Зеркало для героя
Он тряхнул головой, пригладил взмокшей ладонью волосы.
– Ты ничего не знаешь! – с победным восторгом добавил Влад, приблизив ко мне свое горячее лицо. – Ты сидишь тут и лакаешь вино. Сегодня Анна по радио вышла на связь с комиссаром – об этом они заранее договорились. И твоя возлюбленная сказала, что никаких наркотиков на острове нет и не было, никакие катера к берегам не подходили, а потом заявила, что она, как хозяйка острова, больше не намерена подробно отчитываться о том, что происходит в ее доме. Понял, да?! А самолет-разведчик с военно-морской базы США передал, что к Комайо постоянно подходят и отчаливают быстроходные катера, а вертолеты над ним летают, как стрекозы. Понял, да?! А когда Маттос передал мне микрофон, так Анна вообще отказалась со мной говорить. Я спросил: «Что передать Кириллу?» А она только фыркнула: «Не вмешивайтесь в мою личную жизнь!» – и оборвала связь… Все, дорогой! Конец фильма! Лоханулись мы с тобой по полной программе!
– Я не верю, – произнес я.
Влад театрально развел руками.
– Это твой серьезный недостаток. Я бы сказал – порок. Или болезнь.
– И что твой комиссар намерен делать?
– Мой комиссар, – громко ответил Влад, – возглавляет объединенный антитеррористический комитет. В его ведении находятся специальные подразделения, созданные для борьбы с контрабандистами и террористами. Без всякой санкции ООН комиссар имеет право отдавать приказы на уничтожение любого объекта, который находится в этой акватории океана, если он незаконно перевозит наркотики и оружие – будь то шхуна, яхта или вертолет. Остров тоже относится к числу таких объектов.
– У него есть доказательства, что на острове производится наркотик?
– Будут! – кивнул Влад.
– И его не остановит, что остров продан физическому лицу и является объектом частной собственности?
Влад как-то нехорошо усмехнулся:
– В общем, так, дружище, я тебе скажу все. Твоя Анна прокололась на одном маленьком пустячке. Я подал иск в суд и проконсультировался у юристов. Местные законы однозначно стоят на моей стороне. Соглашение, которое я подписал в Москве, имеет юридическое преимущество над ее договором о купле-продаже, потому что подписано на несколько дней раньше. Мне ответили так: в течение года я являюсь полноправным арендатором острова, и только по истечении этого срока к Анне переходит право на собственность. Значит, пока остров мой. И я, на правах арендатора, даю все карты в руки антитеррористическому комитету.
Если раньше у меня и была некоторая власть над Владом, то я, кажется, упустил ее безнадежно. Орать, махать руками было бесполезно. Он слишком глубоко заехал в свою идею. Он уже вжился в нее, сроднился с ней, и вывести его на мою позицию можно было только долгим и кропотливым убеждением.
– Влад, – сказал я, опуская руку ему на плечо и глядя в глаза. – Что с нами случилось? Почему мы перестали понимать друг друга?
– Я не знаю, почему ты встал на сторону бабы и предал меня, – резко ответил Влад, скидывая с плеча мою руку.
– Это не так, Влад. Мы просто не разобрались в том, что происходит.
– Разобрались! – взмахнул рукой Влад. – Очень даже разобрались! Все уже ясно как днем! Твоя возлюбленная принимает меня за полного идиота, который будет с умным видом чесать затылок и ковыряться в носу. Черта с два! На должность комиссара наконец пришел человек, который не берет взяток и никого не боится. А на место хозяина острова наконец пришел я. И мы с ним наведем порядок, можешь в этом не сомневаться!
– Не впутывай в это дело комиссара, – пытался убедить я Влада. – Мы с тобой всегда решали все проблемы сами. Давай поплывем на Комайо, встретимся с Анной и во всем разберемся. Зачем тебе Маттос? Он чужой для нас человек, а с Анной мы не один пуд соли съели.
– Дрянь твоя Анна, – процедил Влад.
– Зря ты так, – упавшим голосом ответил я и ударил Влада ладонью по лицу.
Он даже не увернулся и не закрылся рукой. Половина его и без того красной физиономии запылала ветреным закатом. Он криво усмехнулся, и глаза его стали холодными и жестокими. Он ничего не ответил, многообещающе кивнул и вышел из номера.