Дьявольские наслаждения
Она выглянула из-под одеяла и, в свою очередь, спросила:
– А тебя?
Он прижался к ней, положив руку ей на бедро. Ему нравилось спать, обнимая Эмму, словно он охранял ее своим телом.
– О чем ты?
– Я про последнее желание твоего отца, – с тревогой ответила она. – Это что-то секретное, и ты дал слово молчать?
– Нет.
Он потерся подбородком о ее щеку. Тело Эммы звало к себе, позвоночник изгибался под его ладонью, кожа была нежная, как сливки. Она ждала. И он тоже ждал с улыбкой на губах.
Казалось, что он ждал этого момента с того дня, как убежал из Скарфилда.
Сейчас он стал сильнее, а его единственная слабость – это женщина, которую он обнимает.
Вдруг эта женщина отстранилась от него и твердым голосом произнесла:
– Ты собираешься лежать и улыбаться всю ночь или дашь мне ответ?
– Он хочет, чтобы мы подарили ему внука до того, как он умрет. Он такой упрямый, что не оставит нас в покое, пока мы не выполним его просьбу.
– Понятно, – задумчиво сказала Эмма. – И что ты ему ответил?
Эйдриан прокашлялся.
– Я заверил его, что мы со своей стороны не уклоняемся от выполнения святого долга герцога.
– Неужели ты его в этом заверил? – со смехом в голосе прошептала Эмма.
– Да, но подробности я ему, конечно, не сообщил. Она провела рукой по его гибкой, мускулистой спине.
– Герцог всегда выполняет свои обещания.
Он завладел ее ртом.
– Я всего лишь сын герцога. Ты предлагаешь, чтобы мы не теряли времени даром, пока я не стал герцогом?
Он не успел и глазом моргнуть, как она оказалась лежащей на нем.
– Практика, – заявила она с насмешливой улыбкой. – Много часов практики… нет, дней и ночей старания и усердия.
– Моя прилежная жена, – пробормотал он. Бедра у него приподнялись, и она едва не упала, но его крепкие руки удержали ее.
Она медленно опускалась на него, ощущая, как его плоть разрастается в ней.
– Эйдриан…
Таким образом, будущие герцог и герцогиня Скарфилд приступили к выполнению самой важной из своих обязанностей. Эйдриан заявил, что надо упорно практиковаться, чтобы получить хороший результат, и что эти занятия должны быть достаточно долгими. Он также сослался на слова жены о том, что от мелочей и деталей зависит очень многое.
Маленькому наследному герцогу нужны для компании братья и сестры, а Эмма так любила заботиться о других. Эйдриан был благодарен защищающим ее братьям, которые сберегли Эмму для него, пока он не нашел ее, а она не нашла его.
Она наклонилась вперед, и розовые кончики сосков защекотали ему грудь. Она целовала его – как сладостны ее поцелуи! – а он все глубже погружался в нее.
– Если это долг… – он закрыл глаза и застонал, – то я готов умереть, исполняя его.
Она выпрямила спину, ее прекрасное тело трепетало от наслаждения.
– Я люблю тебя, – сказала она. – И я буду любить наших детей…
– Я люблю тебя, Эмма. – Он сцепил руки у нее на бедрах и достиг пика восторга.
Кого они смогут зачать? Сына. Дочь. Что сейчас управляет ими: долг или желание? Ему не важно, лишь бы его утонченный диктатор – любимая жена управляла всеми ими.
Через минуту их сомкнутые тела смогли разъединиться.
– В конце концов, – прошептала Эмма, – все кончается семьей. А ты породнился с одной из самых…
– …верных и любящих семей в Англии? – закончил за нее Эйдриан.
Она улыбнулась:
– Я вообще-то собиралась сказать – порочных. Он смотрел на нее, и в его глазах было столько любви, что казалось, она сейчас выплеснется наружу.
– В таком случае боюсь, что ожидать благопристойности от следующего поколения будет трудно.
– Думаю, мы с этим справимся, – с довольной улыбкой ответила Эмма.
Он засмеялся:
– Я справлюсь с чем угодно, лишь бы у меня была ты.