Teach me (СИ)

В первую очередь надо было убедиться, что она попала в нужную комнату и Рей огляделась. Стол стоял совсем рядом с окном, так, что сидящий за ним был обращен спиной к свету и лицом к двери, ведущей в приемную. Слева от стола во всю стену стоял книжный стеллаж, сверху донизу заполненный различными книгами, на одной из полок стояли спортивные награды. Справа же стена была увешана картинами, изображающими, в основном, пейзажи, и диплом в красивой рамке, в котором говорилось, что Кайло Рен получил степень доктора наук. Да, она попала по адресу и девушка принялась за дело.
***
…Из-за шума собственного сердца она не услышала, как ключ повернулся и дверь открылась. В кабинет кто-то вошел, но Рей все также продолжала свои поиски, уже добравшись до нижнего ящика, присев на корточки. Дверь закрылась с тихим щелчком, который она на сей раз услышала. Вздрогнув, она быстро перевела взгляд от ящика чуть перед собой, и сразу увидела длинные ноги в темных джинсах и черных дорогих туфлях со шнурками.
С её нынешнего положения стол не давал возможности видеть что-либо выше линии ремня, но для нее уже и так было понятно, кто сейчас стоит перед ней.
Сердце пропустило несколько панических ударов, а потом куда-то упало, предположительно, в пятки, кровь отхлынула от лица, а глаза застелило пеленой. Рей перестала дышать.
Фигура не двигалась.
Должно быть, заметил меня, — догадалась Рей. В кабинете повисла гнетущая тишина, Рей была готова поклясться, что она слышит тиканье его наручных часов.
Рей думала, что прошла вечность, потому что перед ее глазами вспыхнула вся ее жизнь в виде самых ярких воспоминаний, в груди больно защемило и она почувствовала, что ей не хватает воздуха, в глазах начало темнеть. Она шумно выдохнула, разрывая тишину и одним резким движением встала в свой невысокий рост, полностью открывая себя своему «палачу».
Чувствуя, что он смотрит на нее, ее щеки залились предательским румянцем, она не смела поднять глаза. Она бы так и продолжала гипнотизировать край стола, на который смотрела, если бы до боли знакомый глубокий голос не вывел ее из оцепенения, заставив поднять глаза и посмотреть прямо на него:
— Мисс Ниима?
Мужчина смотрел на нее, в недоумении нахмурив брови. В руках он держал несколько папок, а через его плечо был перекинут рюкзак. Язык Рей присох к нёбу, ее самые страшные опасения сбылись: он поймал ее с поличным, копающуюся в его столе.
Он повернул замок, закрывая дверь изнутри, и медленно двинулся к ней навстречу, чеканя слова:
— Что-ты-здесь-делаешь? — Глаза мужчины сверкнули уже знакомым девушке гневом.
В два счёта он оказался около противоположного конца стола, нависая над ней горой, готовый излить на девушку свой гнев точно лаву. Она невольно опустилась на его кресло.
Он бросил все свои папки на стол перед Рей, отчего она вздрогнула, а его рюкзак полетел на пол.
Мужчина уперся костяшками пальцев в дерево, приближая свое лицо, и спросил с ехидной усмешкой:
— Удобно?
На секунду у девушки мелькнула мысль выброситься в окно. С такой высоты она возможно сломает себе шею или позвоночник. Эта перспектива казалась соблазнительной, потому что сейчас взгляд профессора ее откровенно пугал, она нервно сглотнула.
— Что ты искала здесь? — Задал вопрос мужчина, сверля ее взглядом.
Рей впала в состояние, которое психиатры называют кататоническим, она не могла пошевелиться и отвести взгляд от его угольных глаз.
Мужчина с ловкостью обошел стол, оказываясь совсем близко к ней, и силой вздернул ее с кресла, встряхивая.
— Отвечай мне! — прошипел он в самые ее губы, — Кто послал тебя шпионить за мной?
Эта встряска подействовала, Рей пришла в себя, почувствовав, как огромные руки больно стискивают ее плечи. При желании мужчина мог сломать ее пополам, от этого осознания ее губы задрожали, а все ее тело наполнилось животным страхом.
— Н-н-никто, — заикаясь вымолвила она, — я не шпионила за вами, к-клянусь.
