Тонкие грани (СИ)
- Ну, хватит, – Джей грубо схватил меня за локоть и поднял с земли, ведя меня обратно к дому. – Иди и не вздумай больше падать, я не собираюсь тащить тебя на себе до машины, – я споткнулась на ровном месте и чуть было не прорыхлила песок собственным лицом. Разразиться новой порцией смеха мне не позволил Джей. Он вовремя поймал меня за талию и закрыл рот рукой, чтобы я не издавала лишних звуков. Вот же глупец… Кому мы вообще здесь были нужны?
- Тебе это и не понадобится, – я настолько сильно хотела услышать голос наглеца, что на фоне этого желания у меня развелись галлюнацинации? Хотела попросить Джея вколокть мне еще спасительного и волшебного снадобья...
Мужчина крепче сжал меня в своих тисках, и я вскрикнула. Лучше бы дал оплеуху, чтобы пришла в себя. С каждой секундой становилось тяжелее дышать, будто кто-то с силой давил на грудь; мысли путались, лишая возможности отличить что реальность, а что нет. Словно я наблюдала со стороны… как жизнь утекала сквозь пальцы. Изо всех сил я цеплялась за рукав пуховика Джея, чтобы не упасть. От былой радости и эйфории вдруг не осталось и следа. Мне стало дурно. И я не в силах была стоять на ногах. Казалось, если закрою глаза, то… возможно уже не открою их никогда.
– Отпусти ее, – сквозь плотную пелену тумана вновь услышала голос наглеца. Но вместо радости пришла боль… что воображение играло со мной в такие злые игры. Может быть, в каком-нибудь десятом колене у меня были русские предки? Ни за что не поверю, что обычной американской девчонке просто по воле счастливой случайности везло в русской рулетке каждый раз, стоило ей только прикоснуться к револьверу с одним заряженным патроном. Мне определенно для начала необходимо было опробовать свои таланты по везению в лотерее. Я бы стала самым богатым человеком в мире. Но, увы, мне суждено было вытянуть не тот билет и теперь остаток жизни (если несколько часов можно считать хоть какой-нибудь мерой исчисления), я была вынуждена бороться за жизнь. Даже если эта борьба сводилась к тому, чтобы попытаться устоять на ногах.
Джей вколол мне смертельную дозу наркотиков? Нет, действительно, где справедливость? Я не хотела умирать такой постыдной смертью. Я требую, черт возьми, адвоката! Или в моем случае уместней будет священника? Но, нет... Он что-то напоследок говорил о встрече с Льюисом. Видимо, это был еще не конец...
Ноги подкосились, и я упала на колени, в голове шумело, голос Джея был так далеко, ровно, как и Рика. После ненастья тучи рассеиваются и выходит солнце, но я только сильнее погружалась во мрак. Чувствовала ли Мария, дочь Льюиса, то же, через что проходила сейчас я? Шум, тишина, покой, страх и переживания – все смешалось воедино, принося чудовищную боль. Сгорая в агонии собственных мыслей, чувств и желаний, которые проносились в голове со скоростью света, вылетая на свободу, не имея возможности вернуться обратно, я теряла последние крупицы реальности. Может быть все, что со мной произошло, мне всего лишь приснилось? Как и тот кошмар с Льюисом, в котором он меня застрелил?
Все, о чем я мечтала и думала, казалось пустым. Кроме одного… Наглец. Будь я трижды мертва, четырежды проклята и навечно поселена в ад, меня ничто и никто не заставит поверить, что его не было в моей жизни. Собрав остатки собственной воли, я подняла голову от земли и вцепилась в ноги Джея мертвой хваткой, повалив парня на землю. Готова была вгрызться ему в шею, выцарапать глаза, да все, что угодно, только бы нанести ощутимый вред. Я хотела, чтобы он почувствовал хотя бы малую крупицу той боли, что разрывала мне душу в клочья. Пусть это будет последним, что я сделаю при жизни, но я никогда не позволю себе опустить руки и сдаться просто так, без боя. Это было бы равносильно тому, чтобы перечеркнуть жирной чертой все, через что мне пришлось пройти, и позволить этому негодяю забрать у меня последнее – надежду.
