Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека
Калли замолчал, и Рун снова ничего не ответил. Взгляды младших Братьев адмирала были устремлены на высокую фигуру, сидевшую в центре триады; Братья тоже хранили молчание. Калли быстро нащупал на столе коммуникатор, нажал кнопку; послышался гудок вызова.
— Найдите мне Пита Хайда, — тихо сказал О’Рурк по-английски, — он где-то рядом с залом Совета…
— Калли? — голос Пита был слышен только О’Рурку; в коммуникаторе использовался направленный сонический луч. — Я в холле. Возле поворота в коридор.
— Пит! — Каллихэн заговорил быстро, сливая слова, чтобы адмирал и его братья не уловили смысла — вся триада пристально смотрела на лидера землян, словно пыталась прочесть его мысли. — Где принцы? Ты их потерял?
— Черта с два! — пропел голос Пита. — Я с ним здесь уже полчаса торчу.
О’Рурк медленно, с облегчением вздохнул.
— Пора, Пит! Приведи их сюда, сейчас же!
— Хорошо… Я только и ждал твоего…
— Скорее, Пит!
— Понял.
Секунду спустя Каллихэн увидел в дверном проеме — двери были приоткрыты, — как по ковровой дорожке коридора к залу приближаются Пит, Листром и трое Наследников молдогского Трона. Они вошли — и принцы увидели Руна и его Братьев.
Наследники тут же вознамерились со всех ног броситься к адмиралу, но Пит и Листром удержали их за руки.
— Дядя Рун! — тоненьким голоском крикнул Хиркер, пытаясь выкрутиться из мощной лапы Листрома. — Это я (личность), Хиркер! Мягколицые не разрешали мне к тебе (личности) прийти!
Рун стремительно обернулся, его Братья тоже. Через мгновенье все трое были уже на ногах. Калли, Алия и Вил тоже поднялись.
— Отпусти их! — приказал О’Рурк Листрому по-английски, и трое Наследников помчались к возвышению, где стоял стол переговоров. У края они остановились, Хиркер — в центре, как и положено. Он направил обвиняющий палец на Калли.
— Дядя Рун! Вот эти мягколицые, которых ты (личность) видишь сейчас, похитили нас (триаду)… И вот этот не разрешил нам совершить Достойное действо! Поэтому мы (триада) до сих пор живы!
Рун шевельнулся — как-то неловко, однако, не успел и рта раскрыть, как самый младший из принцев, Отга, пропищал:
— Дядя Рун! Отведи меня (личность) на корабль мягколицых, чтобы мне разрешили посмотреть рубку управления! Даже Самым Достойным Правильность не позволяет входить в рубку мягколицых без Ответственного Компетентного лица из его семьи!
Рун взглянул на малыша — Отга тут же застыдился, сделал шаг назад и занял положенное ему место в шеренге триады. Потом Рун медленно перевел взгляд на Хиркера, который все еще указывал пальцем на Калли. Рука Хиркера медленно опустилась.
— Мой Крайне Достойный Племянник, — веско сказал Рун, — к указанному лицу Недостойно обращаться таким образом. Ибо теперь он (личность) зовется Кал’хэн Орак У’н, вместе со своими Братьями он возглавляет семью, септ и клан, предводительствующие мягколицыми людьми. И в грядущие годы тебе (личности) предстоит вести с ним (личностью) переговоры, касающиеся отношений двух народов — молдогов и людей — когда ты (личность) сядешь на место дяди Барти и его Братьев. Высокое положение означает высокую ответственность, и ты (личность) был не совсем Достоин в отношении кузена У’на!
Юный принц посмотрел на адмирала Руна, потом — виновато — на Калли.
— Я (личность) очень сожалею, — пробормотал он. — Простит ли меня (личность) мой Крайне Достойный кузен — в надежде, что я (личность) отныне буду более Достоин в отношениях с ним? Я еще очень мал, — добавил Хиркер, и в голосе его послышалась неожиданная уверенность, — но я (личность) расту и учусь. Очень, очень быстро!
