Teach me (СИ)

***
Роман По и Рей продлился довольно короткое время, если это вообще можно было назвать романом. Когда она проснулась на следующее утро после Новогодней ночи в своей кровати, то не сразу вспомнила, что произошло прошлой ночью, если бы не кучу любовных смс от По с пожеланием доброго утра. Рей хотелось повесить себя где-то в углу, осознавая, что она попала в ужасно-неприятную ситуацию и вновь из-за алкоголя. От осознания, что она неосторожно дала По поцеловать себя, тем самым дав ему повод рассчитывать на что-то большее, ей становилось тошно. Она не хотела разбивать ему сердце, но и притворяться тоже не могла, что в конечном итоге тоже разбило бы ему сердце. Да и еще Роуз масло в огонь подлила, когда рассказала Рей, что По с первого дня их знакомства хотел встречаться с ней, что удручало еще больше, ведь По определенно не нравился девушке как мужчина. Она порвала с ним сразу же после окончания зимней сессии, то есть через две недели после Нового года, чем вызвала негодование Роуз. Она не могла признаться подруге, что каждый раз, когда По целовал её на протяжении их короткого романа, она представляла себе совершенно другого мужчину. По воспринял это довольно мужественно, хотя и выглядел так, будто Рей облила его помоями. Он не появлялся в их компании еще два месяца после расставания с девушкой, а Роуз по секрету сказала, что пока Рей была в Вегасе во время зимних каникул, куда она поехала сразу же после окончания сессии, По пребывал в страшном запое. Но, в итоге, парень утешился, еще через некоторое время после возвращения По в компанию, он познакомился с какой-то другой девчонкой, кажется, на этот раз все было серьёзно и Рей искренне за него радовалась.
Чего нельзя было сказать о ней самой. Она понимала, что не сможет надеяться на какие-либо отношения с мужчинами, пока не выкинет чертового Кайло Рена из своей головы. Откровенно говоря, она даже не пыталась это сделать. Мужчина определенно поселился в голове девушки расставив там мебель. Во втором семестре у нее не было никаких гуманитарных дисциплин, поэтому она его практически не видела. В библиотеку она больше не ходила, так как Хан подарил ей ноутбук на Рождество. Но, все равно, ее сердце каждый раз замирало, когда она встречала его или видела издалека, чего уж говорить о том, что при виде любой Ауди черного или темно-синего цвета она прекращала дышать. Она бесповоротно влюбилась в этого мужчину, что расстраивало её до глубины души, ведь, по большому счету, между ними ничего не было. Из-за этого факта она чувствовала себя очень глупо, но ничего не могла с собой поделать. Последние лекции по деловой этике девушка записывала на диктофон телефона и иногда сидела в наушниках, слушая его голос, а когда оставалась одна, то заходила на сайт университета на страницу «Гуманитарных наук», на которой красовалась его фотография как главы кафедры и подолгу на нее смотрела.
Второй семестр был сущим адом для Рей, ей пришлось уволиться с заправки, потому что времени катастрофически не хватало из-за огромного количества домашней работы. В итоге, когда Рей немного привыкла к новому графику, Роуз помогла ей найти новую работу: по вечерам и на выходных девушка подрабатывала няней. Рей поначалу не хотела соглашаться на эту работу, ее печальный опыт сироты не знавшей родительской заботы в детстве, подсказывал ей, что у нее не получиться ладить с детьми. К ее удивлению, она ошиблась.
Ребенок, за которым ей пришлось приглядывать оказался толстеньким, закомплексованным мальчиком, сыном женщины-адвоката по бракоразводным процессам с громким именем в своей специальности, у которой на первом месте была карьера. Мальчик с самого рождения был отдан на воспитание бабушке и мать видел редко, до того момента пока они не переехали в Бостон. По приезду в город, мать определила его в частный детский сад и наняла экономку. В обязанности этой женщины выходило отводить и приводить мальчика из детского сада, а также уборка квартиры, готовка, покупки и создание домашнего уюта, пока его мать до поздней ночи пропадала в своей конторе. Раз в два года его отправляли на лето за границу к отцу, который тоже был адвокатом. Он также мало интересовался судьбой сына, сам он приезжал в Штаты редко и никогда не навещал его, но исправно платил алименты на его содержание и посылал подарки на все праздники через Fedex. В общем, мальчик, как и Рей, тоже был лишен родительской любви. Несмотря на все деньги, что были у его матери, она определила его в самую обычную среднюю школу.
