Шоколадное сердце Кондитера (СИ)

Каждый раз в новом месте, повторила про себя Лида и что-то у нее в голове щелкнуло.
Чтобы убедиться в правильности своих мыслей, она потащила Максима на кухню, где все еще готовили ее родители и покровитель.
— Эй, ты чего удумала? — спросил Горький, и тут же этот же вопрос ей задал Зефир.
— Лида, не приводи его сюда! — возмутился марципанец, а заметив, что подопечная продолжала сжимать в руке запястье парня, то и вовсе покраснел от злости.
— И тебе привет, Фиолетовый, — произнес Максим, разглядывая недовольного покровителя этой семьи, смешно топающего по столешнице ногой, а уже после поздоровался и с остальными Воздушными. — Добрый день.
— Здравствуй, Максим, — первой отозвалась Татьяна. — Как тебе угощения? Понравились?
— Да, они вкусные. Спасибо.
— Такой вежливый, — заулыбалась женщина, еще больше смущая своим поведением дочь.
Он ей явно нравится, отпуская руку подопечного Трюфеля, подумала Лида.
— Зефир, я хочу кое-что спросить.
— Что? — недовольно буркнул он, садясь на край стола и скрещивая руки, продолжая угрожающе смотреть на Горького.
— Как ты создал свою дверь?
— Что?.. — спросил он уже удивленно. — В смысле?
— Он сказал, что Трюфель каждый раз создает свою дверь в новом месте, так как в приюте, ясное дело, нельзя отвести для перехода отдельную дверь, — начала Лида. — Но наша дверь здесь со времен прадедушки, верно?
— Да. Я создал ее, когда подписал контракт с Ваней, — произнес Зефир, доставая из-под одежды висящий на цепочке ключ.
— То есть, с его помощью, ты можешь создать новую дверь?
— Да, но если так сделаю, то эта дверь, — он указал в сторону подсобки, — сразу же станет обычной.
— А у всех есть эти ключи?
— К чему ты клонишь? — спросил Максим, не понимая причины всего этого разговора.
— Я тут подумала о том, что нам на конкурсе сказал Сахарный, — смотря на Горького, произнесла девушка.
— О том, что когда одна дверь закрывается, открывается другая? — вспомнил Максим нужную фразу, и Лида кивнула. — Ну и что?
— Я вчера думала об этом и о том, как и куда, мог пропасть принц Безе.
Вот тут уже Кондитеры и Зефир стали внимательно ее слушать, сосредоточившись на будущем разговоре.
— Пастила сказала, что механизм, открывающий проход к тайному ходу, не был активирован, и принц не проходил через него. Но и во дворце его тоже нет.
— Хочешь сказать?..
— Ты думаешь, что он в нашем мире? — Василий озвучил вопрос, возникший у всех, кто был сейчас на кухне.
— Да. Мог ли кто-то открыть ему дверь в наш мир, а потом просто закрыть ее, снова делая обычной?
— Теоретически…да, — произнес Зефир, хмурясь еще больше, но уже не от присутствия Горького в помещении, а от того, что предположение Лиды было слишком правдоподобным.
— У кого есть ключи?
— У каждого, кто идет искать себе подопечного, — ответил ей Максим, не раз уже показавший, что о мире Трюфеля и Зефира он знал куда больше, чем Лида.
— Да. И у тех, кто подписал контракт, он, естественно, остается, — следом за ним произнесла Татьяна. — Получается, кто-то провел принца Безе в наш мир? И он сейчас здесь?..
— Сколько у него осталось времени? — спросил Василий, а его дочь вновь ничего не понимая, в надежде на объяснение уставилась на Максима.
— Без подписанного контракта они долго здесь находиться не могут.
— Ах, точно. Пастила никогда здесь подолгу не задерживается.
— У Пастилы совершенно другой лимит времени, нежели у меня. И не говоря уже о принце Безе, — произнес Зефир. — Она никогда не собиралась становиться покровителем, поэтому и не готовилась к долговременному нахождению в человеческом мире. А принц королевских кровей, так что…я думаю, что недели две-три — его предел.
— А твой?
— Неделя, — ответил марципанец.
— Уже прошло…одиннадцать дней с его пропажи, — подсчитав, произнес Максим. — Получается, что у него осталось в запасе от…трех дней до десяти.
