Отходной маневр

Я встал, выплеснул содержимое пивной кружки под стул и медленно пошел к барной стойке — как бы за добавкой. Я уже дошел до середины зала, внимательно разглядывая сидящих за ними любителей электронной почты. Мне осталось проверить не больше дюжины компьютеров. «Человек» где-то здесь. Я вычислю его…
Вдруг громко хлопнула входная дверь. Я обернулся и успел заметить, как кто-то рослый, в длинном темном плаще с поднятым воротником вышел из кафе. Назад! Я поставил кружку на барную стойку, не глядя кинул несколько смятых купюр, и ринулся в зал кафетерия. Успел заметить, как темный плащ мелькнул на лестнице, ведущей из зала вниз. Да это же женщина! Рослая, средних лет женщина с короткой спортивной стрижкой.
Мне пришлось поспешить, чтобы не потерять ее из виду. Она сошла с лестницы и смешалась с толпой. Только бы не потерять! Она торопится, идет все быстрее. Я срываюсь на бег, приближаюсь к ней и готов уже схватить ее за руку, как вдруг женщина, широко раскинув руки, ринулась к девочке в длинном розовом платье. Девочка с воплем «Мамочка, мамочка» падает в ее объятия… Не успев остановиться, я неловко толкаю женщину. Она наверняка бы упала, если бы ее не подхватил высокий сухощавый мужчина с аккуратной бородкой.
— В чем дело? — насупив брови, спрашивает меня мужчина.
Я извиняюсь и делаю шаг назад. Женщина кидает на меня сердитый взгляд.
— Пьяный, наверное, — говорит она и мгновенно забывает обо мне. — Ну, как долетели? Намаялись, родные мои? Этот рейс всегда опаздывает… Ой, а загорели-то как!
Какая досада! Если убийца и был там, то сейчас его и след простыл. Я был так близко от него! Если бы эта женщина не сбила меня с толку!
Еще минут пятнадцать я бесцельно крутился по залу, разглядывая пассажиров. Я почувствовал себя уставшим. Всему есть предел. И моим силам тоже. Особенно если уже более суток меня преследуют неудачи. Я до сих пор не знаю, кто он, этот «Человек», и кто убийца. Со мной играют втемную, стараясь удержать повязку на моих глазах как можно дольше. Слепой, я оставался послушным и безропотным: когда ничего не видишь и ничего не знаешь, остается только делать то, что тебе говорят.