— Я хочу, чтобы он познал истинные джунгли, — призналась она Рей, во время собеседования.
Эта женщина не очень понравилась Рей. Мать Рои́, так звали мальчика, была красивая, умная и целеустремленная женщина, но производила впечатление, что она совсем не привязана к своему сыну, а просто вынуждена о нем заботиться. Брошенной в приюте, девушке было искренне жалко мальчика, несмотря на то, что он вырос в роскоши и ни в чем не нуждался, кроме самого главного — материнской заботы.
Когда мальчик пошел во второй класс, в семье экономки случилось несчастье: кто-то из ее близких родственников заболел и она была вынуждена попросить расчет, и уехать на свою родину, чтобы заботиться об этом родственнике. Матери мальчика ничего не оставалось, как нанимать нянь, до тех пор, пока она не найдет в своем плотном графике время выбрать новую подходящую экономку, что откровенно бесило ее по двум причинам. Первая, ей пришлось перевести часть работы на дом, так как приходилось самой забирать его из школы. Вторая, за это время она успела завести себе любовника и часто не ночевала дома, зная, что за сыном присматривает экономка. Не было и речи о том, чтобы приводить этого мужчину в дом, поэтому сначала она обратилась в агентство, которое предоставляло нянь в любое время суток, но драло за это бешеные деньги. Ее партнер по адвокатскому бизнесу посоветовал ей нанимать студенток из MIT и Кембриджа за половину той суммы, что она платила агенству. Роуз, наткнулась на ее листовку на доске объявлений о работе, сорвала ее и показала Рей.
Женщина проводила собеседование у себя дома в ее рабочем кабинете. Несмотря на то, что женщина вела непринужденную беседу, под ее взглядом, который, казалось, пронизывал насквозь, Рей рассказала о себе всю правду: о приюте, удочерении, побеге и поступлении в MIT. В ее присутствии девушка чувствовала себя первоклассницей. После такого откровения девушка была уверена, что ее точно не возьмут на эту работу, но женщина удивила ее своей реакцией:
— Люблю таких людей как ты, пробивных. Которые все берут сами. Я сама такая, — после недолгой паузы женщина продолжила, — у меня ведь тоже было трудное детство. Все, что ты видишь перед собой, вся эта квартира, дорогая мебель и деньги — результат тяжелой работы. Ты принята. Я познакомлю тебя с сыном.
В первый день ее работы застенчивый Рои́ спросил Рей, может ли она собрать с ним новую модель Лего, которую ему на Рождество прислал отец. Хотя девушка планировала делать уроки в то время пока мальчик занимается своими делами, она не могла отказать его грустным глазам, которые смотрели на нее с мольбой.
У мальчика совсем не было друзей, он был застенчивым от природы и стеснялся сам идти на контакт со сверстниками. Мать все время была занята, даже тогда, когда она забирала его со школы. Приведя его домой, она сразу же запиралась в своем кабинете, предоставляя Рои́ самому себе. Из-за чувства постоянного одиночества мальчик стал много есть, чтобы хоть как-то заполнить пустоту внутри себя.
Когда экономка уволилась, они с матерью перешли на еду, которую заказывали в ресторанах, чаще всего это был фаст фуд. Его мать не особо заботилась о питании сына, так как сама употребляла жирную пищу, но, в отличии от мальчика, она регулярно ходила в спортзал по утрам, перед тем как ехать в свой офис. Из-за его полноты и застенчивости дети в школе дразнили его, Рей как никто понимала, что мальчику нужен друг.
Они собирали вместе Лего, на мальчика произвели впечатление ловкие руки Рей, она же вошла во вкус, ведь у нее в детстве не было таких вещей. После некоторого молчания Рои́ признался ей, что она была первой из всех нянь, кто согласился вместе с ним поиграть. У Рей сжалось сердце от его признания.