Беспределье-I. Матрица постапокалипсиса
Из дальнейших объяснений Лефиделя Аарон понял, что бабе, которая представилась пацаненку необычным именем Вуйня, достались 3 тристограммовых пузырька с медицинским спиртом. Учитывая, что очнулась она возле ручья, можно считать, что для неё Беспределье оказалось раем. Пусть и кратковременным.
Не просыхала она с момента появления в Беспределье. Пока другие сбивались в группы, отважно шли на поиски еды, воды и крыши над головой, сражались, осваивали поселки, учились и развивались она банально пила спиртягу, вырубалась, очухивалась, пила воду и снова пьянела, от того, что осевший в организме спирт, вступая в контакт с водой, снова лихо несся по крови, отравляя цифровой мозг и нервную систему, а Вуйню отправляя в очередное забытье. Так и продолжалось до того момента, пока окончательно не кончился спирт. А закончился он к концу второго дня пребывания бабы в Беспределье.
Лефидель всё это время был с бабой. Почему-то рядом с проспиртованным чмом, успевшим искупаться в собственной блевотине и изваляться в грязи, ему казалось безопаснее, чем где-нибудь в сухом и чистом месте. Воистину человек стадное животное, предпочитающее честное одиночество обществу уродских соплеменников. Потому что страшно встретиться с вызовами судьбы один на один, хочется спрятаться от них в толпе, чтобы если прилетит, то пуст не мне, а этому, рыжему! Впрочем, в решении Лефиделя проскальзывал и рациональный мотив – неповоротливая тетка вполне смогла сыграть роль "живого щита" и отвлекающей жертвы при атаке мобов. Вроде как сагрить на себя нападающих.
На третий день, справедливо посчитав бабу инвалидом, Лефидель забрал её мешок, в котором, помимо консервов, была сетка с репчатым луком, коробка цветных карандашей и чугунная сковородка. Немалое, по меркам Беспределья, богатство. Вооружившись сковородой, Лефидель потянул бабу за собой в дальнейшее путешествие вдоль ручья. Та икала, мычала, но идти шла, хотя периодически падала, а поднять её вновь была та ещё задача.
Ручей вдоль которого шли путешественники впадал в озеро, которое было недалеко от поселка. Заметив густой столб дыма Лефидель тут же догадался, что люди рядом и плюнув на ручей, потащился с Вуйнёй к сигнальному костру, где и был встречен Арсением с, помогавшими ему в оборудовании некоего подобия блокопоста, "дьяволами. А тот уже сбегал за Аароном.
Вуйня громко и отвратительно рыгнула и уставившись на Аарона бессмысленными зенками просипела.
- Бухнуть есть чё? Башка с утра трещит. Нажралась вчера от души. Хреново-то как. Умру блять сейчас. Помогите, а? Хоть сто грамм налейте.
Аарон невольно скривился. Задумав идею с сигнальным костром, он ожидал кого угодно – немощных пенсионеров, офисный мусор, креативных "неумех" типа Рэйбана, да кого угодно, но только не такое чудо. Да уж, у Беспределья свои приколы.
Странное имя "Вуйня" объяснялось очень просто. В Беспределье она попала уже бухой. Ничего не соображающая пьяница, увидев сообщение интерфейса о необходимости выбора имени пыталась в очередной раз сказать "Вот хуйня", но фраза целиком у неё не получилась, вышло только Вуйня. Желая быстро получить стартовый пакет, над редактирование собственного наименования она заморачиваться не стала, оставив всё как есть и очень в итоге была довольна, что не тупила, поскольку получила почти литр чистого спирта.
Глядя на неотретушированную Беспредельем пропитую, ещё не старую физиономию Вуйни, Аарон напряженно размышлял. В социалистическом обществе, которое господствовало в странах Западной Европы и США до "реконфигурации", когда обосравшиеся за собственные задницы после многочисленных "исламистских" терактов обыватели дружно приветствовали установление авторитарных фашистских режимов, царило всеобщее равенство и братство. Под этим подразумевалось, что все члены общества должны получать жирный пакет социальной помощи. В любом случае.
