Пробуждение

Он не посмел проводить ее к ней и оставил ее, обезумевшую и изнемогавшую, у дверей.
Господин Поль Перонель ждал ее в маленькой неосвещенной гостиной.
Дотронувшись до ее руки, он почувствовал, что ее сжигала лихорадка. Он заговорил вполголоса, нежно и любезно, баюкая эту истомленную душу прелестью любовных признаний. Она слушала его в какой-то галлюцинации, не отвечая, мечтая о том, другом, думая, что слышит другого, представляла себе, что это он близ нее. Она видела лишь его, помнила, что на свете существует только он один, и когда ее слух затрепетал при этих трех словах: «Я люблю вас», – то их говорил и целовал ее пальцы тот другой. Это он сжимал ее грудь, как только что в карете, это он осыпал ее губы победными поцелуями, это его она обнимала, стискивала, призывала всем порывом своего сердца, всем неистовым пылом своего тела.
Когда она пробудилась от этого сна, у нее вырвался ужасный крик.
«Капитан Фракас», стоя на коленях перед нею, страстно благодарил ее, покрывая поцелуями ее распустившиеся волосы. Она закричала:
– Уходите, уходите, уходите!
И так как он не понимал и пытался снова обнять ее талию, она вырвалась, лепеча:
– Вы низкий человек, я вас ненавижу, вы меня обокрали, уходите!
Он встал, ошеломленный, взял шляпу и вышел.
На другой день она вернулась в долину Сирэ. Изумленный муж упрекнул ее в упрямстве.
– Я не могла дольше жить вдали от тебя, – сказала она.
Он нашел, что она изменилась, стала более печальной, чем прежде, и спросил:
– Что с тобою? У тебя несчастный вид. Чего бы тебе хотелось?
Она ответила:
– Ничего. В жизни хороши только сны.
«Верный барашек» приехал навестить ее на следующее лето.
Она встретила его без волнения и без сожаления, поняв вдруг, что никогда его не любила, кроме одного мига во сне, от которого ее так грубо пробудил Поль Перонель.
А молодой человек, по-прежнему продолжавший обожать ее, думал, возвращаясь домой: «Женщины – поистине причудливые, сложные и необъяснимые существа».