Восхитительная Вильфа (The Magnificent Wilf)

— Благодарствую, — радостно откликнулся опринкианин. — Так вот, на том обыцном целовецеском языке, на котором вы привыкли беседовать с Томом, представитель Ваврии говорит вам следуюсее. — В голосе господина Реджиллы появились торжественные нотки:
— Тебе, о восхитительная и великолепная Люси, о которой вздыхают ветра тысяц и тысяц планет, для которой радостно вздымаются и сверкают волны тысяц и тысяц океанов, кого восхваляют и благодарят бессцетные мнозества сусеств, о великолепная, цудесная Люси, равная тем представителям твоего народа, которых превысе всех восхваляли и превозносили твои соотецественники, кто обретал наивыссие награды и поцести, кто был знаменит и возвысен превысе других людей. Тебе, о великолепная Люси, мы зелаем присвоить имя «Первого Сусества Галактики» и вруцить регалию, которая соответствует этому высоценному званию.
Советник-вавриец замер. Люси открыла было рот, дабы дать достойный ответ на эти восхваления. Но вероятно, то была всего лишь торжественная пауза. Ветви елкоподобного советника закачались вновь.
— Мы даруем тебе эту регалию, — продолжил перевод господин Реджилла, — в знак глубоцайсей признавательности ото всех зителей Галактики, которую ты спасла… Господин Редзилла, не будете ли вы так добры… — Он запнулся. — Конецно, — сказал он смущенно, — последние слова адресованы мне.
Он протянул руку и сорвал ткань с того, что лежало на подносе.
Перед глазами Люси предстала удивительной красоты и изящества корона — обруч из переплетенных полос золота и серебра, спереди обруча была прикреплена перевернутая миниатюрная пирамидальная горка. Корона пестрела драгоценными камнями, свет которых создавал гало всех цветов радуги.
Господин Реджилла торжественно поднял корону и поднес ее к голове Люси.
— Если вы позволите… — проговорил опринкианин. Люси услышала вверху хор тоненьких голосов, подняла глаза и увидела, что крошечные звездочки, снующие вокруг ее прически, образовали круг: они явно ждали, когда корона опустится на голову, а им тогда, можно будет уйти.
— О, спасибо, — торопливо проговорила Люси. Как только стало понятно, что Люси собирается говорить, господин Реджилла немного приподнял корону и дал понять, что будет ждать до тех пор, пока Люси не выскажется. — Это чудесный подарок, — смущенно продолжала Люси. — Я никогда и не мечтала о таком, и я просто не в силах найти слова, которыми можно было бы выразить мою благодарность. Но мне кажется, что я не смогу принять ни корону, ни то звание, которое вы хотите мне присвоить. Мне достаточно ваших слов, а подарок и звание пусть остаются у вас, чтобы вы вспоминали потом о случившемся… — Люси запнулась, обернулась к Тому и прошипела:
— Том, может, ты перестанешь дергать меня?!
— Но, Люси, — еле слышно проговорил Том. — Нельзя отказываться! Ты не только все это заслужила, ты их всех разочаруешь, огорчишь! Ты подумай…
Люси осторожно оглянулась. Господин Реджилла и расположившиеся неподалеку советники вежливо отвели взгляды, дабы дать понять, что их не касается личная беседа Люси и Тома.
— Да как ты не понимаешь. Том? — обрушилась на мужа Люси. — Я не могу! При том, что про нас сейчас думают на Земле! Они там что думают — что мы себе вьем гнездышко за их счет, что нам на них на всех наплевать! Может, когда мы с тобой умрем, мнение о нас и изменится, но ты представь, как нас примут, если я явлюсь на Землю, щеголяя в этой короне и со званием Первого Существа Галактики! Я не должна этого принимать!
— О! — воскликнул Том. — Ну… Господин Реджилла тактично кашлянул. Люси быстро обернулась к нему.
— Проссайте меня, — сказал опринкианин. — Я ницего не мог поделать. Я… как это вы говорите… подслусал некоторые из тех слов, Люси, цто вы сказали Тому. Я не думаю, цто вам стоит делать такие поспесаюсие выводы. Могу ли я показать вам кое-цто такое для нацала, презде цем вы поресите официально отказаться от короны и звания?
— Что же именно? — напряженно проговорила Люси.
— Если вы не отказетесь взглянуть… посмотрите в первые ряды собравсейся оравы. Я вам немнозко буду помогать, цтобы вы луцсе разглядывали.
Люси и Том — поскольку Том слышал все, что прошептал Люси господин Реджилла, — развернулись к собравшейся на площади многотысячной толпе. Воздух создал что-то вроде увеличивающего эффекта, сформировал круг диаметром около четырех футов. Взгляды Пэрентов устремились к транспаранту, на котором четко по-английски было написано следующее:
ТОМ И ЛЮСИ. ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ ДОМОЙ! ЗЕМЛЯ ЛЮБИТ ВАС!
Древко транспаранта с одной стороны держал не кто иной, как улыбающийся до ушей Домэнго Аскизи, а с другой — Альберт Майлз, который тоже изо всех сил старался сердечно улыбаться. В свободной руке Майлз держал пачку газет. С помощью увеличения Том и Люси сумели разглядеть заголовки на страницах некоторых из них:
НАШИ ГЕРОИ, ЛЮСИ И ТОМ!
И ниже, чуть поскромнее:
Земля готовит им триумфальную встречу
— Земля узнала о васей победе от насих экспертов, — пояснил господин Реджилла. — Позалуй, надо есе подбавить увелицения…
Телескопический эффект усилился, и стало видно, что лоб Майлза покрыт капельками испарины, а по лицу Домэнго бегут слезы. И вдруг откуда ни возьмись возникло крошечное насекомое, до боли похожее на самого настоящего земного паука. Он быстренько добрался от нижнего края транспаранта до верхнего, потом вернулся к самой середине, и тут Тому показалось — правда, он решил, что это игра воображения, — что паук поднял вверх две передние лапки и сжал их точно так, как это делает на ринге боксер, которого рефери объявил победителем.
Одна из газет покачнулась в слегка дрожащей руке Майлза, и Люси смогла прочесть последние слова еще одного заголовка:
«…для нас».
— Хорошо! — негромко проговорила Люси. Ее охватила несказанная радость. Она обернулась к господину Реджилле. — Я подумала, сказала она. — и решила, что буду очень счастлива принять от вас эту чудесную корону и звание, которое вы решили мне присвоить, от имени всех землян, от имени Тома и Рекса, без которых мне ни за что бы не стоять здесь и не получить этих великолепных наград.
И тогда к небесам Кайяно взлетели крики множеств и множеств существ, а Рекс, радостно заскуливший от волнения, принялся подпрыгивать выше хозяев и весело лаять.
— Где горы! — телепатически лаял он, паря в воздухе. — Где эти горы! Убивать горы! Убивать! Убивать!
— Рекс! — сердито приструнил пса Том. Рекс перестал лаять, прекратил телепатировать, опустился и покорно улегся на ковер у ног Тома.
Советники оправились от шока и продолжили торжественное вручение наград Люси.
— И когда это Рекс выучился летать? — шепотом спросил Том у господина Реджиллы. Но господин Реджилла смотрел в другую сторону и хранил торжественное молчание.