Толпы безработных бездельников, беженцев, алкоголиков, банкротов, наркоманов, чиновников, неудачников, паразитов и тунеядцев всех мастей аппетитно кормились через бюджет, получали субсидии, пособия, дотации, льготы, безвозвратные ссуды и прочий вэлфер. Общество готово было кормить всех, вкусно, сытно и безвозмездно.
Аарон подумал, что спившуюся к чертям собачьим дрянь можно было социально реабилитировать: прокапать организм, "закодировать", провести длительную медикаментозную процедуру для восстановления организма, обеспечить общение с психологом, специальные тренинги, которые будут учить брать на себя ответственность за свою жизнь и принимать самостоятельные решения, бесплатную одежду, кормежку, комнату и доступ в интернет.
К сожалению, была проблема. Не было того, кто бы за всё это платил. Не было общества, которое в виде налогов, разных поборов и коллективного давления отбирало ресурсы у сильных, удачливых или просто умеющих делать деньги личностей для того, чтобы перераспределить их в пользу "сирых и убогих". А для того, чтобы тащить столь тяжкий крест на своей спине добровольно, у Аарона мозги ещё не были в достаточной мере засраны всякой ванильной, сопливо-слюнявой псевдогуманистической шизой. Беспределье быстро учили адекватно воспринимать реальность и адаптироваться к ней.
Пьяницу можно было выгнать или даже обнулить. Никто бы ему и слова не сказал. В последнем случае после серии перезагрузок Вунья возможно даже и сумела бы приспособиться к жизни в Беспределье. Хотя в это не особо и верилось. Или прибилась бы к какой-нибудь бродячей людской стае, где её заставили бы делать самую тяжелую работу и это со временем, возможно, протрезвило и прочистило бы её мозги. В конце концов много хороших, достойных и что-то умеющих в жизни людей сейчас слонялись по Беспределью без надежды оказаться за пока ещё не сделанными стенами форта и влиться в их славный и дружный коллектив.
Но Аарон слишком уж нацелился на сохранение и приумножение людских ресурсов, к тому же считал, что с паршивой овцы хоть шерсти клок. Вунье, как всерьез отступившей от принципов здорового человеческого развития, неплохо было бы дать, как и Рэйбану, шанс через тяжкий труд вернуть себе человеческий облик. Ведь предположил же один из отцов-основателей научного коммунизма, что труд сделал из обезьяны человека, почему же не предположить, что и из алкоголички он не сделает тоже самое?
- Возьми веревку, кол покрепче, воды и веди это чудо на южный пост. – приказал Аарон Арсению. – Отойдешь метров на 50 от поста, вбей кол покрепче, да поглубже и привяжешь её за ногу. Левую. Узел вяжи поизощрённее, отвязывать в ближайший месяц точно не будем. Водичку оставишь, только немного, а выпьет всё за раз, замучаемся доливать. Пусть учится экономить.
- Всё понял, командир. Одного только не понял, накой она там нужна? – Арсений потер пятерней затылок. – Наживка что ли для тварей?
- Зачем наживка? Самая что ни на есть матерая сторожевая алкоголичка. На северном посту у нас что? У нас тут сигнальный костер. А на южном что? А на южном нет нихера. Костер там палить ресурсом не хватит, да и два дыма всё-таки – это чересчур. Вот я и придумал, пусть эта Вуйня у нас там топчется, да криками «дайте бухнуть, сволочи» информирует всех в округе, что здесь люди обитают. Жёсткие, но справедливые. Или даже вот что, объяснишь ей как немного в себя придет, чтобы кричала «Идите сюда! Вас ждёт еда, защита и теплый кров», а за каждого привлеченного человека какую-нибудь премию её давать будем.
- Бухло что ли?
- Может и бухло, если найдется таковое.
- А привязывать зачем? Чтобы не убегла?
- Эта не убежит. Такие всегда к людям жмутся, трутся возле людей. Привязать нужно затем, чтобы она форту не колобродила. Сейчас дисциплины у неё никакой, начнет под ногами путаться, пришибем же ненароком. Пусть уж пока на привязи посидит, переломается.
- Ааа, ну тогда ясно. Будет сделано в лучшем виде.
- Да и мальчишку с собой возьми, забросите по пути продукты со сковородкой на кухню, а потом пристроишь его к какому-нибудь делу. Дел у нас сейчас много.