— Что случится, когда срок пройдет? — спросила Воздушная.
— Он исчезнет.
— Как?
— Как русалки в ваших сказках, — сказал Зефир. — Буквально растворится в воздухе.
— Нужно рассказать обо всем королю и королеве, — Василий достал из духовки противень с чуть было не подгоревшим печеньем.
— Зефир, отправляйся с Лидой и Максимом во дворец. Пусть Пастила позаботиться о том, чтобы они узнали о вашем предположении.
— Лида пусть идет, но с парнем проблемы возникнут, — вновь начав бурчать, произнес марципанец. — Его отсутствие заметят.
— Не заметят, — уверенно заявил отец девушки. — Идите втроем. Зная, что во дворце может быть предатель, да не один, нам нельзя расслабляться или действовать поодиночке.
Зефир что-то пробубнил себе под нос, спрыгивая со стола и направляясь к своей двери. Против решения подопечного он идти не собирался. А так же, где-то в глубине себя он признавал, что чем больше их будет, тем проще станут поиски злополучной двери, увлекшей принца в этот мир.
— Ты будешь помогать? — спросила Лида у Горького.
До этого он особо не рвался на поиски Безе.
— Мне нужно к Трюфелю, так что я воспользуюсь дверью твоего покровителя, чтобы попасть на ту сторону.
— Так, а что насчет помощи?..
— Хватит шушукаться! — недовольно выкрикнул марципанец, заходя в коридор между их мирами.
— Мы скажем Людмиле Владимировне, что послали тебя с Лидой за покупками. Она не станет тебя искать.
— Хорошо.
Молодые люди подошли к распахнутой ярко-розовой двери и, перед тем, как сделать последние шаги в белый свет, Лида решила, что лучшего момента для благодарности к Горькому она в ближайшее время не найдет.
— Кстати, спасибо, что спас меня вчера, — произнесла она.
— Тебя спас тот иргиец, а не я.
— Ошибаешься. Я почти сдалась, когда ты схватил меня за руку, — девушка мельком взглянула на свои ладони. — Спасибо тебе.
— Не за что. А теперь иди, — подтолкнув девушку вперед и сразу же последовав за ней, сказал Максим.
И Лиде показалось, что она заметила на его щеках легкий румянец.
***
К удивлению Зефира, в его отсутствие дом не пустовал. Пастила и Шарлотка, до их прихода мило о чем-то беседовавшие и пившие душистый чай, молча приветствовали ворвавшихся в гостиную людей и марципанца.
Они никак не могли решить, что им делать дальше: то ли спросить у появившихся гостей, что произошло, то ли предложить им присоединиться к ним, как того требовал этикет.
— Это что еще за посиделки в моем доме? — недовольно спросил Зефир, отряхиваясь от чего-то, как моментально был атакован владелицей яблоневых садов, повисшей на его шее.
— Я так давно тебя не видела! — воскликнула девушка, обнимая марципанца. — Ты же обещал заглядывать ко мне! О, милая, и ты здесь!
Новой жертвой Шарлотки стала Лида, которая старалась не задохнуться в крепких объятиях марципанки. Максим же заблаговременно отошел подальше, присоединяясь к Пастиле, которая тихо поприветствовала подопечного своего друга.
— Почему вы трое здесь? — спросила она у брата. — Продолжение турнира не скоро, да и я вам сообщений никаких не отправляла.
— Все дело в принце, — сказала Воздушная, и благодаря этой фразе Шарлотка наконец-то отпустила ее. — Возможно, мы знаем, где он.
— Знаете? Но как? Где он?
— Я оставлю объяснения на вас. А сам пойду к Трюфелю, — произнес Максим, подходя к выходу. — Встретимся в том коридоре с портретами.
— Хорошо, — кивнула Лида и, когда юноша ушел, продолжила: — Мы предположили, что кто-то мог открыть ему дверь в мой мир.
— Дверь?.. Но если это так, то тогда… — Пастила задумалась, и с каждой секундой ее лицо теряло жизнерадостный оттенок. — Сколько он там провел? Больше недели?
— Да. У него все меньше и меньше времени.
— Вам нужно к королю, — став серьезнее, произнесла Шарлотка. — Если это правда, и кто-то помог принцу Безе сбежать, то это…измена.
— Расскажешь отцу? — спросил у нее Зефир. — Повремени с этим.