— Лжешь, — проговорил мужчина почти шепотом. Он сделал шаг в сторону девушки, все так же крепко держа за плечи, заставляя ее пятиться в сторону книжного стеллажа подальше от окна. Только когда она почувствовала своими лопатками книжную полку, он отпустил ее, не разрывая расстояния между ними.
— Итак, — начал мужчина уже ровно, — у нас есть два варианта, — с этими словами он чуть отстранился от Рей, проводя рукой по своей черной гриве.
— Первый: ты мне рассказываешь, кто тебя послал шпионить за мной, и что конкретно ты тут искала, и я сообщаю о произошедшем только в дисциплинарную комиссию, предварительно позвав сюда Хизз. Второй: ты можешь мне ничего не рассказывать, и я не только сообщу в дисциплинарную комиссию, но и вызову полицию. За незаконное проникновение на тебя заведут уголовное дело, а это пятно на всю жизнь.
У Рей потемнело в глазах от таких перспектив, обрисованных профессором. Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки и спросила его, смело встречая его взгляд:
— А третий вариант?
— Не будьте дурочкой мисс Ниима, — на его лице опять появилась эта противная усмешка, — советую вам, рассказать мне все сейчас.
Она зажмурилась и произнесла на одном дыхании:
— Я-искала-тут-свой-дневник-который-вы-забрали-вчера-боясь-что-вы-его-прочтете.
Мужчина выгнул бровь, в его взгляде вновь проскользнули признаки недоумения, он повторил:
— Твой дневник, что я забрал вчера? Рисунки?
Рей кивнула. На что мужчина разразился почти сатанинским смехом. Когда его отпустило, он спросил:
— То есть ты хочешь сказать, что пробралась в мой кабинет, рискуя быть пойманной, из-за какой-то маленькой книжки? — Он повернулся обратно к столу, и вытащил заветный дневник из папки.
Повернувшись обратно, он затряс дневником прямо перед её лицом, приговаривая:
— Рискуя быть исключенной из MIT, рискуя получить судимость, из-за какой-то книжки? — В его голосе звучала ирония, — ты думаешь я идиот и поверю в это?
— Но это правда. — Резковато произнесла девушка.
— Просто скажи, кто послал тебя шпионить за мной, пока я не передумал и не вызвал полицию. — Голос мужчины снова стал устрашающим.
В горле Рей встал горький ком, а к глазам подступили слезы обиды. Ей было больно от того, что он ее несправедливо обвиняет. Да, она пробралась в его кабинет без его ведома, но она не шпионка, не воровка и тем более не лгунья. И она ему это докажет, все равно ей уже нечего было терять.
— Просто откройте его, — спокойно произнесла девушка, — и скажите мне после этого сами, говорю ли я правду.
Рен ухмыльнулся, но сделал так, как она сказала: его определенно забавляла эта ситуация. Он открыл черную книжку, предположительно на середине, и пробежался по строчкам глазами.
Резко захлопнув дневник, мужчина протянул его Рей. Ухмылка исчезла, а его лицо вытянулось, глаза же не выражали ничего, кроме растерянности, он резко отвернулся. Девушка готова была поклясться, что его щеки порозовели. Рей прижала дневник к своей груди глубоко дыша, её ладони вспотели, а сердце отбивало чечетку. Она нашла в себе силы отступить немного вглубь кабинета, на что Рен повернулся к окну, скрывая свое лицо, и завел руки за спину сжимая кулаки.
***
Никто не любил Бена Соло просто так. Все женщины, что были в его жизни, чего-то от него хотели, будь то его происхождение и семейные деньги, будь то его тело.
Девчонки в школе встречались с ним из-за того, что он играл в хоккей и был сплошной грудой мышц. В университете они липли к нему, зная, что у его семьи есть деньги, и кто его мать. Никто не хотел любить в нем простого человека со своими недостатками. Все вокруг видели в нем, в первую очередь, деньги и положение его матери, но никто не хотел видеть в нём личность. Именно по этой причине он и сменил имя на Кайло Рен в 18 лет, чтобы люди не знали, чей он сын.
Его матери принадлежала инвестиционная компания, основанная еще его дедом. Семья Скайуокер определенно принадлежала к интеллигенции Филадельфийского общества — истеблишменту. Его бабушка, в девичестве Амидала, принадлежала древнему дворянскому, но, увы, обедневшему роду и, в свое время, вышла замуж за дедушку, который не имел внушительной родословной, но, был представителем «новых денег». Они переехали в Филадельфию из Англии в начале двадцатого века.