Магия мёртвых (СИ)

 - Трактирщик! Вина и мяса, - едва переступив порог заведения проорал я, сходу вживаясь в роль простого, совсем простого солдата (торийскому и другим языкам 'потерянных' материков, меня обучили по уже известной мне по обучению в Академии технологии). Сидящие в обеденном зале посетители замолчали и все разом оглянулись в мою сторону. - Плачу золотом! 
 - Сей момент, благородный господин, - услышав магическое слово 'золото', трактирщик буквально выпрыгнул из-за стойки, устремляясь на кухню чтобы лично простимулировать поваров к наилучшему и наискорейшему обслуживанию важного клиента. 
 Я окинул зал хмурым взглядом в поисках свободного стола. Почти все места оказались заняты уже изрядно 'весёлыми' посетителями, а за одним так и вовсе трое крепких мужиков с мечами едва шевелились, не в состоянии даже поднять голову от стола - у них вечер явно удался. Остальные посетители, также в массе своей крепыши с мечами и длинными ножами, стремительно приближались к состоянию этой троицы. Праздник что ли какой? 
 - Эй, любезный, - я окликнул стоящего у стены вышибалу. - Я что-то пропустил? 
 - Господа наёмники празднуют... второй день уже, - правильно понял вопрос бугай. 
 - Ясно, - я направился к свободному столу в противоположном конце зала... и мне сразу вспомнилась схожая ситуация в начале пути: трактир у стен Стратона и наёмники. Только тогда отношение ко мне было иным, да и я был другим. Совсем. 
 Не успел я присесть за стол, как к нему уже подбежала служанка в почти белом фартуке, и быстро протёрла стол возникшей в руках, словно по волшебству, тряпкой. 
 - Я не люблю ждать, - угрюмо буркнул я и, сняв с пояса ножны с мечом, положил его на край стола как предостережение охочим до чужого добра идиотам о неотвратимости наказания за глупость. 
 - Сей момент всё будет, господин, - служанка с намёком посмотрела на мой пояс. Я достал 'принца' и бросил девушке, которая тут же расплылась в улыбке, с намёком стрельнула в меня глазами, и тут же скрылась вдали. В народе монеты Тории прозвали 'царями' и 'принцами' потому как на золотых изображён царь, а на серебряных - наследный принц. На медных же монетах красовался довольно коряво выполненный герб страны - бегущий волк, потому они и стали 'щенками'. Насчёт цен меня тоже перед отправкой просветили: за 'принца' можно накормить досыта пять человек и ещё останется, этим Тория выгодно отличается от Аррана и Валора в особенности. 
 Действительно, спустя минуту из дверей кухни вышла уже другая служанка, с просторным подносом в руках, на котором удобно устроился целый поросёнок, расположенный рядом с кувшином вина и здоровенной миской исходящей паром каши. 
 Я во все глаза уставился на плывущее в мою сторону розовое чудо (не ел я со вчерашнего вечера, а ночь и утро у меня вдались бурные), облизнулся, перевёл взгляд на кашу... и в этот момент одному из наёмников взбрело в голову ощупать официантку. Нет, я его в принципе понимаю, пощупать там есть что, но не в тот момент, когда она несёт МОЮ еду! Уклоняясь от загребущих лап совсем простого солдата, официантка (как, в последние годы, стало модно называть трактирную обслугу в заведениях Валора) отклонилась в сторону и миска с кашей плавно и как-то замедленно, словно время изменило скорость своего течения в отдельно взятом уголке Мира, соскользнула с подноса... рухнув прямо на стол к виновнику аварии. Испугавшись случившегося, девушка ещё больше задёргалась и... дальше я закрыл глаза, не в силах видеть происходящего - румяный, пышущий жаром, исходящий ароматным паром, нежный... так необходимый мне после ночного испытания-марафона, устроенного Юлей, поросёнок полетел на пол. 
 Я едва не заплакал... от злости. 
 - ТЫ! Падаль! - я буквально взлетел на ноги. Девушка испуганно сжалась, закрывая руками лицо и приседая на полусогнутых ногах. - Ты не видишь, что она несёт МОЮ ЕДУ?! Смрадный урод! - виновный во вселенской трагедии наёмник сначала удивлённо посмотрел на такого смелого меня (как, он ещё и виноват?!), затем в поисках поддержки окинул взглядом угрюмо замолчавших товарищей, и тоже начал подниматься на ноги, вместе с 'группой поддержки'. Ну точно, ситуация повторяется один в один... неужели судьба даёт шанс отыграться?! Я в предвкушении снял куртку, бросил её на лавку, радостно ухмыльнулся... и застыл на месте. 
 Из дверей кухни вылетело и начало вытирать пол и подбирать еду (часть отправляя прямо в рот), выброшенное пинком толстяка трактирщика лысое, избитое до неузнаваемого состояния существо в лохмотьях и с зачарованным рабским ошейником, в кровь стёршим тощую цыплячью шею. 
 - Покупаю! 
 
