кристина сверилась с бальной книжечкой. — Да, первый танец — церемониальный, Георг с супругой открывают бал, я танцую с тобой. Второй танец — Георг приглашает одну из матрон, меня приглашает дядя Джон, Создатель, как я его записала, с его спиной? И на третий танец король приглашает меня.
— На второй танец я расписан у леди Дамайн, — улыбнулся Доминико. — А вот третий… кто такая леди Эсташ-Канниг?
— А она-то тебе как досталась? Вон, смотри в угол, левее, еще левее. Видишь бледное пятно? Леди-Невидимка. Нет, это не призрак дворца, это прекрасная… наверное… леди Эсташ-Канниг. Я знаю ее имя только потому, что однажды пригласил ее на танец. Дамы с визгом бежали прочь, решив, что меня поймала неупокоенная душа. Просто она альбинос, который еще и одевается в белое.
— Глупо, с ее стороны. М-да, мы будем смотреться в самом деле странно. Так кто она? Двойная фамилия характерна, кажется, для кэр-исской знати?
— Да, ее дед перебрался сюда, очарованный красотой савентумской леди, — Кристина взглянула на пятно. — Жозефин не пошла красотой в мать, вылитый отец.
— С ней никого нет рядом. Она не замужем, как я понимаю? — Доминико в который раз подумал, что в Сагранзе эту бледную тень уже бы взяли под крыло дамы из Ордена или же старшие матроны, превратили в райскую птичку и с рук на руки передали тому, кто первым успеет очароваться. В любой женщине, девушке ведь можно отыскать изюминку, дать шанс на счастье. Увы, здесь так не принято.
— Нет, кавалеры не прельщаются. А жаль. Ее голос — идеал женского голоса для меня. Серебро и лед. Поговори с ней, поймешь.
Доминико склонился, целуя ее руку:
— Вы позволяете мне, моя драгоценная донна?
— Развлекайтесь, дон Саматти. А я пока отдамся на растерзание на кружева и ленты.
— О, если бы я был азартен, я не поставил бы на ваших оппонентов ни фартинга, моя прекрасная львица, — улыбнулся Нико и отправился в тот темный угол, где маячило белесое пятно.
По приближении оно приняло очертания весьма симпатичной, хоть и совершенно бесцветной девушки. Добавляла размытости образу тонкая белая вуаль, под которой пряталось довольно миловидное личико. Сквозь нее поблескивали сдержанным любопытством и страхом алые глаза, чуть косящие, как у всех альбиносов. Доминико припомнил кэр-исский диалект, отличавшийся грассирующим «р» и мягкостью, поклонился:
— Мадемуазель, позвольте познакомиться с вами. Доминико Альери Саматти, маркиз Даркмайр, к вашим услугам.
— Добрый день, маркиз. Жозефин Эсташ-Канниг, — она протянула руку для поцелуя.
Доминико вежливо изобразил поцелуй над тоненькой, как лапка фарфоровой птицы, кистью, затянутой в кружевную митенку.
— Польщен знакомством, леди. Позвольте пригласить вас на третий танец этого чудного бала?
— Вас попросил сэр Кристиан? Он так добр ко мне.
Голос и впрямь звучал музыкой, сильный, мелодичный.
— Разве я не могу сам пожелать пригласить даму? — несколько даже обиделся сагранзец. — К тому же, это просто несправедливо, что вы здесь совсем одна. По темным углам полагается сидеть матронам, но никак не хорошеньким девицам.
— Я согласна подарить вам третий танец, маркиз.
— Благодарю, леди Эсташ-Канниг, — снова склонился Доминико, спиной ощущая взгляды большинства присутствующих.
