Весенние лужи

Но в абсолютной канцелярии сдох бы самый выносливый щитень. И в хаосе случайностей он тоже не выжил бы. Не возник бы даже! Как и все остальное, он мог возникнуть лишь в творящем мире. В творящем, а значит, творческом! 
Как странно: говоря о природе, мы прилагаем к ней такие понятия, как "движение" и "развитие". И лишь обращаясь к себе, мы добавляем слово "творчество". А ведь мы лишь ее подражатели и пока еще неумелые последователи! Мы сами существуем лишь потому, что кроме случайностей и закономерностей, синтеза и распадов, всяких геометрий и физик мирозданию присуще творческое поведение. Да-да, созидание нового, небывалого, столь же краеугольного в природе, как температура и время, тяготение и пространство, энергия и размерность. Иначе как бы из простенькой первоплазмы Большого Взрыва возникло все необозримое великолепие мира звезды и алмазы, ветры и океаны, березы и ландыши, люди и щитни? 
Мы не видим вокруг себя чудес, потому что мир полнится ими. 
Кстати! Где машиноподобие и канцеляризм, там мерность и скука, а где творчество, там, кроме серьеза, - озорство и игра. От творящего мироздания можно и щелчок по носу получить, как мы его получили. 
Важно не это. Будучи учениками и продолжателями творческих сил природы, мы оказываемся на острие копья, которое пронизывает все миллиардолетия Вселенной! И по этой причине будущее, я так полагаю, принадлежит все-таки нам, а не щитню. 
Хотя, с другой стороны, именно творящий мир многовариантен, и в нем легко сделать ошибочный шаг.