Тринадцатый мир. Книга вторая (СИ)

Исследованиями занималась до тех пор, пока прерывистое дыхание не перешло в надрывный рык. Неожиданно мое лицо приподняли за подбородок, заставив прервать интересный процесс. По ощущениям – как у ребенка конфету отняли. Растерявшись, я пропустила момент, когда мужчина подался вперед и, ухватив обеими руками мои бедра, потянул их на себя и резко вошел.
Я не сдерживала стоны. Зачем? Пусть капитан слышит, какое доставляет удовольствие. Ладони упирались в мускулистую грудь, оставляя на коже лунки от ногтей в моменты особого напряжения, когда приподнималась и выпускала из плена сладострастного сатурианина. Но расставание было не долгим. С особым наслаждением я опускалась обратно, вновь захватывая территорию.
Кто-то из нас задел панель управления, и вокруг забурлила, поднимаясь, вода. Мягкие пузырики щекотали ноги. Чем ближе была разрядка, тем сильнее казалось, будто шаловливые воздушные шарики проникают под кожу, будоражат кровь, заставляя ее кипеть от переполнявших эмоций. Только так. Только с этим мужчиной, который даже в такой момент сначала дождался моего победно-довольного крика, и только потом последовал за мной туда, где зажигаются звезды.
  Запись пятая. Новый мир  
   
 «Лиц, не достигших совершеннолетия, на звездолетах  
 нужно перевозить в карцере. Только тогда перелет  
 не будет иметь разрушительных последствий».  
 Из бортового журнала «Кочевника» 
Я проснулась от противного навязчивого пищания над ухом. Как оказалось, на айр пришло сообщение. Запустив авточтение, снова откинулась на подушки.
«Уважаемые участники экспедиции! «Кочевник» прошел аномальную зону без серьезных корректировок маршрута. По новым расчетным данным срок прибытия на Нибиру – двое условных суток. В связи с этим всем пассажирам, не находящимся на дежурстве, прибыть в тринадцать часов в конференц-зал»
Ого, неожиданно. Мне уже стало казаться, что этому перелету не будет конца и края. Видимо аномальная зона как-то повлияла на скорость перемещения.
Когда над программатором появилось трехмерное изображение Аритана, довольная улыбка непроизвольно расплылась на лице. События минувшей ночи вспышками проносились в воспоминаниях, отчего внизу живота вновь появилось тяжелое напряжение, а возбуждение прокатилось по венам.
«Привет, цветочек. К сожалению, я не смогу с тобой сегодня позавтракать. Все необходимое ты найдешь в гостиной. До встречи».
Как бы не было велико желание тут же побежать и проверить, что там меня ожидает, я сдержалась. Неспешно встала с постели, потянулась, приняла душ. Накинула висящий на вешалке пеньюар из полупрозрачной струящейся ткани, и направилась на встречу с сюрпризом.
Внутри все подрагивало от нетерпения и волнения, хотя умом я понимала, что за мной еще и не так ухаживали. Однако когда створка отделяющая гостиную отъехала, я не сумела сдержать глупой улыбки. В центре круглого стола стоял букет из миниатюрных роз, а перед ним чашка с дымящимся кофе. Рядом ютилось блюдце со сдобными пышками, тарелочка фруктовой нарезки, шоколад, вазочка варенья и корица. Всё, я готова тут поселиться, если меня каждое утро будут так кормить.
Присев за стол, еще раз окинула утреннюю красоту плотоядным взглядом и вновь улыбнулась. Кажется, я влюбилась. Поймала себя на этой мысли и испугалась. И к кому же угораздило испытать столь нежное чувство? К мужчине, который в самый неожиданный момент исчезнет, не сказав ни слова на прощание? Чтобы опять проливать слезы в нейловую[5] подушку, и вздрагивать каждый раз, когда покажется, что видела его лицо?
Отогнав от себя грустные мысли, я приступила к поглощению лучшего антидепрессанта. Немного взбодрившись перед началом трудового дня, можно было отправляться на поиски любимой подруги, чтобы уже с ней пройти в конференц-зал. Ассасин, как всегда, следовал за мной неотступной тенью.