Дамы разбирали Кристину, допытываясь, каково жить без корсета, где взять кружева, не согласится ли леди Даркмайр после бала продать туфли. Ее же душил смех: слышал бы это Нико! Ничего, дома посмеются вместе. Но что за глупость, продавать ношеные туфли? Хотя этим туфелькам нет цены: сагранзский мастер сшил их точно по мерке для маркизы, удобные, легкие, подбитые мягчайшим горностаевым мехом, украшенные жемчугом и бриллиантами. Нет уж. Мастер сказал, сносу им не будет, разве что мех заменить придется через год-два. В них не было холодно, несмотря на гуляющие по залу сквозняки, не сдавливались пальцы и пятки, не кололо после получаса хождения подъем стопы.
— Леди, у вашей матушки была брошь в виде паука, — прогудела почтенная матрона, объемами напоминающая осадную башню. — Если надумаете продать основу-паука…
— Я вам пришлю ее в дар, — Кристина паука вспомнила и содрогнулась.
Эта леди, как же ее там, была всегда вежлива с ней, ничего не обсуждая и не осуждая во внешности. Отдать уродливую брошь? С радостью. О кружевах и портном она могла сказать лишь то, что это все можно найти в Сагранзе. Ювелира, которому заказывал украшения Доминико, она и вовсе не знала, но подозревала, что это тоже не местный мастер.
— Сагранзские кружева? Надо будет задуматься, — проворчал себе под нос лорд Джон.
Не он один прислушивался к щебетанию дам, собравшихся вокруг звезды Савентумского двора, сегодня подтвердившей свое звание. Правда, мало кто из островной знати мог позволить себе заказывать в Сагранзе кружева, а за чиньский шелк и атлас купцы в местных факториях дерут три шкуры. Да и камни… Семейство Саматти издавна славилось тем, что алмазные, сапфировые и изумрудные копи Южного материка принадлежат им. А те, что не принадлежат — давно и прочно оккупировали османы. Но можно очень неплохо подзаработать, если заморочиться и продумать все, как следует. Деловая жилка лорда Дамайна взыграла и натянулась, словно струна. Да, это стоит обсудить с зятем. И как можно скорее, пока никто другой не додумался. Благо, что есть пара минут, так что перехватить Доминико, идущего к супруге, вполне можно.
— Дорогой маркиз, уделите мне минуту вашего внимания.
— Да, лорд Дамайн, конечно, — если Доминико и был недоволен тем, что его отвлекли, то не показал этого.
«Хм, растет мальчик, учится держать маску. Молодец», — одобрительно подумал лорд Джон. И выложил Доминико свою идею насчет новой моды и кружев.
Маркиз на секунду задумался, потом усмехнулся:
— Давайте посмотрим на тенденции этой самой моды на следующем балу? И после оного обговорим условия поставок.
— Хорошо. Благодарю вас за понимание.
Доминико хитро подмигнул будущему деловому партнеру, отвесил вежливый полупоклон и отправился вырывать любимую супругу из лап местных гарпий, харибд и сцилл. Кристина с радостью перебралась под надежное крыло супруга.
— Они утомительны. Как тебе Жозефин?
— Милейшее создание. Очень хочется взять под покровительство, надеюсь, ты не станешь меня ревновать? — улыбнулся Нико, позволяя себе неслыханную вольность — приобнять супругу за плечи, отводя поближе к камину, где на банкетках разместился «змеиный угол» — сборище пожилых матрон.
— Нет, что ты. Она очаровательна… наверное.
— Она в самом деле очаровательна. Жаль, что здесь нет такого Ордена для почтенных дам, как в Сагранзе, — Доминико говорил чуть громче, чем следовало, чтобы навострившие уши ехидны услышали. — Наши донны уже давно разглядели бы, какая нежная лилия пропадает без внимания. А ведь стоит заняться девочкой, и она очарует любого. Какой голос, драгоценная моя! А ведь в Даркмайр-холле некогда практиковали музыкальные приемы. Как ты смотришь на то, чтобы возобновить традицию, хотя бы на то время, что мы проведем здесь?
— Нам нужны музыкальные инструменты, и, думаю, Элен все приготовит достаточно быстро. И привести в порядок музыкальный зал, — задумчиво пробормотала Кристина.