 Глава 3. 
 
 - Господин? - окончательно выбравшийся из кухни в обеденный зал трактирщик в недоумении вытаращился в мою сторону. - Что покупаете? 
 Я вытянул руку в сторону торопливо работавшего тряпкой бритоголового паренька (бритая голова и ошейник - отличительный знак раба в Тории) и ещё раз ошарашил всех присутствующих. 
 - Я покупаю этого раба, - наёмники, которые всё время разговора продолжали пошатываясь двигаться в мою сторону, остановились и словно заворожённые провели глазами прямую линию от кончика моего указательного пальца до цели - юного раба. Желание подраться у них пропала - мне сейчас было не до развлечений и я лёгким эмоциональным воздействием их успокоил. 
 - Но, господин, это очень дорогой раб, - быстро сориентировался в ситуации ушлый толстяк. Я поморщился, перекрывая доступ к себе эмоциям трактирщика... жадный подонок!.. Нужно скопировать личину. 
 Словом личина Кантор называл скопированные и сохранённые в памяти эмпата эмоциональные состояния разумных, которые иногда могли очень пригодиться, особенно если нужно хорошо сыграть роль. За полтора года с того момента, как научился создавать личины, я собрал их в свою коллекцию уже больше двадцати штук. 
 - Сколько? 
 - Десять 'царей', - выпалил толстяк, пытаясь криком придать себе смелости. 
 - Хорошо, - легко согласился я на явно завышенную в разы сумму и полез в пояс за деньгами, но достать их не успел. 
 - ...будет слишком малой ценой для такого великолепного раба, - ещё раз сориентировался в ситуации уродец. Это получается я его как бы прервал, не позволив договорить... ага! Счаз! С недавних пор меня очень раздражают нечистые на руку личности и прочие моральные уроды... сильно раздражают! При одной мысли об оставшихся безнаказанными Графе и Топоре, которые наверняка и подослали ко мне удачливого убийцу, челюсти мои непроизвольно сжимались и раздавался зубовный скрежет, слышный на несколько метром вокруг. Найду гада - поджаривать буду медленно, несмотря на то, что он ценный иномирянин... да, есть и такой среди элитных убийц Валора, как оказалось. Я тебе позвоню, сволочь... если что! 
 Я медленно поднял глаза на мигом стушевавшегося при виде моей злобной рожи ушлого продавца. 
 - Знаешь, по натуре я человек не злой и не очень люблю подобные меры. Но... - лёгкое эмпатическое воздействие заставило трактирщика упасть на колени, а наёмников побледнеть от ужаса и застыть, боясь даже пошевелиться. Да, под руководством опытных учителей и имея обширную практику, я изрядно усилился как эмпат, расширив радиус воздействия до ста метров вокруг себя или же на четыреста человек одновременно - в чём превзошёл даже учителя. Я медленно пошёл к толстяку, который, тонко скуля, начал медленно отползать по проходу между столами прочь от страшного человека, волоча отказавшиеся внезапно работать ноги и оставляя за собой на грязных досках пола дорожку мочи. - ...нельзя так обращаться с людьми!!! - в этот момент трактирщик поравнялся с застывшим от ужаса и сжавшимся на полу в комок рабом. 
 - Я-а бо-ольше не бу-уду, - всхлипнул хитрован, скривив рожу в противной гримасе. 
 - Будешь, - я с сожалением вздохнул. - Но убивать я тебя не стану, - трактирщик расслабленно обмяк. - Надеюсь, случившееся сегодня, послужит тебе уроком, - десять золотых упали прямо в успевшую натечь вонючую лужицу между ног сразу счастливо заулыбавшегося мужика. - Пошли, - я махнул рукой в сторону выхода, подгоняя уже начавшегося подниматься на ноги раба.