Дорога превращений. Суфийские притчи

 
Косой слуга
Притча иллюстрирует разницу между шейхом («хозяином»), достигшим просветления и потому прозревающим единый Лик Аллаха за «завесами» множества феноменов вселенной («один кувшин»), — и вступающим на духовный путь мюридом, которому бытие представляется раздробленным на множество явлений («два кувшина»). Ощутить единство бытия человеку мешает изъян в его мышлении — материалистическое мировидение («косоглазие»).
Д. Щ.
* * *
Здесь с очевидностью выражен важный принцип суфийской психологии: всякое восприятие действительности преломляется сквозь внутреннее состояние человека, поэтому, анализируя то, как ученик («слуга») воспринимает те или иные феномены окружающего мира, наставник может оценить его внутреннее состояние («косоглазие») и помочь ему одолеть свои пороки («двуличие» и «злобу»).
М. Х.
Косой слуга
Хозяин закричал слуге косому:
«Кувшин с вином неси сюда из дому!»
«Несу! Да не могу я выбрать, право,
Какой: который слева — или справа?»
«Чушь не мели! У нас всего один,
Не медли и неси сюда кувшин!»
«Хозяин, странны мне твои слова:
Я вижу ясно, что кувшина — два!»
А тот в ответ: «Какое безобразие!
Вот до чего доводит косоглазие!
Но, если ты и на ухо тугой, —
Один разбей, а принеси другой!..»
…Слуга в сердцах кувшин об землю грохнул:
«Куда ж исчез второй?!» — он в страхе охнул…
…И сам двуличный косоглаз на вид,
И взгляд его — единое двоит,
А для того, кто злобою охвачен,
И свет незрим, и даже полдень мрачен!
 
Глухой посещает больного
Притча иллюстрирует одну из основных причин взаимной подозрительности, переходящей в ненависть, между отдельными людьми, социальными группами, народами и вероисповеданиями. Эта причина — неумение и нежелание услышать и понять друг друга.
Д. Щ.
* * *
Кто же такой этот «глухой» в символическом смысле? Очевидно — тот, кто находится в состоянии патологического эгоизма, мешающего не только услышать другого, но и признать, что другой человек является самостоятельной личностью, а не частью окружающей обстановки. Для «глухого» его будущий собеседник заранее схематизирован, обращен в своего рода марионетку, в уста которой «глухой» влагает свои собственные слова («сперва продумать надо всё до слова»). Таким образом, с самого начала перечеркивается любая возможность того контакта между душами, который мог бы облегчить положение страждущего. К сожалению, большинство случаев человеческого общения в той или иной степени подобны описанному в притче. А ведь каждый истинный контакт между личностями призван служить умножению добра в мире и восстановлению той утраченной некогда цельности, которую являли все души в момент их сотворения…
М. Х.
Глухой посещает больного
Корят глухого: «Ты пойди проведай
Хоть раз больного своего соседа!»
Глухой пошел к больному, но в тревоге
Остановился все же на пороге:
«Я глух, трудна беседа мне… Но, впрочем,
Напрасно я всем этим озабочен:
Что́ молвит он, что́ мне сказать ему —
Я это все по мимике пойму.
Но, чтоб исхода не было плохого,
Сперва продумать надо всё до слова.
Вот я войду, спрошу: „Ну, как дела?“
А он: „Мне лучше, боль почти прошла“.
А я ему в ответ: „И слава Богу,
Пускай совсем уходит понемногу!“
„Что ешь ты?“ — вопрошу. Он скажет:
„Рис“. „Отличное питанье, ободрись! —
Скажу я. — „А кого ж из лекарей
Ты звал, чтобы с постели встать скорей?“
Он назовет кого-то из врачей,
А я ему: „Сколь славен доктор сей!
Лечиться у него всего полезней:
Он навсегда избавит от болезни!“»
И вот глухой к соседу входит в дом,
И, хоть и видит — нет лица на нем,
Но вопрошает бодро: «Как дела?»
А тот: «Ужасно, жизнь почти ушла».
Глухой в ответ: «Отлично, слава Богу,
Пускай совсем уходит понемногу!»
Шепнул больной: «Не думал я никак,
Что мне сосед ближайший — лютый враг!»
«А что ты ешь?» — спросил глухой. —
«Отраву», — Больной в ответ. — «Питание на славу!
Почаще ешь!» — «Сколь сердцем он суров!» —
Подумал тот. — «А кто из докторов
К тебе приходит?» — «О сосед, помилуй,
Уймись — я завтра породнюсь с могилой,
Уж Ангел смерти ждет души моей!»
Глухой в ответ: «Он лучший из врачей!
Войдет он — не останется и духа
От твоего несносного недуга!»
Ушел глухой, и умилен и рад,
И от Аллаха ждал себе наград:
«Я принял в муках ближнего участье
И видел сам, как плакал он от счастья!»
Меж тем и впрямь рыдал больной сосед,
В то утро испытав беду из бед:
«Пусть Бог того настигнет тяжкой дланью,
Кто радовался моему страданью!» —
Шептал он. А растроганный глухой,
Исполнив долг, обрел в душе покой…