Собрание стихотворений в 3томах. Том 1

  
ВСТРЕЧА
 
 
 
— Как сильно изменился ты! —
 
Воскликнул я. И друг опешил.
 
И стал печальней сироты…
 
Но я, смеясь, его утешил:
 
— Меняя прежние черты,
 
Меняя возраст, гнев и милость,
 
Не только я, не только ты,
 
А вся Россия изменилась!..
 
 
  
В ИЗБЕ
 
 
 
Стоит изба, дымя трубой,
 
Живет в избе старик рябой,
 
Живет за окнами с резьбой
 
Старуха, гордая собой,
 
И крепко, крепко в свой предел —
 
Вдали от всех вселенских дел —
 
Вросла избушка за бугром
 
Со всем семейством и добром!
 
И только сын заводит речь,
 
Что не желает дом стеречь,
 
И всё глядит за перевал,
 
Где он ни разу не бывал…
 
 
  
ГОСТЬ
 
 
 
Гость молчит,
 
                  и я — ни слова!
 
Только руки говорят.
 
По своим стаканам снова
 
Разливаем все подряд.
 
 
 
Красным,
 
             белым
 
                      и зеленым
 
Мы поддерживаем жизнь.
 
Взгляд блуждает по иконам,
 
Настроенье — хоть женись!
 
 
 
Я молчу, я слышу пенье,
 
И в прокуренной груди
 
Снова слышу я волненье:
 
Что же, что же впереди?
 
 
 
Как же так—
 
                   скажи на милость!
 
В наши годы, милый гость,
 
Все прошло и прокатилось,
 
Пролетело, пронеслось?
 
 
 
Красным,
 
             белым
 
                      и зеленым
 
Нагоняем сладкий бред…
 
Взгляд блуждает по иконам…
 
Неужели Бога нет?
 
 
  
ВОЛНУЕТСЯ ЮЖНОЕ МОРЕ
 
 
 
Волнуется южное море.
 
Склоняясь, шумят кипарисы.
 
Я видел усталость и горе
 
В глазах постаревшей актрисы.
 
 
 
Я видел, как ходят матросы
 
С тоскою в глазах на закате,
 
Когда задыхаются розы
 
В бредовом своем аромате.
 
 
 
А ночью под аспидным небом
 
В томительных сумерках юга
 
Груженные спиртом и хлебом
 
Суда окликают друг друга.
 
 
 
И я, увозимый баржою
 
Все дальше за южною кромкой,
 
Всему откликаюсь душою
 
Спокойно уже и негромко.
 
 
  
ЭЛЕГИЯ
 
 
 
Отложу свою скудную пищу.
 
И отправлюсь да вечный покой.
 
Пусть меня еще любят и ищут
 
Над моей одинокой рекой.
 
 
 
Пусть еще всевозможное благо
 
Обещают на той стороне.
 
Не купить мне избу над оврагом
 
И цветы не выращивать мне…
 
 
  
ЧТО ВСПОМНЮ Я?
 
 
 
Все движется к темному устью.
 
Когда я очнусь на краю,
 
Наверное, с резкою грустью
 
Я родину вспомню свою.
 
 
 
Что вспомню я? Черные бани
 
По склонам крутых берегов,
 
Как пели обозные сани
 
В безмолвии лунных снегов.
 
 
 
Как тихо суслоны пшеницы
 
В полях покидала заря,
 
И грустные, грустные птицы
 
Кричали в конце сентября.
 
 
 
И нехотя так на суслоны
 
Садились, клевали зерно,—
 
Что зерна? Усталым и сонным,
 
Им было уже все равно.
 
 
 
Я помню, как с дальнего моря
 
Матроса примчал грузовик,
 
Как в бане повесился с горя
 
Какой-то пропащий мужик.
 
 
 
Как звонко, терзая гармошку,
 
Гуляли под топот и свист,
 
Какую чудесную брошку
 
На кепке носил гармонист…
 
 
 
А сколько там было щемящих
 
Всех радостей, болей, чудес,
 
Лишь помнят зеленые чащи
 
Да темный еловый лес!
 
 
 
25 января 1969
 
  
* Село стоит *
 
 
 
Село стоит
 
На правом берегу,
 
А кладбище —
 
На левом берегу.
 
И самый грустный все же
 
И нелепый
 
Вот этот путь,
 
Венчающий борьбу,
 
И все на свете,—
 
С правого
 
На левый,
 
Среди цветов
 
В обыденном гробу…
 
 
  
ДЕВОЧКА ИГРАЕТ
 
 
 
Девочка на кладбище играет,
 
Где кусты лепечут, как в бреду.
 
Смех ее веселый разбирает,
 
Безмятежно девочка играет
 
В этом пышном радостном саду.
 
 
 
Не любуйся этим пышным садом!
 
Но прими душой, как благодать,
 
Что такую крошку видишь рядом,
 
Что под самым грустным нашим взглядом
 
Все равно ей весело играть!..
 
 
  
* Я люблю судьбу свою *
 
 
 
Я люблю судьбу свою,
 
Я бегу от помрачений!
 
Суну морду в полынью
 
И напьюсь,
 
Как зверь вечерний!
 
Сколько было здесь чудес,
 
На земле святой и древней,
 
Помнит только темный лес!
 
Он сегодня что-то дремлет.
 
От заснеженного льда
 
Я колени поднимаю,
 
Вижу поле, провода,
 
Все на свете понимаю!
 
Вон Есенин —
 
                      на ветру!
 
Блок стоит чуть-чуть в тумане.
 
Словно лишний на пиру
 
Скромно Хлебников шаманит.
 
Неужели и они —
 
Просто горестные тени?
 
И не светят им огни
 
Новых русских деревенек?
 
Неужели
 
            в свой черед
 
Надо мною смерть нависнет,—
 
Голова, как спелый плод,
 
Отлетит от веток жизни?
 
Все умрем. Но есть резон
 
В том, что ты рожден поэтом.
 
А другой — жнецом рожден…
 
Все уйдем. Но суть не в этом…