Ремонт электронов
- Гм...
Палец Тарта нерешительно замер на кнопке.
- Подождите! - воскликнул Сухов. - Один последний вопрос. Как выглядят эти самые треклятые кредиты?
- Не знаю.
- Что-о? Вы не знаете, как выглядят...
- Откуда? Кто может заранее знать, каким окажется ответное кому-то добро?
- Так, значит, ваши кредиты - это...
- Ну да. Помощь чужому и постороннему. Услуга. Дружеская поддержка. Сострадание и сочувствие. Любая форма добра. На этом стоит мир. Кстати, забыл вас предупредить: с вас уже только семнадцать кредитов. Те ваши речи, которые мы приняли за желание нас повеселить, доставили нам несколько приятных минут, и...
У Сухова запылало лицо.
- Но вы же автоматы! - вскричал он, цепляясь за соломинку. - Ваше удовольствие...
- А разве у нас нет разумных потребностей? - с обидой произнес Голос. И разве мораль не одна для всех?
Сухов схватился за щеку. Уж лучше бы оплеуху!.. Вид Тарта был не менее жалок.
- А кто... - Слова дались Сухову с великим трудом. - А кто определяет размер... э... кредитов, кто контролирует их уплату?
- Совесть, конечно. Кто же еще?
Тарт и Сухов отважились посмотреть друг на друга, когда меж ними и надписью "Ремонт электронов" остался миллиард-другой километров, а огненные слова, видимо за ненадобностью, погасли. Или где-нибудь зажглись, на каком-нибудь другом, неведомом языке.
- А ведь они правы по всем статьям, - мрачно проронил Сухов. - Кто не платит за добро добром, тот действительно перестает существовать как разумная личность. Это и в самом деле закон.
- Да, - столь же угрюмо откликнулся Тарт. - Но знаешь, мы, кажется, снова влипли.
- Это еще почему?
- Мы превратились в неоплатных должников. Они же для нас такое сделали! Всей нашей жизни не хватит, чтобы расплатиться. И нас, боюсь, замучает совесть.
- Гм... - сказал Сухов. - Нет. Технические услуги они дешево ценят. Вспомни: несколько минут хорошего настроения - и для кого? - один кредит. Кроме того...
- Да?
- Всю жизнь чувствовать себя неоплатным должником, вечно терзаться угрызениями совести - что может быть хуже? Нет, они не могли поступить столь жестоко.
Тарт в сомнении покачал головой.
- Так-то оно так, - проговорил он тихо. - А сколько мы взыщем с самих себя за глупое, недостойное там, у них, поведение?..