Красные башни Содома
К утру услыхал он, что гости его в комнате как бы спорят громкими голосами. Пошел он к ним и обнаружил их еще более недовольными. Завидев его, они сказали: бери всех, кто есть у тебя, и выведи всех из сего места. Ибо мы истребим сие место, потому что велик вопль на жителей его к Господу. И спросил Шемаия: а кто еще вопил? Иди, сказали ему, и выведи всех, как было сказано, ибо мы истребим сей город такой-то. И сказал Шемаия: господине! Это город не такой-то, а такой-то. Верно, ошибся ты, говоря так, ибо названия сии похожи. Тут один из Ангелов вытащил свиток и читал его, и лицо его изменилось, и он взглянул на спутника своего как бы с возмущением. И готовились к спору, когда бы не увидели, что Шемаия еще здесь. Иди, сказали ему, и выведи всех. Ибо мы все же истребим это место. И шел Шемаия в смущении, и слышал, как позади они вроде спорят.
Зятьям его показалось, что он шутит, и он их с радостью оставил. И как он медлил, — а солнце уже всходило, — то мужи те взяли за руку его, и жену его, и двух дочерей его, и вывели его, и поставили вне города. Когда же вывели их вон, то один из мужей сказал: иди, спасай свою душу. И поспешил Шемаия, и не стал дожидаться конца его слов, и пошел, и с ним была жена его и дочери его.
Заря занималась, и слышал Шемаия, как началось в городе движение, и торговцы заняли место свое на рынке, и женщины пошли с кувшинами, и нищие уселись у ворот, и старейшины отправились на собрание. И поставил Шемаия жену свою перед собой, а дочерей своих поставил подле, и отправились. И не пошел Шемаия в соседние города, а направился сразу к большой горе неподалеку, ибо боялся жить в среде истребления. И сжималось сердце его.
И вознамерилась жена его обернуться, чтобы посмотреть на город, но он не позволил ей. И в другой раз пыталась обернуться жена его, но он снова не разрешил. Солнце взошло, и пришли к пещере.
Пещера была небольшая, но уютная. Здесь уже кто-то жил до них. И стали устраиваться, и тут вспомнил Шемаия. Дочери его хлопотали, наводя порядок в пещере, и он смотрел на них, точно в первый раз увидел, и сравнивал их с женой своей, и не шла ни в какое сравнение. И вспомнил также Шемаия, что даже вина с собой захватил, будто бы знал, и пещера только на троих, а четвертый с трудом умещается, и вообще.
Хотела же сзади идти, а я ее вперед поставил, думал Шемаия, и скорбел в сердце своем, глядя на дочерей своих, этаких вертихвосток.