Далекая звезда (СИ)

Кирк и весь мостик смотрели на то, как мучается единственная живая молодая женщина, лежа в окружении мертвецов, и ничего не могли сделать – пока были подняты щиты, пока ее тело генерировало силовое поле, транспортер бы не смог захватить ее. Даже силовой луч не смог бы – ее способность телекинеза была чудовищной.
- Лазарет – мостику! – раздался вызов интеркома.
- Кирк слушает, - капитан нажал кнопку, не отрывая глаз от экрана. – Боунс, что со Споком?
- Он погружен в искусственную кому, как Вы и просили, капитан, но его биопоказатели растут. Температура растет, пульс зашкаливает. Такое впечатление что эта зеленая жидкость, заменяющая кровь, вскипает. Джим, верните Элис Хант, пока он не умер!
- Невозможно, - Кирк резко качнул головой. – Она не в состоянии перемещаться. Боунс, сделай, что можно, что угодно, абсолютно все, но вытащи его.
- Джим, если в ближайшие минут пять эту связь не разорвать, он умрет! Я не знаю, что это за явление, но они в самом деле связаны.
- Мбенга может присмотреть за ним? Хочу, чтобы ты немедленно поднялся на мостик.
- Может. Иду.
Кирк отключил связь, глядя на экран.
- Капитан, - тихо обратилась к нему Ухура. – Я принимаю сигнал с того корабля. Много сигналов.
Кирк потряс головой, чувствуя, как в голове как будто что-то закопошилось, заворочалось, забормотало знакомым голосом.
- Вы уверены, что это сигнал оттуда? – спросил он.
- Я… - Ухура замерла, вытащила из уха наушник и прислушалась. – Это… Это внутри, это как будто чьи-то мысли.
- Ее, - Кирк кивнул на экран, где Элис закрыла лицо ладонями и рыдала.
- Что еще за сеанс телепатии по заявкам? – спросил вышедший из лифта Маккой. – Боже правый! – ахнул он, увидев экран.
- Боунс, ты можешь остановить… это? – спросил Кирк.
- Даже если бы мог – она нас не подпустит, - покачал головой доктор. – Никакие транквилизаторы не помогут снизить ее пси-способности. Она ходячая бомба замедленного действия и она это знает, поэтому пытается увести корабль как можно дальше от нас.
- Я не могу ее бросить! – Кирк сжал кулаки. – Боунс, должен быть какой-то выход! Я слышал, что она видела свое возвращение домой, значит, что-то было сделано здесь, сейчас, кто-то или что-то помогло!
- Джим, я ничего не могу сделать, - Маккой развел руками. – Я пытался отправить сигнал на Медузу, но медузианцы не ответили. Принять Элис на борт невозможно из-за сдерживающего защитного поля того корабля, но даже если бы его не было… Джим, я не могу ничего сделать. Она так сильна, что разорвет корабль на куски. Она бы не хотела рисковать нашими жизнями.
Кирк обернулся, глядя другу в глаза.
- Лориен сказал, что она вернется домой, Боунс. Хочешь сказать, что Первый ошибся?
- Все ошибаются, - пожал плечами тот. – Джим, я доктор, а не волшебник, я не могу сдержать или уменьшить ее силу, не подвергая экипаж и корабль опасности.
Кирк отвернулся, ударил кулаком по подлокотнику и стиснул зубы, глядя на экран.
- Нужно сделать…
- Капитан, Вы чувствуете? – перебила его Ухура, закрыв глаза и как будто прислушиваясь.
- Она просит уйти, - Маккой так же закрыл глаза, слушая песню скорби и шепот мыслей телепата.
«Я прошу вас уйти», - сказала Элис мысленно. – «Вы не поможете, вы пострадаете, а я не хочу вашей гибели. Уходите. Капитан Кирк, уходите отсюда, оставьте меня – уже слишком поздно что-либо делать, но прошу Вас, капитан, попробуйте передать длинным лучом сообщение в тот мир о том, что корабль и команда пали смертью храбрых в бою, никто не покинул пост. Нельзя, чтобы честь этих людей была запятнана. Он не был виноват в том, что произошло. Спок не был виноват. Он стал жертвой обстоятельств своего рода, своей расы. Иногда генетика дает такие сбои…»
Люди на Энтерпрайз, закрыв глаза, увидели в своем разуме картину прошлого – Спок, сжимающий в руках лирпу, Кирк напротив него, раненый, уставший от поединка, Маккой, попросивший помочь капитану, Т`Пау, разрешившая доктору сделать Кирку какой-то укол - в том мире все было чуть иначе, но исход был тем же. Т`Принг выбрала Стонна, Кирк выжил лишь хитростью друга, Спок был счастлив увидеть живого друга… но дальше все стало хуже.
