Рассказы. Стихотворения

ПО ПРАВУ РОЖДЕНИЯ
 
 
Мы пили за королеву,
 
За отчий священный дом,
 
За наших английских братьев
 
(Друг друга мы не поймем).
 
Мы пили за мирозданье
 
(Звезды утром зайдут),
 
Так выпьем — по праву и долгу! —
 
За тех, кто родился тут!
 
 
 
Над нами чужие светила,
 
Но в сердце свои бережем,
 
Мы называем домом
 
Англию, где не живем.
 
Про жаворонков английских
 
Мы слышали от матерей,
 
Но пели нам пестрые лори
 
В просторе пыльных полей.
 
 
 
Отцы несли на чужбину
 
Веру свою, свой труд;
 
Им подчинялись — но дети
 
По праву рожденья тут!
 
Тут, где палатки стояли,
 
Ветер качал колыбель.
 
Вручим любовь и надежду
 
Единственной из земель!
 
 
 
Осушим наши стаканы
 
За острова вдали,
 
За четыре новых народа,
 
Землю и край земли,
 
За последнюю пядь суши
 
(Как устоять на ней?),
 
За нашу честь и доблесть,
 
За доблесть и честь друзей!
 
 
 
За тишь неподвижного утра
 
И крыши наших домов,
 
За марево выжженных пастбищ
 
И некованых скакунов,
 
За воду (спаси от жажды!),
 
За воду (не поглоти!),
 
За сынов Золотого Юга,
 
За тысячи миль пути.
 
 
 
За сынов Золотого Юга (встать!),
 
За цену прожитых лет!
 
Если что-то ты бережешь, ты и поешь о том,
 
Если чем-то ты дорожишь, ты и стоишь на том:
 
Удар — на удар в ответ!
 
 
 
За стадо на пышных склонах
 
И за стада облаков,
 
За хлеб на гумне соседа
 
И звук паровозных гудков,
 
За привычный вкус мяса,
 
За свежесть весенних дней,
 
За женщин наших, вскормивших
 
По девять и десять детей!
 
 
 
За детей, за девять и десять (встать!),
 
За цену прожитых лет!
 
Если что-то мы бережем, мы и поем о том,
 
Если чем-то мы дорожим, мы и стоим на том:
 
Два удара — на каждый в ответ!
 
 
 
За рифы, и водовороты,
 
И дым грузовых кораблей,
 
За солнце (но не замучай!),
 
За ливень (но не залей!),
 
 
 
За борозды в милю длиною,
 
За зиму в полгода длиной,
 
За важных озерных чаек,
 
За влажный ветер морской,
 
За пастбище молний и грома,
 
За его голубую высь,
 
За добрые наши надежды
 
И Доброй Надежды мыс,
 
За безбрежные волны прерий,
 
За безбрежные прерии вод,
 
За империю всех империй,
 
За карту, что вширь растет.
 
 
 
За наших кормилиц-язычниц,
 
За язык младенческих дней
 
(Их речь была нашей речью,
 
Пока мы не знали своей).
 
За прохладу открытой веранды,
 
За искры в морских волнах,
 
За пальмы при лунном свете,
 
За светляков в камышах,
 
За очаг Народа Народов,
 
За вспаханный океан,
 
За грозный алтарь Аббатства,
 
Связующий англичан,
 
За круговорот столетий,
 
За почин наш и наш успех,
 
За щедрую помощь слабым,
 
Дарящую силой всех!
 
 
 
Мы пили за королеву,
 
За отчий священный дом,
 
За братьев, живущих дома
 
(Бог даст, друг друга поймем).
 
До света — тосты и тосты
 
(Но звезды вот-вот зайдут),
 
Последний — и ноги на стол! —
 
За тех, кто родился тут!
 
 
 
Нас шестеро белых (встать!),
 
Над нами встает рассвет.
 
Если что-то мы бережем, мы и поем о том,
 
Если чем-то мы дорожим, мы и стоим на том:
 
Шесть ударов — на каждый в ответ!
 
 
 
Мы протянем трос от Оркнея до мыса Горн (взять!) —
 
Во веки веков и днесь
 
Это наша земля (и завяжем узел тугой),
 
Это наша земля (и захватим ее петлей),
 
Мы — те, кто родился здесь!
 
 
КОРОЛЕВА
 
 
«Романтика, прощай навек!
 
С резною костью ты ушла,—
 
Сказал пещерный человек,—
 
И бьет теперь кремнем стрела.
 
Бог плясок больше не в чести.
 
Увы, романтика! Прости!»
 
 
 
«Ушла! — вздыхал народ озер.—
 
Теперь мы жизнь влачим с трудом,
 
Она живет в пещерах гор,
 
Ей незнаком наш свайный дом,
 
Холмы, вы сон ее блюсти
 
Должны. Романтика, прости!»
 
 
 
И мрачно говорил солдат:
 
«Кто нынче битвы господин?
 
За нас сражается снаряд
 
Плюющих дымом кулеврин.
 
Удар никак не нанести!
 
Где честь? Романтика, прости!»
 
 
 
И говорил купец, брезглив:
 
«Я обошел моря кругом —
 
Все возвращается прилив,
 
И каждый ветер мне знаком.
 
Я знаю все, что ждет в пути
 
Мой бриг. Романтика, прости!»
 
 
 
И возмущался капитан:
 
«С углем исчезла красота;
 
Когда идем мы в океан,
 
Рассчитан каждый взмах винта.
 
Мы, как паром, из края в край
 
Идем. Романтика, прощай!»
 
 
 
И злился дачник, возмущен:
 
«Мы ловим поезд, чуть дыша.
 
Бывало, ездил почтальон,
 
Опаздывая, не спеша.
 
О, черт!» Романтика меж тем
 
Водила поезд девять-семь.
 
 
 
Послушен под рукой рычаг,
 
И смазаны золотники,
 
И будят насыпь и овраг
 
Ее тревожные свистки;
 
Вдоль доков, мельниц, рудника
 
Ведет умелая рука.
 
 
 
Так сеть свою она плела,
 
Где сердце — кровь и сердце — чад,
 
Каким-то чудом заперта
 
В мир, обернувшийся назад.
 
И пел певец ее двора:
 
«Ее мы видели вчера!»