Пламенеющий Ангел
Распростертый на полу гостиной среди языков пламени, карабкающихся по стенам, Джон Росс чувствовал, как яд распространяется по организму, высасывая остатки силы и магии, истязая сердце. Ему удалось встать, и, шатаясь, он двинулся следом за Финдо Гаском. Это заняло у него много времени. Единственная мысль билась в голове: опередить демона, не дать добраться до Нест. Но он опоздал. К тому времени, как он добрался до задней двери, столкновение между ними уже произошло. Гаск исчез, а Нест уходила прочь. Причем абсолютно невредимая.
Вначале он подумал было отправиться за ней, но решил, что не стоит: слишком уж он слаб. Лучше позволить Нест уйти. Джон наблюдал за ней, а пламя лизало стены дома вокруг него, подбираясь к холлу за спиной. Наблюдал, пока она не прошла несколько домов, а затем выскользнул из дома и очутился в ночи.
Вместо этого он отправится к Джози, решил Джон. Доберется до нее, и Джози о нем позаботится. Ему станет лучше, и они вместе проживут остаток жизни.
Росс не знал, куда пошел потом. Верх взяли инстинкты, и он подчинился им. Брел через дворы, мимо зарослей кустов и деревьев, вдоль заборов и стен, по заснеженным дорожкам, не разбирая дороги и не встречая ни единой живой души. Было уже глубоко за полночь, и, если не считать собравшейся у горящего дома толпы, весь остальной мир спал. Джон опирался на посох, черпая из него хоть какую-то силу двигаться дальше. Внутри все было разрушено, рана в груди от ножа Пенни горела и дымилась под одеждой. Он начал мерзнуть.
Достигнув берегов Рок-ривер, рядом с мостом Авеню «Ж», в том месте, где она пересекает Лоуренс-Айленд, он был удивлен, обнаружив себя совершенно в другой стороне от дома Джози. Он прислонился к сучковатому стволу старого дуба, глядя в ночь. Река замерзла уже целиком, но в середине, где течение оставалось достаточно сильным, лед еще не устоялся. Он смотрел на темную воду, в которой плыло отражение моста. Все будет хорошо, решил он. Здесь тихо. Покойно.
Но вскоре на поверхности течения появилась яркая искра — точка света, которая росла и ширилась. Перед ним явилась Госпожа — шагнула из света в струящихся невесомых одеждах. Ее нежные черты были прекрасны и бледны. Изящной ножкой она ступила на берег, рядом с местом, где сидел Джон, и склонилась к нему.
— Храбрый Рыцарь, ты справился великолепно, — нежно произнесла она. — Выполнил все, о чем я просила. Сдержал обещание и исполнил свой долг. И теперь твоя служба Слову закончена. Ты свободен.
Его наполнила великая усталость. Он не мог говорить, только улыбнулся в ответ. Он чувствовал удовлетворение. Ведь ему пришлось так долго зарабатывать эту свободу. И он так сильно стремился к ней.
— Храбрый Рыцарь, — прошептала Госпожа, — пойдем же со мной. Пойдем домой, где тебя ждут.
Она протянула руку. С невероятным усилием Джон поднял свою и подал ей. Свет, окружавший ее, устремился к нему и наполнил его до краев.
Поднявшись на ноги, Джон снова почувствовал себя обновленным и целостным. Отшвырнул прочь черный посох.
А секундой позже — исчез.
Посох лежал там, где он бросил его. В глубокой ночной тишине его начало заносить снегом. Мало-помалу, он исчезал под толстым пуховым белоснежным покрывалом.
А потом из темноты возникла фигура: крупный человек с бронзовой кожей и длинными черными волосами, заплетенными в косу, одетый в армейскую форму и ботинки. Он подошел туда, где лежал посох и нагнулся забрать его. Отряхнул снег с темной полированной поверхности и задумчиво подержал посох в руках.
Одинокий воин и искатель правды, он посмотрел на реку: туда, где полынья уже затягивалась свежим ледком, и назад, где еще кипела битва Слова против невежества и отрицания спящего мира.