Звездный скиталец

Характеристика основных идейно-тематических мотивов романа относится преимущественно к его замыслу. Но она вполне приложима к реализации этого замысла: Н. Гацунаеву хватило опыта и мастерства для воплощения стратегического плана, требующего большой творческой энергии и неиссякаемой фантазии. И, кстати, трудно сказать, в какой ипостаси автор "Звездного скитальца" сильнее - как фантаст, как исторический романист или как лирик. Пишет он легко, воодушевленно, и повествование у него ладится. 
Вместе с тем при всей новизне своих красок роман в достаточной мере традиционен, он развивает характерную для научной фантастики последних десятилетий коллизию, размышляя над проблемай необратимости человеческого деяния и исторического процесса, проблемы ответственности каждою за судьбы других и даже за счастье грядущих поколений. 
Сын учителя и сам педагог по образованию, Николай Гацунаев родился и вырос в Хиве и после окончания вуза снова вернулся в Хорезмскую область. Был сельским учителем, преподавал в педагогическом институте, около десяти лет отдал журналистике, работая в областной газете и телевидении. Отсюда его великолепное знание узбекского языка, истории, культуры, быта, обычаев и традиций хорезмийцев, отсюда и его любовь к этому своеобразному краю, к его людям, любовь, которой согреты все его книги, начиная с поэтических сборников "Правота", "Алые облака", "Дэв-кала", "Город детства" и кончая повестями "Серая кошка в номере на четыре персоны", "Не оброни яблоко" и "Эхо далекой грозы". Этой любовью высвечены и лучшие страницы романа "Звездный скиталец". 
Хотя машине времени вроде бы под силу любой маршрут, есть дистанция, на которой она отказывает, это-индивидуальная жизнь фантаста. Н. Гацунаеву недавно исполнилось пятьдесят, причем сие произошло само собой - не по рецептам Г. Уэллса или А. Азимова. А за то, что он пришел к своему юбилею автором талантливых произведений, что более, чем половина из этих пятидесяти лет была заполнена успешным литературным трудом, ответственны самобытное дарование, беспокойный творческий характер Н. Гацунаева и простое перо, даже не пишущая машинка. Думается, что точно так же, сами по себе, без машин времени его произведения прочно войдут в сердца читателей и останутся в них на многие, многие годы. 
А. Вулис