На основной палубе звездолета было многолюдно… или правильнее сказать – мегапассажирно? Ведь не все присутствующие относятся к человеческим расам. Кругом слышались шепотки, велись разговоры, и, кажется, даже разгорались дискуссии, судя по тому, как неизвестный терианин, размахивал руками подобно ветряной мельнице. Настроив айр на подругу, я начала лавировать среди пассажиров.
– И куда ты такая довольная? – раздался над ухом знакомый голос.
– Урса, нельзя же так пугать! Мне показалось, я видела знакомое лицо, вот хотела проверить.
– Ага! И ты тоже теперь их видишь! Не одной мне мерещится!
– Я бы не сказала, что мне померещилось. Но, кажется, я видела Расэла…
– А я тебе давно говорила – добудь список пассажиров. Ты вообще очень несерьезно относишься к своим отношениям.
Услышав такое обвинение, я не сдержала тяжелого вздоха, чем тут же привлекла внимание венерианки.
– Ох, Урсула. К сожалению, как раз наоборот, я стала слишком серьезно к ним относиться.
Поделиться подробностями своих душевных переживаний я не успела, так как подошло время «заселения» в зал. С нашего последнего посещения он ничуть не изменился: все то же полукруглое помещение, все те же удобные кресла.
На этот раз мы с Урсой сели рядышком – на лица сослуживцев уже успели насмотреться за время пути. Первым к трибуне подошел капитан «Кочевника».
– Приветствую участников экспедиции, – он ненадолго замолчал, а потом как-то устало усмехнулся. – Очень хочется начать со старой шутки: у меня есть две новости… хорошая и плохая.
В зале раздались смешки, но в то же время повисло напряжение. Чем для нас обернутся известия?
– Аномальная зона все-таки повлияла на курс звездолета. Планета, на орбите которой мы «кинули якорь», не является искомой. Судя по данным астро-навигатора, мы немного отклонились от курса, но сканирование окружающего пространства свидетельствует о том, что звездолет оказался в неизученной части нашей вселенной и перед нами уникальная, неизвестная до сегодняшнего дня планета. Во всяком случае, неизвестная широкой общественности. В настоящий момент мы отправили запрос на Землю, чтобы институт космических исследований помог разобраться в данном вопросе, однако на получение ответа может уйти несколько суток. Теперь я передаю слово главе дипломатической миссии, а после мы ответим на возникшие вопросы.
После этих слов Аритан отошел в сторону и присел на аэрочейр, стоящий на краю сцены. Место у микрофона занял Равен тель Наим.
– Добрый день! – синекожий терианин обвел присутствующих внимательным взглядом. – Как уже сказал капитан, мы долетели до планеты, хоть и не той, к которой стремились. Однако целью нашей экспедиции было исследование неизвестного мира, и сейчас нам как раз представилась такая возможность. Командный состав, посовещавшись, принял решение – высаживаться. Первой на планету спустится разведгруппа и организует базу приема остальных членов экспедиции. Каждая команда получит индивидуальный инструктаж у своих непосредственных руководителей, после проведения совещания руководящего состава. Пока же предварительные пробы показали наличие пригодной для дыхания человекоподобных рас атмосферы, комфортной температуры у поверхности земли и возможное наличие разумных существ.
Глава дипмиссии осветил еще несколько общих вопросов, в целом – ничего интересного. Напомнил, что за те пару дней, что мы будем дожидаться данных разведгруппы, оставшиеся на корабле участники могут подготовить отчеты и материалы для отправки на Землю. Особенно это касалось немногих студентов – им предстояло закрыть все «хвосты» перед учебным заведением, если они хотели спуститься на планету. Я порадовалась, что за время пути не совсем забросила учебный процесс и обязательный дневник вела регулярно. Теперь как раз представился шанс отправить очередные страницы куратору.
Айр просигнализировал новым сообщением. Сердце взволнованно ёкнуло, пока я не увидела подпись – профессор Ришандр. Что-то сердечко у меня в последнее время шалит, видимо, пора посетить лекарский сектор. С этими мыслями я ознакомилась с просьбой руководителя нигде не задерживаться после окончания информблока.