«Это была не лихорадка крови – что-то иное, какой-то генетический сбой», - услышали люди мысль телепата. – «Так может проявиться гемофилия, астма, наследственные заболевания. У Спока проявилось безумие вулканцев далекого прошлого. Его телепатия была иной, наполовину человеческой, хотя Аманда была нормалом. Спок стал нервничать, когда проявились первые симптомы, но он сам не понимал, что с ним происходит. Он хотел лишь защитить капитана и экипаж. Обратиться к вулканцам было невозможно из-за гордости – такие постыдные симптомы были крайне редкими, они бросали тень на весь род».
Перед внутренним взором людей пронеслись обрывки воспоминаний – Спок, сидевший в своей каюте, сжимавший виски ладонями; Спок, ходивший по своей каюте из угла в угол; Спок, чье лицо было искажено гримасой боли; Спок на коленях, запрокинувший голову в беззвучном крике, невидящим взглядом смотревший в потолок…
«Маккой не мог бы помочь ему. Не спасла бы даже искусственная кома – телепатические способности Спока были слишком высоки, чтобы дать доктору возможность хотя бы проверить его на предмет болезни. Спок утаил этот факт из-за боязни навредить экипажу и капитану, а когда понял, что болезнь прогрессирует, было слишком поздно».
Эти картины не мог бы увидеть ни один человек, не являйся он телепатом – разум Спока, черные игривые щупальца в спокойном состоянии теперь бешено извивались, вторгаясь в разум доктора Маккоя и вырывая из него сознание. Несчастный человек даже не мог сопротивляться, скованный ужасом и пси-импульсом неконтролирующего себя вулканца. Постепенно маска паники уступала выражению дебильной радости, успокоению, улыбкам – в разуме доктора остались навыки профессиональных способностей, обрывки собственного «я», но воля, душа, разум были порваны в клочья, словно искромсаны острым скальпелем.
«Он защищался. Спок. Спок пытался защититься сам и защитить доктора, как он думал. Спок пытался передать доктору свои ощущения, потому что показать их иначе было невозможно, но разум нормала хрупок, доктор не выдержал. Это не сумасшествие, это намного хуже. Личность доктора была разрушена. Спок буквально впитал его в себя, высосал, выпил досуха, а когда понял, что натворил, попытался дать единственное, на что еще был способен – заботу. Спок действительно никогда бы не причинил другу вреда. Он искренне полагал, что помогает, дает все то, в чем друг нуждался…»
Спок в видении людей пристально смотрел на Кирка и лицо капитана так же приобретало такое же безмятежно-дебильноватое выражение как у доктора. Черные жадные щупальца разума вулканца выжали и его. И Ухуру. И Сулу. И прочих, кто был на корабле.
«Лишь один смог сопротивляться. Павел Чехов открыто выступил против безумного разума, являясь слабым телепатом, и пострадал. Спок отшвырнул его от себя как игрушку, сломал позвоночник, но не сломал волю. Усиленные вторжением безумного телепата пси-способности самого Павла позволили ему послать сигнал в космос в надежде на то, что кто-то сможет поймать его… но ловить было некому. После Вулкана Энтерпрайз удалилась к центру галактики, намереваясь пройти к краю. Люди все так же выполняли свои обязанности под неусыпным контролем Спока, но людьми они уже не были. Пустые оболочки без души, разорванные души, тела, поддерживаемые все возрастающими пси-способностями Спока, который больше не контролировал себя и забыл о том, что когда-то все было по-другому, что люди, окружавшие его, были свободны от его пси-влияния».
Корабль шел от планеты к планете, по знакомым и не очень тропам, изредка останавливаясь для пополнения запасов, ремонт или поймав сигналы SOS, но каждый раз при остановке Спок как голодный вампир дочиста выпивал всех людей, с которыми сталкивался. Его разум больше не принадлежал ему.