Вариант 'Омега' (Операция 'Викинг')
- Да, думаю, он говорит правду, но не знает, что абвер использует его в своих целях. Шлоссер раскусил нехитрую игру летчика, его желание во что бы то ни стало вернуться на родину и забросил с "ответственным" заданием. Шлоссер предвидел явку Зверева к нам. Второй диверсант умышленная жертва, чтобы мы поверили Звереву. Абверкоманда, Шлоссер, офицерское казино существуют. Шлоссер рассуждал примерно так: НКВД поверит Звереву, заинтересовавшись полученными данными, пошлет в Таллинн своего человека, чтобы приобрести агентуру в абвер команде. Этот человек очень нужен... очень нужен майору абвера барону Шлоссеру. Вот только зачем? Абверкоманда? - Майор задумался. - Подготовка агентуры на долгое оседание? Диверсия на Транссибирской магистрали? Георг фон Шлоссер ждет, что я клюну на абверкоманду и пошлю нашего человека в Таллинн. - Майор сел за стол, тяжело вздохнув, как человек, закончивший трудную работу. Он почти не сомневался в согласии Скорина. Работая с ним эти дни, майор видел, как Скорин меняется, увлекаясь делом. Майор не сомневался, что мысли разведчика обращены к Таллинну.
С официальным ответом Скорин не спешил, хотя принял решение еще днем. Стоит сказать слово, и вновь немецкий мундир, немецкая речь, кругом враги. Но решающим фактором для Скорина явились конкретность и острота задания. Одно дело проситься на фронт, совсем иное отказываться от важного, главное, очень опасного задания. Это уже пахнет дезертирством. Если в Таллинн не поедет он, Скорин, туда все равно поедет кто-нибудь из его друзей.
- Давайте готовить легенду. - Проговорив эти слова, Скорин почувствовал, как, взревев моторами, оторвался от земли самолет. Ни остановить его, ни выпрыгнуть самому нельзя. Все родное осталось позади: Лена, незнакомый и родной Олежка, даже этот новый начальник показался вдруг дорогим и близким.
- Легенда уже готова. Немецкий офицер получил после ранения отпуск. - Симаков достал из сейфа конверт, вынимая из него документы, передавал Скорину. - Офицерская книжка, отпускное удостоверение.
Скорин посмотрел на свою фотографию. Майор все приготовил заранее, значит, не сомневался в нем.
- Письма вашей невесты. - Симаков положил перед Скориным пачку перевязанных ленточкой писем и фото. - Грета Таар, ваша невеста, из-за нее вы приехали в Таллинн. - Майор одну за другой передавал фотографии. - Дом, где она жила. Полицай из городской управы - наш человек. У него вы можете получить рацию. Цветочница, торгует цветами у вокзала, также связана с местным подпольем. У нее для вас есть запасная рация.
- Значит, Георг фон Шлоссер меня ждет и я еду? - сам не понимая зачем, спросил Скорин.
- Значит, так, - ответил майор.
Разговор продолжался долго.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Скорин, чуть прихрамывая, опираясь на трость, неторопливо шел по старому Таллинну. Видавшая виды шинель вермахта с капитанскими погонами, начищенные, но далеко не новые сапоги и надвинутая на лоб фуражка выдавали в нем боевого офицера. При встречах с коллегами он приветствовал их вежливо, но с какой-то ленивой усталостью, словно рука в потертой кожаной перчатке была тяжела. Франтоватый майор на секунду задержался, хотел было остановить "ленивого" капитана, но Скорин остановился сам, остановился у разбитого бомбой дома, опираясь на трость, смотрел не на развалины, а на собственные сапоги. Щеголеватый майор пошел своей дорогой.
По соседству у двери маленького магазинчика с подводы сгружали товар. Пожилой хозяин зябко ежился, что-то писал в блокноте, пересчитывая ящики и бочонки.
- Подойдите сюда, - не громко, но отчетливо сказал Скорин и, когда хозяин оглянулся, поднял указательный палец.
- Что желает господин офицер? - Хозяин подбежал трусцой.
- Вы знали живших здесь людей?
- Конечно, господин капитан. Семья Таар, мы все их очень любили.
- Живы?
- О, да! Не беспокойтесь, господин капитан, - хозяин покосился на повозку с товаром, - теперь уехали, правда, я не знаю куда, старый Иоганнес был человек замкнутый...
Скорин кивнул, оглядев развалины, сдержал вздох, шаг его стал чуть тяжелее, а хромота явственнее.
Скорин не разыгрывал комедию, он неукоснительно придерживался своей главной заповеди: приступая к заданию, стань тем человеком, за которого себя выдаешь.
Капитан Пауль Кригер выписался из госпиталя, получив отпуск для поправки здоровья, приехал в Таллинн, чтобы разузнать о своей невесте, от которой третий месяц не получал писем. Оставив чемодан в камере хранения вокзала, он пришел сюда. В случае проверки хозяина магазинчика, безусловно, найдут, он подтвердит, что герр капитан был здесь и спрашивал о семье Таар.
Грета Таар - синеглазая блондинка с пушистой косой - жила где-то в Германии и не подозревала, что служит прикрытием для советского разведчика в Таллинне. Не знала, что он бережно хранит ее фотографию и пачку писем, написанных ею.
Дотошность Скорина при изучении легенды была истинно немецкой. Он хотел знать буквально все. Когда в Москве ему не смогли сказать, какие цветы и духи предпочитала Грета Таар, Скорин лишь пожал плечами и сказал, что он в таком случае не жених, а вероятный клиент гестапо.
Капитан Кригер замедлил шаг, решая, куда теперь направиться. Искать квартиру? Нет, сначала в комендатуру. Порядок есть порядок.
Офицер городской комендатуры взял положенные Скориным на угол стола документы, быстро пролистал их. Сев за пишущую машинку, он стал перепечатывать имеющиеся в документах данные и сам себе диктовал:
- Капитан Пауль Кригер... так... отпуск после ранения. На какой срок, господин капитан?
Скорин неопределенно пожал плечами:
- Вы не подскажете, лейтенант, где можно снять приличную, но недорогую комнату?
- Койдула, шесть. Хороший пансионат, господин капитан. Рядом офицерское казино. Очень удобно.
- Спасибо. - Пряча документы, Скорин вынул из кармана пачку писем и несколько фотографий. - А где навести справку о жителях города?
- В городской управе. В нашем же здании, но вход с другой стороны.
Скорин обогнул старинное, из тяжелого серого камня здание и вошел в городскую управу. Изложив свою просьбу, он снова, словно случайно, выложил на стол пачку писем и фотографию "невесты". Миловидная девушка сделала в регистрационной книге какую-то запись.