Мужчина отбивался, но его сила меркла под напором моей ярости. Не отдавая отчета собственным действиям, я валяла его по земле с диким остервенением, возомнив себя, по-видимому, бешеным ротвейлером. Наконец парню удалось ухватить меня за шею, и одним ловким движением он припечатал меня головой к земле. Все происходящее от силы не длилось и больше двадцати секунд, но мне же казалось, что я часами лежу на земле и жду своей дальнейшей участи. Ровное дыхание превращалось в сдавленные хрипы, но вовсе не от того, что Джей меня душил. Напротив, мужчина застыл в одном положении, сдерживая мои порывы снова на него наброситься. Гнев, застилавший глаза, отступал, и я, к своему ужасу или радости, узнавала до боли знакомые черты лица… далеко не смуглого краснокожего парня...
- Рик… – прохрипела я, не веря своим глазам.
Неужели наркотики вызывали такие сильные галлюнацинации? Мое состояние походило на маятник: дурман в голове то рассеивался, то снова обволакивал плотным туманом, лишая слуха и зрения. Я повернула голову в сторону и увидела на земле тело Джея. Парень лежал очень близко, вытяни я руку, смогла бы коснуться бездыханного тела. Его лицо было в аккурат повернуто в мою сторону, а из маленькой дырочки на лбу текла кровь… Тошнота снова подкатила к горлу, и я поторопилась закрыть глаза. Мысли путались, я не могла сконцентрироваться на том, что произошло на самом деле. Как я могла не заметить выстрела в Джея? Откуда здесь было взяться Рику?
Тонкая нить реальности снова растаяла, и я уже не знала наверняка чему верить. Может быть, все это мне мерещилось? А я тем временем лежала в своей кровати дома в Сиэтле и ждала возвращения Стэнли с работы? Где правда, а где вымысел? Голова сильно кружилась, давление на грудь усиливалось, мешая сделать полноценный вдох и выдох. Я обещала брату никогда и не при каких обстоятельствах не сдаваться… но у меня ничего не получалось. Будь проклят Льюис и все его деньги. Я ненавижу его. Ненавижу!
Слезы отчаяния покатились из глаз. Обессиленная, разбитая и напичканная какой-то дрянью, я не чувствовала ничего, кроме дурноты. По-прежнему до слуха доносились смазанные голоса, а действительность воспринималась, словно я находилась по ту сторону экрана телевизора. В какой-то момент картинка и вовсе стала нечеткой, и «телевещание» оборвалось…
∼ 17.2 ∼
Противный пищащий звук сильно раздражал слух. Я приоткрыла глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям. Что со мной произошло? Попытка воспроизвести в памяти предшествующие события закончилась неудачей. На месте воспоминаний о том, как оказалась на больничной койке, был огромный пробел. Обвела глазами комнату - место было мне совершенно незнакомо. Черт возьми, как я здесь оказалась? Я пошевелила руками и потянулась к тоненьким проводам, чтобы стащить с себя всю эту никчемную аппаратуру. Так или иначе, я жива, а этот противный писк только сильнее раздражал. Кое-как я сползла с кровати и на трясущихся ногах подошла к окну. Отдернув шторы, увидела разноцветные и яркие огни ночного города.
Странно… но я совершенно ничего не помню. Кроме… наглеца. Обхватила голову руками и закрыла глаза, перед ними встала отчетливая картинка лица Рика... его ранение… мой побег… Джей... Картинки сменяли друг друга с чудовищной скоростью.
А что, если сейчас я находилась в том самом реабилитационном центре, где встретилась с Льюисом? Похолодев от ужаса, широко раскрыла глаза и снова осмотрелась по сторонам. Нет, этого не может быть. Если это так, то почему я еще жива?
Хотя… какая разница, где я и что со мной будет дальше? Я устала быть сильной, сражаться с ветряными мельницами и бежать от смерти. Рано или поздно она все равно меня настигнет. Так не проще ли было смириться со всем и просто ждать… когда за мной придут? Давно уже надо было выкинуть эти нелепые надежды из сердца, мы никогда не сможем быть вместе с Риком. Он никогда мне не принадлежал... и не будет. Я попыталась открыть окно, чтобы впустить глоток свежего воздуха в легкие, но у меня ничего не получилось. Палата специально была оборудована таким образом, чтобы никто не имел возможности покинуть ее вниз головой? Неужели уже были случаи?